Играя с судьбой
Шрифт:
Хорошо, хоть огонек кибердиагноста на руке не желтел. Если не навалится внезапная слабость - мне должно хватить сил на подъем, а в полете еще представится возможность отдохнуть.
Горестный вздох донесся до моего слуха, заставив на мгновение застыть на месте и жадно вслушаться.
– Не пугайтесь, мадам, - пояснил комендант, задержавшись на несколько секунд и поджидая меня.
– Это ветер и море. Воздух проникает сквозь трещины в скалах. Сегодня тихо. Когда поднимается шторм, здесь невозможно находиться, так жутко от плача и хохота.
Вздох прозвучал вновь, заставив меня похолодеть. Мятущиеся в неверном свете
Старый форт был построен давно. Еще до того, как Рэна вошла в состав Лиги. Тогда холодный северный материк еще не был закован во льды, а на Файми авантюристы всех мастей добывали и серебро и золото.
Но богатства острова не приносили радости. Проклятый остров дарил сокровища, отбирая здоровье и силы. Они недолго жили - люди, добровольно прибывшие на Файми в поисках богатств. Ни один из старателей, проведших на острове больше недели, не мог похвастаться тем, что сумел обмануть судьбу - она была беспощадна, обрывая нити их жизней как ветхую паутину. Довольно быстро количество желающих отдать жизнь в обмен на богатство уменьшилось. В какой-то момент вместо сотен авантюристов на остров за год их прибывало едва ли больше десятка. Только алчных золото манило по-прежнему. Пришла очередь каторжников выбирать из земли драгоценные желтые крупицы. Тогда и был построен форт, простоявший на этой земле не одну сотню лет.
В индустриальную эпоху оказалось, что Файми богат не только на золото, и на острове началась разработка урановых руд. За три столетия и они были исчерпаны полностью.
Только форт, как и легенды, остались на память о несметных богатствах. Старую крепость решили сохранить в качестве музея: памятью давно ушедшим эпохам. А после бунта кто-то решил использовать форт по первоначальному назначению. И как знать, может, к старым легендам прибавятся новые.
Я скривила губы, чувствуя горечь и злость - ох уж эти мающиеся дурью романтики. Если бы решение довелось принимать мне - я раскатала бы проклятый форт на камушки.
Сквозняк коснулся щеки, и снова воздух в коридоре запричитал, срываясь на крик, заставив меня похолодеть. Я уже не чувствовала стужи кожей, а внутри, где положено быть сердцу, нарастал ледяной ком. Кровь застывала, и мне казалось - еще немного и потусторонние звуки подземелья сделают то, что не смог сделать мороз - я превращусь в ледяной комок.
Дали небесные! А ведь я совсем недавно спустилась в подземелья. Вряд ли прошло больше десятка минут. Дагги же здесь провел куда больше времени. Снова горло перехватило спазмом. Я не понимала чем мог Да-Деган разозлить генерала. Почему Корхида решил оставить его наедине с нечеловеческими вздохами, причитаниями и всхлипами, захотел забыть навсегда?
Подумалось, что через несколько часов я должна буду рассказать обо всем Ордо. И хорошо, если подробности никогда не дойдут до ушей Лии: она слишком любила своего воспитателя, чтобы простить его смерть - подобную смерть - даже отцу! Хорошо, если она обратится ко мне с расспросами, а не накинется на Дона. Я смогу ей соврать, скрыть то, что знать ей не нужно. А сумеет ли это сделать мой сын? Захочет ли?
Задумавшись, я едва не налетела на коменданта, остановившегося в гроте с низким, неровным, нависающим потолком. Мужчина
– Последнее препятствие, мадам. Если я не ошибаюсь, и узника поместили сюда.
– А что, есть еще подземные казематы?
– спросила я дрогнувшим голосом.
Представилось, как мы поднимаемся наверх, идем в другую часть форта и снова спускаемся куда-то в непроглядную темень, пытаясь узнать судьбу давно пропавшего человека. Промелькнула мысль, а хватит ли у меня сил на долгие поиски? На мгновение стало дурно. Отогнав сомнения, я посмотрела на коменданта, мне показалось, что он усмехнулся, впрочем, могло и показаться - в неверном свете факелов нельзя было ничего сказать наверняка.
– Нет, мадам, сейчас - нет, - голос коменданта против ожидания прозвучал ровно.
– Были когда-то. Но пятьсот лет назад, несмотря на все старания реставраторов, их завалило.
Выдохнув, я на ощупь нашла ладонь сына и почувствовала легкое ободряющее пожатие.
– Ты зря не осталась ждать в кабинете, - шепнул Дон мне на ухо.
Может, и зря. Но я должна дойти до конца. Странно только, что Дон считает меня слабым созданием. Может быть, думает, что я никогда не видела трупов.
Вспомнилось, как недавно я убивала сама - впервые в жизни. Самым сложным было отключить эмоции, заставить себя забыть, что есть разница между машиной-симулятором и живым человеком; действовать, используя вколоченные в подкорку рефлексы, и не думать. Ни в коем разе не позволить себе хоть на секунду задуматься о том, что лишаю жизни.
Если бы судьба не послала мне Рокше, если бы не беспокойство за Арвида, если бы мне пришлось драться лишь за саму себя - вряд ли бы я смогла позволить себе убить.
Впрочем, не нужно Дону знать о моих подвигах на Лидари. Да и я бы чувствовала себя куда лучше, если бы смогла о них забыть. Страшно, когда вместо снов приходят воспоминания.
Страшнее - только остаться наедине с воспоминаниями в этом подземелье, где так легко поверить в существование заблудших неупокоенных душ. И не приведи судьба попасть сюда иначе, чем наделенной полномочиями гостьей: я бы предпочла моментальную смерть неминуемому безумию.
Заметив, что Дон обогнал меня, идя за комендантом, и я шагнула в узкую расщелину хода, созданного самой природой. Этот лаз был уже предыдущего, и идти вдвоем рядом не было никакой возможности, а еще ноги скользили на ледяной корочке, намерзшей на камне. Темный свод давил, нависая над головой, постепенно становясь ниже, так что Дону пришлось нагнуть голову.
Я испытала облегчение, когда стены расширились, а нависший свод внезапно приподнялся, перестав давить своей тяжестью. Показалось, даже воздух стал немного свежее.
Передохнув, я посмотрела на коменданта, возившегося возле массивной, обитой железом двери. Помедлив несколько секунд, Дон присоединился к нему, помогая отпереть тяжелый засов и открыть двери.
Комендант первым шагнул в открывшийся проход, Дон подал мне руку.
– Осторожнее. Тут очень скользко.
Вцепившись в сына, я осторожно переступила каменный порог, и едва не растянулась на полого спускающемся вниз склоне, засмотревшись на то, как свод резко ушел вверх.
Подхватив меня за талию, сын осторожно начал продвигаться вниз, страхуя каждый мой шаг. Спустившись, я высвободилась из его объятий и, переведя дух, огляделась.