Играя с огнем
Шрифт:
– Ну, ладно, — на лице Джона мелькнуло гневное выражение, отчего он показался мне намного сильнее, чем окружавшие его охранники, и я поняла, что на самом деле он — тиран, который запросто может причинить мне вред. — Может, объяснишь мне, почему ты не привел Белл ко мне сразу же, как только нашел ее? И почему ты перестал выходить на связь?
Все это время Ром с непроницаемым лицом стоял возле меня, выслушав Джона, он произнес:
– Ты всегда хотел избавиться от Винсента, но правительство не разрешает тебе уничтожить его. Я тоже хочу убить его, и могу сделать так,
Джон прищурился. Его охранники в унисон скрестили руки на груди и встали по бокам от него.
– Я не хочу рисковать. К тому же я бы хотел исследовать ее способности.
– На это нет времени. Или ты хочешь уничтожить его, или нет.
– А как ты его сможешь убрать без моей помощи? — решительно спросил Джон.
– Если Белл пойдет со мной, то никаких улик не останется, — ответил Ром. — Я передам ее Винсенту, а она сожжет его лабораторию дотла.
Тут я поняла, что они говорят обо мне и что последняя фраза Рома очень даже касается моей персоны.
– Ты хочешь использовать меня в качестве наживки, чтобы поймать этого безумца? — вскрикнула я, а затем поджала губы. Вот и доверяй ему после этого. Хорошо еще, что он ничего не сказал о записке доктора Робертса.
Ром потянулся ко мне и сжал мою руку.
– Мы сегодня собираемся проникнуть в лабораторию, — сказал он Джону. — Поверь мне, Винсент придет туда за нами.
Повисло длительное молчание, мне даже показалось, что эта тишина заглушила стрекотание насекомых и свист ветра. Потом где-то вдалеке я услышала звук вертолета. Милостивый Боже! Неужели это никогда не закончится? Плохие парни, должно быть, знали, что мы где-то тут, и очень хотели найти нас.
– Так да или нет, сэр? — Ром разжал пальцы и отпустил мою руку. — Мы не можем здесь долго оставаться, нас могут заметить. Или забирай ее с собой, или позволь нам действовать.
Я доверяла Рому, правда доверяла. Но это было чертовски мило с его стороны — рисковать моей жизнью. Да ладно, кто я такая в самом деле?
У Джона на лице появился нервный тик.
– У меня сейчас нет свободных людей. Все на задании, и я не могу отказаться от моей охраны, тем более что люди Винсента поблизости.
– Мы вполне справимся сами, — сказал Ром.
Джон немного помолчал, затем вздохнул и произнес:
– Хорошо, действуйте, но Коди пойдет с вами. Проникните в лабораторию, убейте Винсента и приведите Белл ко мне. Ты меня понял? — его глаза предупреждающе блеснули, напоминая Рому о последствиях, которые обязательно будут, если он не подчинится приказу.
Я сглотнула.
Ром кивнул.
Не говоря ни слова, мы забрались обратно в машину, на сей раз Коди сел за руль. Он завел двигатель, и мы поехали через парк. Я оглянулась назад, но машина Джона уже исчезла.
– У лаборатории Винсента есть собственная внутренняя система безопасности, не зависимая от внешнего электричества, — сказал Ром Коди.
Я знала, что именно в лаборатории Винсента работал
– Это не проблема, — Коди потрогал фонарный столб, стоявший рядом с ним. — Но для освещения нужно питание снаружи. Я войду туда так быстро, что ты даже не заметишь.
И это была не шутка — Коди взобрался на фонарный столб и схватился за провода. Вокруг него полетели искры, а через секунду он сам превратился в россыпь искр. Казалось, он слился с проводами. Я стояла внизу и широко раскрытыми глазами наблюдала, как эти искры исчезли.
– Боже, — выдохнула я.
– Это здорово — иметь на своей стороне такого хорошего человека, — весело сказал Ром.
– Мы и в самом деле собираемся выманить Винсента и попытаться убить его?
– Да. Во-первых, нам нужна формула препарата доктора Робертса, которая осталась в том здании, так что скорее эта формула выступает наживкой, а не ты. Ты можешь устроить дождь? — тихо спросил Ром, не тратя понапрасну времени.
– Да.
Хотя я была не совсем уверена в этом. Сколько еще эмоций может перенести девушка, не вызвав самовозгорания? Или даже не устроив самоубийство?
Больше всего в этот момент мне хотелось утихомирить свой желудок и больше ничего не чувствовать. А вернее, хотелось почувствовать полную анестезию. Или действие какого-нибудь успокоительного. Меня сейчас нервировали любые эмоции, даже положительные. Черт побери, я вообще не желала ничего чувствовать.
Таннер схватил меня за руку и успокаивающе похлопал.
– Ты можешь это сделать. Я знаю, что можешь.
Я подумала, что это мы еще посмотрим. Затем я заставила себя вспомнить что-то грустное, но мне не удалось вызвать в себе грусть. Я словно наблюдала за всем со стороны, будучи не в силах что-то сделать. Ром взял меня за другую руку, так что теперь мы втроем с Ромом и Таннером составляли круг.
Внезапно на меня накатила сила, и где-то в небе раздался гром. Я выпрямилась. Подождите, я ведь даже не грустила. Я просто… О, мой Бог! Неужели для того, чтобы устроить грозу, мне не нужно грустить? Наверное… наверное, мне просто нужна сила эмоций. Как, например, можно наслаждаться красотой радуги издалека, не прикасаясь к ней.
В любом человеке были скрыты эмоциональные резервы, вероятно я смогу просто воспользоваться силой определенных чувств, но так, чтобы переживать их действие как бы на расстоянии… Надеясь, что у меня получится претворить в жизнь свой замысел, я стала искать эти самые резервы и нашла грусть глубоко внутри себя, но на этот раз я не позволила этому чувству затопить меня. Я просто стала тянуть из нее силу, словно выкачивая ее.
Раздался еще один раскат грома. Я улыбнулась. Это сработало! Золотые неровные разряды молнии осветили небо. Темное небо над нашими головами превратилось в темную воронку. Начался сильный дождь.