Игрушка для императора
Шрифт:
— Одну минуту.
Прошло гораздо меньше минуты, и упыриха явилась с полным варркановским комплектом одежды. Вещь приятная и слегка непонятная. Откуда все это взялось?
Словно отвечая на мой невысказанный вопрос, упыриха обнажила редкие зубы и задрала к свиному рылу верхнюю губу.
— Пусть господин не удивляется. Я сама это шила по старым книгам. Надеюсь, что по размерам будет как раз?
Как раз, как раз. Все, начиная от сапог, заканчивая запасным носовым платком. Хотя последний предмет в гардеробе варркана правилами не предусматривался.
— Благодарю, любезная…
— Миссис Де У, к вашим услугам.
— Ясно, — коротко кивнул я, — Де У. Миссис. Рад. Чертовски рад нашему знакомству.
— Мы тоже рады появлению в замке столь отважного героя, как вы, господин варркан.
И реверанс до самого пола.
Я никогда не привыкну к дворцовым этикетам.
— И еще, господин варркан. Граф просил передать, если вы готовы, то он ждет вас.
— Готов, — я постучал ногой по полу, проверяя, насколько хороша обувка, — Куда идти?
— Сюда, господин варркан, — упыриха отошла немного в сторону, освобождая дверь.
Не то, чтобы слишком медленно, но с необходимой осторожностью я стал протискиваться мимо упырихи, стараясь не задеть ее, и не дай бог наступить на ее мохнатые лапы, которые загораживали половину прохода.
— Если господин варркан захочет отдохнуть после встречи с Графом, я расстелю постель? — провожая меня глазами, сказала Де У.
— Буду весьма благодарен, — отметил я, с облегчением отметив, что без происшествий миновал и саму упыриху и ее лапы, — Только, любезная, не взбивай сильно подушки.
— Как скажете, господин варркан. Хрю.
Я замер. Повернул голову. Внимательно взглянул в морду мгновенно растерявшейся упырихи и, со знанием дела, констатировал:
— Атавизм?
Упыриха смущенно прикрыла пасть лапой и, кажется, покраснела.
— Извините, господин варркан. Он самый. Поспешите, Граф ждет вас. Желаю удачи и счастья.
— Счастье нам всем не повредит.
Третья заповедь Варркана, из Кодекса Чести Варрканов. «Варрканы не приносят счастье. Варрканы не приносят богатство. Варрканы приносят мир, покой и уверенность в завтрашнем дне».
Кажется, я ничего не напутал и не забыл. Даже помахал платком упырихе на прощание.
Коридор, по которому я направлялся в покои главного боболока, оказался прямой, светлый и праздничный. В том смысле, что вдоль всего коридора стояли разодетые в золоченые ливреи боболоки. В лапах подсвечники, на ногах гульфики. Вышколенные до невозможности. Ни одна тварь на меня глаза не скосила. Даже когда я состроил умную рожицу перед мордой одного из них.
Перед очередными дверями два боболока с топорами через плечо. При моем приближении вытянулись в струнку, топорики перед животами выставили и лапой притопнули.
— Молодцы! — не удержался я и, привстав на цыпочки, застегнул крючок на воротничке у одного из стражников.
— Радстаратвашвысокблагородие варркан!
Орать то зачем. И так видно, что бравые ребята.
Двери передо мной распахнули и возвестили:
— Человек Варркан!
Я слегка смутился, но сказать «спасибо» не забыл.
Впрочем, мои благодарности никто не слышал. Откуда-то из-под потолка загремели трубы и загрохотали барабаны. Справедливости ради, музыка была из разряда легко переносимых. Без всяких там ушезатыканий.
Граф-нелюдь сидел на простеньком таком троне из золотишка. Перебирал золотые четки. Мило улыбался и ждал, пока я подойду поближе.
Но быстро дела не делаются. Мое внимание отвлеклось на Графское окружение. Несколько десятков различного вида нелюдей, разных полов и возрастов.
Матерые, почти седые бобоки, сжимая в руках кожаные перчатки, склонив головы, внимательно следили за каждым моим движением. Юные нелюдихи, в панталонах и кокошниках, взмахивая веерами, валились в обморок. Детишки-упыришки в красненьких шортах, с сахарными леденцами в виде человечков, тыкали в меня скрюченными пальцами и заходились ревом. Разномастные юные самцы, оскаливая двухрядные челюсти, хватались за рукоятки шпаг и гордо провожали взглядом. Меня, безоружного.
А я? Я тупо двигался к Графу и ждал, когда нервы не выдержат, и не лопнут порванной струной. В подобной ситуации мне приходилось быть впервые.
— Разрешите еще раз представить вам нашего гостя!
Граф так и не дождался, когда я доковыляю до трона. Он подскочил ко мне и подхватил под локоть. Сделано это было как раз вовремя. Я уже готовился от перенапряжения свалиться в обморок. Но, надеюсь, этой слабости никто из присутствующих не заметил.
— Прошу любить и жаловать. Варркан. Собственной персоной.
Граф забыл добавить, что кроме всего прочего, я еще и свежедоставленный и свежеосвобожденный из серебряного плена.
Уж не знаю, что там про меня наплел Граф, но все присутствующие разом заулыбались, вышли из комы и обмороков, перестали хныкать и принялись хлопать в ладоши, то и дело переглядываясь друг с другом и удивленно восхищенно перешептываясь:
— Варркан! Варркан! Варркан!
Что б их.
— Это ненадолго, мой друг, — Граф насильно развернул меня к местному дворянству и заставил отвечать улыбкой на улыбки, — Официальная часть церемонии скоро закончится, и тогда мы сможем пообщаться в более спокойной обстановке.
В представлении Графа это самое «скоро» оказалось достаточно продолжительным. В течение двух часов я принимал участие в достаточно бурном застолье с непомерным принятием спиртного. Но, следуя примеру самого Графа, я воздерживался от потребления напитка со странным вкусом дикого мухомора. Нелюдь она, конечно, тварь образованная, но, что для гада хорошо, для человека может быть неприемлемым. Кто их знает, нелюдей, напоят дрянью, потом мучайся животом.
А вот местного происхождения рябчики, запеченные в ананасах, очень даже ничего. И фрукты под маринадом тоже. Хвала Корчу, что на столе нет человеческого мяса. И это большой плюс нелюдям.