Играя с судьбой
Шрифт:
Задрожав, я посмотрела на Арвида, пытаясь понять, не смеется ли он надо мной. Но нет. Лишь когда торговец смотрел в сторону Гайдуни, в его глазах вспыхивал огонек, да лицо освещала тень злой усмешки. Когда его взгляд обращался ко мне, я могла прочитать только странную, доселе не виданную мной на его лице нежность. Даже темные глаза не жгли, смотрели мягко.
И от понимания нереальности этого сердце в груди подскочило, ударилось в ребра. Но вместо жара, по телу распространилась волна холода, и только щеки горели от стыда. Идиотка! Надо же было сказать ему в глаза "вы мною манипулировали". Как девочка-малолетка.
Стало
Только вот было уже наплевать, что все злые языки будут шептаться, что у меня с торговцем роман. Пусть болтают хоть до посинения. Пусть это даже дойдет до Доэла... разбитую чашку не склеить. Пусть хоть вся Рэна твердит, что мадам Арима платит мужу его же монетой и пустилась во все тяжкие, тут же найдя себе нового кавалера. Все равно никто не подумает, что сегодня за закрытыми дверями двое взрослых людей играли в шпионов, выставив в коридор даже приемыша - чтобы он не мешал. Да и сейчас, прилюдно торговец смотрит на меня так, словно я ему, как умирающему от жажды в пустыне вода.
Сжав кулаки, я вскинула голову, расправила плечи и заставила себя улыбнуться приближавшимся Гайдуни и Айджиду.
– Господин Элхас, - услышала вдруг преувеличенно-добродушный сладкий голос, без сомнений принадлежавший Анамгимару Эльяне.
– Вашу Гильдию можно поздравить с приобретением нового советника? Или вы, сейчас, как и во всем - бросаете слова на ветер?
Мальчишка рванулся, освобождаясь от рук направляющего его в нашу сторону Айджида, развернулся, измерил Анамгимара взглядом, процедил сквозь зубы:
– А вы так и не бросили скверную привычку совать свой нос в чужие дела? Рано меня поздравлять, господин Эльяна. Белобрысая падаль еще не выполнила условий. У него на все времени до утра. Но если он докажет свои способности, отчего такого не взять?
Владелец Иллнуанари делано улыбнулся, поправил манжеты, издевательски поклонился Гаю и, неожиданно заметил:
– Загнанная в угол мышь, бывает, весьма успешно атакует кота. Боюсь, с обещанием палки вы, простите за каламбур, перегнули палку. Этому доходяге и так, похоже, море по колено. И потом... мне пришла в голову забавная мысль ссудить ему денег. Чтобы посмотреть так ли дорого стоит слово Элхасов, как о том говорят.
Гай скрипнул зубами, а мне отчаянно захотелось вцепиться в холеную, почти бабью мордашку Анамгимара, и так же сильно захотелось огреть Гайдуни чем-то тяжелым, чтобы от удара мозги юнца встали на место. Подумалось, что побуждением проявить невиданную щедрость Арвида, так же как и у Анамгимара Эльяны, было желание проучить "борзого щенка", да так чтобы тому не сразу удалось прочихаться.
Я было набрала в легкие воздуха, чтобы сказать пару ласковых и Элхасу и Эльяне, но тут рука Арвида сильно сжала мое плечо, приведя в чувство. "Тихо"!
– услышала я жаркий шепот над самым ухом.
– Вы же знаете, господин Эльяна, - раздался спокойный голос Айджида, - Гайдуни оспорит право этого человека занимать пост советника Гильдии, если будет
Анамгимар в ответ улыбнулся, пожал плечами. Луч света отразился от крупного бриллианта нашитого на драгоценный шелк и хлестнул по глазам, ослепляя....
Покачнулись стены, зал поплыл и тут же заныл висок. Боль накрыла меня подобно вспышке сверхновой - неотвратимо. Хватая губами воздух, я чувствовала, как сознание словно затягивает в водоворот, и услышала, как в застывшем, неживом воздухе неожиданно раздался голос Да-Дегана:
– Я, Да-Деган Раттера, вручаю себя Судьбе.
Полный гула растревоженного роя, перешептывания и смешков, зал неожиданно был объят тишиной. Промолчал Анамгимар. Прикусил язык Гайдуни. Протяжно выдохнул Айджид. И дрогнула ладонь Арвида, лежавшая на моем плече.
В знакомом мне голосе, негромком, охрипшем, звучал холод Файми, вымораживая из тела остатки тепла, и не позволяя вырваться из ловушки водоворота:
– Я бросаю вызов Энкеле Корхиде, и пусть Судьба нас рассудит. Я ставлю на кон самое ценное, что у меня есть - свою жизнь, и клянусь принять смерть, какой бы мучительной она не была, равно как и молчать о тех тайнах, которые мне известны... Ответной ставкой я согласен принять всё состояние Энкеле Корхиды, потому что знаю - он слишком ценит свою жизнь, чтоб играть на нее, но всегда найдет способ набить вновь карман. Все прочие детали я оставляю на усмотрение вызываемого в рамках того, что дозволено правилами...
Морок дрогнул, поплыл, рассеялся, отпуская.... Вновь вернулась способность дышать. Я смотрела на Да-Дегана не в силах понять кто из нас - он или я сошел с ума. Пригрезился мне вызов или это было на самом деле.
Только вот в зале отчего-то было невероятно - тихо, и взгляды всех посетителей казино были направлены на Да-Дегана - распрямившегося, злого, с лица которого так и не сошла дерзкая улыбка, а во взгляде читался вызов.
Никогда до этого дня я не видела Да-Дегана таким. Ни единого раза. До этого момента он словно бы плыл по течению и казался мне замороженной мумией, ошибкой природы, бледной молью, не совсем рожденным.
Кровь прилила к щекам, подумалось - лучше бы и дальше он сидел, не высовываясь из своей норы, чем вот так отчаянно ставил на карту собственную жизнь.
Я же не смогу... не смогу ему ничем помочь - мысль металась, билась, искажалась, а меня трясло, словно в лихорадке.
Пальцы Арвида до боли сжали мое плечо, я услышала сорвавшееся с губ Равэ Оканни крепкое и не вполне приличное словцо, то как охнул Гайдуни, и заметила как он, словно устыдившись, непроизвольно опустил голову.
Глава 25.
– Арвид, как-нибудь можно отменить эту нелепую дуэль?
– Нет.
И снова в который уже раз лицо Фориэ исказилось, словно от боли. Она остановилась, перестав кружить по комнате, посмотрела на меня, потом перевела взгляд на Рокше, мотнула головой, словно пыталась удержать слезы и отошла к окну.
– Если бы я мог помочь, Фори, - бессильно прошептал я.
– Если бы я только мог...