Игра
Шрифт:
– Всё хорошо, подумал я, Мяу домой.
Разговор с Доком слегка затянулся. Док много расспрашивал, что, как и я старался подробно и детально отвечать на интересующие его вопросы. Рассказал он и о последних событиях в Зоне.
– На верхах, - как выразился он, - шум не утих.
Информации у них очень мало, так что пока я не засветился и был в относительной безопасности, но продолжать мои эксперименты, Док категорически запретил.
– Поживи, как прежде, тихонько, тебе чего-то не хватает, - уточнил он, показывая на ящики в доме 1. Так что не высовывайся, пока, а там я надеюсь всё благополучно для нас решиться. Больную
С интересом он выслушал сказанное Василисой об артефакте мамины бусы, и её предсказания обо мне. После слов «Творец», я снова ощутил на себе непонятный пронзительный взгляд Доктора, который уже не однократно замечал.
– Очень интересная информация, у меня были сомнения по поводу этого артефакта, но с этой точки зрения, как элемента ячейки ДНК, я его не рассматривал. Всё-таки ты молодец, что нашёл Василису, не зря я тебя отправил в поездку, Творец.
Я сначала хотел обидеться на его реплику, а после внимательно посмотрев на него, и видя его серьёзное отношение к сказанному, успокоился и расслабился, тоже нашли «творца». Тепло, попрощавшись, мы расстались. Они ушли, а мы с Мяу остались грустить о прежней, не спокойной жизни.
Отметился я и Баре, что вызвало много различных вопросов.
– Работал на Доктора, - был один ответ на всё.
Упоминание имени Дока сразу же снимало все дальнейшие вопросы. Так и проскочили. Бармену я принёс ящик патронов 7,62 мм.
– Спрятал из схрона «Свободы», - соврал в очередной раз я.
Бармен очень обрадовался моей изобретательности и явно не поскупился. Дела налаживались.
Сходили мы и на Росток, мне не смотря на запрет, не терпелось повторить случайный эксперимент с патронами. В подземном переходе ничего не изменилось. Сверху «сидела» жирная электра, внизу главенствовал холодец, и капля была там же. Всё как в тот раз. Но уложенные мною патроны, холодец разъедал через двадцать минут, а нужно было выдержать примерно сорок. После неудачных попыток я положил пачку патронов в картонной упаковке, как та, что случайно выпала из моего рюкзака. Через сорок минут у меня были готовые «спец» патроны. Немного посидев, успокаивая радость от удачного эксперимента, я снял контейнер с «сердцем», который всё время был со мною и вынес его наверх и оставил там.
Следующие попытки повторить эксперимент заканчивались неудачей. Я поднялся и забрал контейнер, очередная пачка патронов приобрела нужный цвет.
– Значит основной градиент это артефакт, но и целлюлоза, картон с коробок, как-то положительно влияет на процесс, - размышлял я по поводу полученных результатов.
А руки сами по себе уже собирали картонные коробки от использованных патронов и приделывали их к двум выстрелам ПГ-7В, гранатомётным. Нашлось рядом и более глубокое место у холодца, и через сорок минут я любовался зелёным налётом на гранатах.
Вроде бы получилось. А как бы проверить. Очень хочется.
Найти ворону над электрой не удалось. Пришлось просто настрелять ворон, потом на длинной жерди завесить ещё живую ворону над электрой и выстрел. Голубовато- белая вспышка но, вместо ожидаемого лунного света, артефакт вспышка, наш трофей.
Наверное, раненая ворона подвела, а так всё прекрасно.
В хорошем настроении, тщательно убрав за собою
– Хохол, какого чёрта, ты же обещал. Собирайся, проблемы в Киеве, срочно, коридор за Соколом, Мяу я заберу.
Что-то Док занервничал, хочет меня с Зоны убрать, сначала подумал я, но при чём проблемы в Киеве.
Сказав Мяу что его снова заберёт Доктор я, один, ушёл на Кордон.
На границе меня встретил Сокол. Я переоделся у него в кабинете в «гражданку» и свои вещи оставил у него.
– Вот возьми – протянул он мне кобуру с пистолетом и разрешение на ношение оружия.
– А это ещё зачем?
– Пригодиться – ответил он и погнал машину в Киев.
По пути он сформулировал мне суть проблемы. На «Надежду» наехала братва, желает подмять её под свою крышу.
– Я бы их тихонько бы всех усмирил, но тут необходим какой то нестандартный подход, а то на смену этим всё ровно появятся другие, и так до бесконечности. Не стрелять же их всех, и в Зону вывозить.
Я улыбнулся сказанному и ответил – хорошо, подумаем.
Утром мы приехали в Киев. «Надежда» изменялась по часам.
– Наружные работы почти завершены, остаётся внутренняя отделка и установка прибывающего оборудования, и кадры, подбор, устройство, а тут эти крышевать захотели, - всё это раздражённая Василиса рассказывала, водя нас по корпусам.
– Всё, расслабься, это уже наша проблема, заверил я её, и мы отправились в её кабинет.
Вскоре пожаловали «крышующие». Трое молодых людей, спортивного телосложения, с коротко остриженными волосами. На их бычьих шеях, просматривались массивные золотые цепи. Вели они себя бесцеремонно, нагло, и почему то напомнили мне наглых воробьев, пытавшихся стащить еду у притворившейся, спящей, кошки. Мы наблюдали за ними с приёмной, и вошли за ними в кабинет сразу же. Выпроводив Василису заниматься своими делами, я сел на её место, невзначай, при этом, открыв кобуру с оружием. Спесь с посетителей слетела мгновенно.
– Непуганые ещё по настоящему хлопцы, привыкли к лёгким победам, - размышлял я про себя.
– Так в чём проблема, юноши – произнёс я, - давайте уточним. Я один из совладельцев этого центра и уполномочен решать все возникающие проблемы, а вы, похоже, шестёрки, брезгливо сказал я, - и разговаривать я с вами естественно не буду. Так и передайте своим старшим. Встречаемся с ними через час на набережной, там всё и решим. Зря вы сюда сунулись. Все свободны. Да, ваша неявка, очень сильно нас разочарует и разозлит. Жду вас ровно через час.
Через час на набережной начался цирк. Сокол глядел на меня с тревогой. В свой план я его не посвящал. Сначала подкатили три джипа, из них высыпалась куча «ребятушек», ну как в кино, осмотрелись и давай по рации связываться, чисто, ждём. Потом появился солидный авто в сопровождении двух джипов.
– Круто – вслух прокомментировал я. Нам так не жить.
– А жить ли вообще – спросил Сокол, следя за приближением главного героя.
Он оказался нашего возраста, крепкого спортивного телосложения и пронзительным взглядом. Хороший, явно дорогой костюм, рубашка, в отличие от его сопровождения, та же короткая стрижка и основной атрибут, золотая цепь с массивным крестом, просматривающийся даже через белую рубашку. Остановившись в двух метрах от нас, и внимательно нас, рассмотрев, он ухмыльнулся.