Игромания
Шрифт:
— Я просто не хочу вас... тебя, — выдавила следом, страшась его молчания. Надо было чем-то заполнить тишину, но чем больше говорила, тем хуже звучали мои слова, поэтому поспешно прикусила губу.
Хозяин клуба секунду задумчиво смотрел на меня, потом вальяжно поднялся с кресла, обошёл стол и встал напротив. В небольшом кабинете, где находился стол, диван и бар, было тесно стоять рядом друг с другом, отчего почувствовала, как грудь сдавило от напряжения. Или от слишком близкого расстояния между нами. Полутьма комнаты делала черты лицо мужчины
Я ощутила, как капелька пота стекает между лопаток вдоль позвоночника, а в горле появляется сухость...
— Ваша семья не сможет отдать долг, — напомнил он, вырвав меня из секундного наваждения.
— Да, — не стала спорить. — Не сможет.
— И все же ты отказываешься от моего предложения?
— Верно.
— Потому что не хочешь спать со мной?
Мне показалось, что он спросил с едва уловимой насмешкой в голосе. Будто его это скорее забавило, чем задевало.
— Да, — неуверенно ответила я.
Оказывается, на такие прямые вопросы отвечать было сложнее, чем думала.
— У меня нет к тебе других предложений, — спустя несколько секунд раздумий, сказал он.
Я ощутила, как внутри меня погасла последняя надежда. Опустила плечи и глубоко вздохнула, понимая, что сейчас, так или иначе, придется соглашаться.
Как же быстро можно скатиться в это вонючее болото, что меня окружает. Единственный сухой островок — честь. И та будет заляпана из-за игромании брата. Вряд ли отдача долга затянется, но беда в том, что после отмыться уже никогда не получится. И даже если Ловкач будет хорошо ко мне относиться, стать прежней не смогу. До конца дней буду чувствовать пережитое унижение.
Я поймала себя на мысли, что бездумно смотрю в грудь Ловкача, разглядывая пуговицы на его белой рубашке. В эти несколько секунд меня настолько опустошили последние слова хозяина клуба, что едва заставить двигаться мышцы на лице.
Облизала губы, придала себе более спокойный вид, пересиливая огорчение.
— Я...
— Ты меня неправильно поняла с самого начала, Женя, — вдруг произнес Ловкач, который все это время внимательно рассматривал мое лицо. — Я не заставляю тебя спать со мной. И никогда бы не заставил.
Тряхнула головой и нахмурилась.
— Но ведь условие — быть любовницей.
— Мне все равно, как ты это называешь, — равнодушно махнул он. — Предложение заключается в том, что ты становишься моей. Сегодня я как раз хотел тебе пояснить, что именно подразумеваю под этими словами.
Он на секунду замолчал.
— Но послушать твое мнение было, — уголок его губ дернулся, — интересно.
Жгучий стыд хлыстнул по лицу ярким румянцем.
Я торопливо поправила очки, которые съехали на середину носа. Хотела вытереть угол глаза, в котором скопилась горькая слеза, но решила так явно не выдавать недавнее
— Слушаю внимательно, — выдавила я, силясь за уверенным голосом скрыть конфуз.
— Тебе вовсе не обязательно делать то, что тебе не хочется, — повторил Ловкач. — Отработка долга будет состоять в том, что я покупаю твое время.
— Мое время? — недоуменно переспросила я.
Мужчина кивнул.
— Главное условие: один день, не меньше пяти часов ты проводишь в моем обществе. За один такой день с долга снимается десять тысяч.
— А чем мы должны заниматься, если только не... эм...
— Абсолютно неважно, — без промедления ответил Ловкач, глядя мне прямо в глаза. — Главное — ты проводишь время только со мной. А как им распоряжаться, решим в день встречи.
Я растерялась, ожидая вовсе не этого.
Десять тысяч. Несколько часов в день. Никакого секса, если не хочу.
Что еще за бред?!
Удивительно, но его предложение звучит внушительно и серьезно, но поверить было ой как непросто.
— Я не понимаю, — произнесла я, тряхнув головой. Может, от нервозности и усталости на самом деле просто не соображаю, на что соглашаюсь, и не вижу двойного дна в предложении.
— Все будет ровно так, как я сказал. Или ты считаешь меня лжецом?
Сердце нервно подпрыгнуло в груди.
Уставилась на мужчину и заметила, что он требовательно ждет ответа.
Последние месяцы знакомства с Ловкачом показали, что мужчина не так плох, как бывают те, у кого есть деньги. Он разрешал задерживаться с уплатой долга. Терпел меня и брата.
Но по правде, у меня не было чистой веры к человеку, из-за которого, пусть и косвенно, оказалась в нынешнем положении.
— Нет, не считаю, — покривила душой. Надеюсь, его не смутила пауза, прежде чем дала ответ на вопрос.
Ловкач некоторое время рассматривал мое лицо, пока не издал тяжелый вздох.
— Ты принимаешь это предложение?
— Да. Думаю, да.
— Отказаться не будет возможности, иначе придется отдавать долг деньгами.
Кивнула. Чувствую, что все же добровольно подошла к самому краю того вонючего болота, которого так боялась. Почва под ногами ползёт, а носки обуви уже почти касаются топи. И только время покажет, зайду ли туда по колено или все же окунусь с головой.
— Я согласна, — тихо сказала я.
— Завтра жду у себя дома. Тебя подвезет Митя.
— Хорошо, — равнодушно откликнулась я.
— До завтра, Женя, — мужчина подгладил подбородок, на лице отпечаталась тень неясных мыслей.
— До завтра, — на автомате ответила ему.
После этого развернулась и поспешила покинуть кабинет, пока Ловкач не увидел, что на самом деле его предложение не вызывало у меня восторга, а, скорее, ужас и огорчение.
Подойдя к подъезду своего дома, я на мгновение задержалась, прежде чем окунуться в спасительное тепло. Легкая куртка не согревала, но я все же не торопилась покинуть улицу.