Игра
Шрифт:
– Нам надо поговорить, – при этом его голос был нежнее шелка.
«Ну, хоть раз в жизни моя честность окупится?»
– Не хочу сейчас разговаривать.
Я увидела, как на его щеках вспыхнули ямочки, и, прежде чем осознала происходящее, Киллиан стянул с меня футболку.
Оценив мой загар и розовый лифчик, Киллиан провел большими пальцами по чашкам бюстгальтера, задевая соски. Неожиданно он резко потянул лифчик и приспустил чашки, освободив мою небольшую грудь. Я была в шоке. Но больше всего меня поразили его слова
– О, небеса, – выдохнул Киллиан, глядя на мою обнаженную плоть. Затем, склонив голову, обхватил сосок губами.
Растворившись в нахлынувшем удовольствии, я привстала на цыпочки, хотя сомневалась, что ноги меня удержат. Парень с неторопливым благоговением ублажал мою грудь, как ранее губы, а я с наслаждением провела рукой по его волосам.
«Боже, какие же они шелковистые! Роскошные! Восхитительные!»
Киллиан слегка развернул нас, не отрывая рта от моей груди, и я, поддавшись его легким толчкам, отступала назад до тех пор, пока не уперлась в кровать. Высвободив мой сосок, парень толкнул меня на постель.
А потом... О, боги...
Он одним рывком стянул с себя футболку и отбросил ее на пол. Тяжелое дыхание заполнило комнату. У меня появилась возможность рассмотреть вблизи каждый мускул и восхититься четкостью каждой линии великолепного мужского тела.
Киллиан МакГрегор был «аппетитным совершенством» по определению словаря Мерриам-Вебстер (прим.: американская компания, издающая справочники и лексические словари). Его грудь – от самых плеч и до пресса – представляла собой непрерывно спускающийся шлейф теней и мышц. И мне нестерпимо хотелось облизать каждую прерывающуюся линию.
– Сними лифчик, – парень с жадностью смотрел на мою грудь.
Мои руки тотчас непроизвольно потянулись за спину, но сверкнувшая в голове искорка скромности на мгновение вернула способность трезво мыслить. Ведь моя грудь была деформирована оттянутыми чашками, и, заведи я руки за спину – это еще больше бы подчеркнуло, как мне казалось, и без того непрезентабельный вид.
Низкий гул вырвался из горла Киллиана, а ямочки на щеках исчезли.
– Слишком много думаешь. Просто сними.
Мне не хватало порыва страсти для преодоления неуверенности, но Киллиана, казалось, ничто не волновало. Он просто стоял, ожидая исполнения своего приказа.
Я вновь завела руки за спину, а он, слегка прикрыв веки, продолжал наслаждаться видом моей груди. Я расстегнула застежку и, вытянув руки вперед, избавилась от неприятного давления чашек. Затем сняла лифчик.
Взгляд Киллиана засиял.
– Красиво...
Впервые в жизни я не чувствовала себя обделенной – его слова и жаркий взор не оставили ни малейших сомнений. Было видно, что парень говорил искренне. И, более того, я безоговорочно поверила ему.
– Ложись! – его голос ласкал меня, а слова вызывали дрожь даже в пальчиках ног.
Я откинулась на самое мягкое в мире одеяло и резко втянула воздух, когда Киллиан, схватив меня за лодыжку, снял мой кроссовок и отбросил его куда-то себе за спину. Затем,
Его поцелуи оставляли огненный след на коже, посылая энергетический импульс, способный расплавить меня, прямо к клитору. Затем, медленно опустив вторую ногу, Киллиан потянулся к поясу моих капри, скользнув пальцами по моим бедрам и подцепив трусики. В мгновение ока я оказалась голой.
– Черт, на тебя можно смотреть часами, но мне надоело быть милым. Готова, Длинноногая? – его голос слегка вибрировал от жгучего желания.
Все сказанное им оставалось за пределами моего понимания, но мне все же удалось улыбнуться. Парень воспринял это как «да». Его штаны с боксерами тут же упали на пол. И я успела несколько секунд полюбоваться мощной длиной, прежде чем Киллиан накрыл меня своим телом.
– Обхвати меня ногами.
Сейчас меня уже не возмущало, что он постоянно чего-то требовал. Я была готова следовать его приказам в любом направлении. Я обвила его торс ногами, и Киллиан приподнял мое тело. Стоя на коленях, он сдвинул меня на несколько футов по кровати, словно это ему ничего не стоило.
– Опусти ноги, – приказал он, и последние мысли покинули мой и без того затуманенный мозг.
Я поставила ноги на постель, а Киллиан прикоснулся пальцами к моей киске. Он потрогал складочки, исследуя их гладкие припухшие линии, раздвинул губки и неожиданно скользнул торсом вниз по моему телу. Я не смогла сдержать резкий вдох, когда его рот нашел клитор. Зарывшись пальчиками ног в постельное белье, я выгнулась, высоко приподняв задницу над кроватью. Твердой рукой Киллиан провел по моему животу и прижал бедра к матрасу. Его глаза... о, боже, его глаза пристально смотрели прямо в мои, что лишь приумножило чувство неловкости. Я опустила голову на подушку и прикрыла веки.
– Обопрись на локти и смотри на меня.
Горячее дыхание жаром обдавало мое лоно, посылая дрожь в чувствительную плоть. Киллиан легонько коснулся зубами клитора, и мое тело практически взлетело, хотя я опиралась на локти.
– Ты снова много думаешь, Длинноногая. Просто чувствуй... и смотри, – хрипловатый голос разрушал мой контроль также, как и губы.
МакГрегор обхватил ими мой комочек нервов, но руку с моего живота не убрал и таким образом прижал мою нижнюю половину тела к кровати. Беспорядочно дыша, я с жадностью наблюдала, как он скользнул кончиком языка по складочкам, которые ранее исследовал пальцами.
Я была близка к самому невероятному и самому быстрому оргазму в своей жизни, когда Киллиан неожиданно убрал руку с моего живота и двумя пальцами вошел в сосредоточие моего желания. Мое тело даже не думало сопротивляться – влажность приветствовала вторжение. Я не выдержала... и запрокинула голову, а сорвавшийся с моих губ стон напоминал раненного животного. Но мне было плевать.
Ноги дрожали, а пульсирующий жар, разгоревшийся между бедрами, захватил каждый нерв. Я задыхалась, испытывая серию мышечных сокращений, и в этот момент самый изысканный оргазм в жизни поглотил меня.