Игра на ее поле

Марш Никола

Она не знала, из-за чего так быстро забилось ее сердце: из-за его руки, которая легла на ее плечо, или из-за любопытного блеска в его глазах, от которого он стал похож на загадочного соблазнительного киногероя.

— Всегда.

Она стряхнула его руку, не отрывая взгляда от экрана. По какой-то причине его спокойное поведение раздражало ее. Тур был очень важен, а он, возможно, совершенно не интересовался его успехом, потому что через две недели он снова уедет, но она ждала профессионализма.

— Я знаю, что делаю, если

ты об этом.

Чарли посмотрела на него. Еще одна вещь, которая раздражала ее: его способность читать ее мысли, в то время как она едва знала его.

Взглянув последний раз на телефон, она убрала его назад в сумку.

— Давай ты будешь делать свою работу, а я — свою?

— Звучит как отказ, который ты только что дала старику Грозе.

Она не смогла сдержать улыбку.

— Его зовут Шторм.

— Что это за глупое имя?

— Это имя рок-звезды, которая принесет твоему деду много денег, если тур пройдет без проблем, поэтому давай сделаем все возможное для этого.

Он поднял руки и отошел назад.

— Эй, я просто занимаюсь деньгами. А ты следишь, чтобы Шторм не сбился с пути истинного.

— Мне повезло, — пробормотала она.

Штора в автобусе открылась, и в окне появился Шторм, который снимал свое кимоно, напевая слова какой-то песни, на его лице играла самодовольная улыбка.

Лука заметил шок на ее лице и быстро повернулся, но увидел только пустое окно. Он нахмурился:

— Клянусь, если этот старый дурак посмеет сбиться с назначенного плана с тобой, я…

— Ты вспомнишь, что я прекрасно умею справляться со всеми проблемами, которые возникают у меня на работе, включая рокеров, пытающихся вспомнить бездарно растраченную юность.

Его губы сжались в тонкую линию, и она растаяла при мысли о его благородстве.

Она не нуждалась в защите, но Лука понравился ей сильнее оттого, что хотел помочь ей.

— Давай посмотрим запланированные расходы на концерт, пока его сиятельство прихорашивается.

— С его рожей у него уйдет на это минимум неделя.

Она засмеялась.

— Все не могут быть похожи на тебя. — В ту секунду, когда слова сорвались с ее языка, она пожалела, что не может забрать их назад.

— На меня?

Чарли смутилась:

— Хорошо одетыми. Хорошо сложенными. — Она не удивилась, когда он самодовольно улыбнулся. Она закатила глаза. — Ты знаешь, что я имею в виду.

— Спасибо.

Лука дотронулся по ее плеча, и слабое прикосновение его пальцев вызвало электрический разряд во всем теле.

Им нужно работать. У них всего неделя, чтобы сделать этот тур самым успешным из тех, которые когда-либо поддерживала «Ландри рекордс». Они должны были ублажать раздражительного рокера и его ребенка, успокаивать фанатов и проводить толпы поклонников. Но сейчас она могла думать только о невероятно сильном притяжении между ними. Чарли сжала зубы и решила сконцентрироваться на работе.

Работа

была ее жизнью. Работа помогала ей оставаться целенаправленной и уверенной в том мире, который она создала, мире, наполненном правилами и спокойствием в отличие от ее прошлого. И она никак не могла позволить какому-то мужчине, пусть даже красивому и очаровательному, пошатнуть ее душевное равновесие.

Она проигнорировала внутренний голос, который прошептал: «А если он уже это сделал?»

— Это тоже входит в твои обязанности?

Чарли, сидевшая на корточках возле кромки реки с ситом в руке, подняла глаза на Луку:

— Все, что требуется, чтобы хорошо выполнить работу.

Лука улыбнулся, когда она покачнулась и чуть не упала в воду.

— Преданность? Мне это нравится.

— Я не на тебя пытаюсь произвести впечатление, — сказала она, показывая большой палец Шторму. Он сидел в нескольких метрах от них со своим сыном и просеивал воду с песком в поисках золота. — Наша рок-звезда настояла, чтобы я пошла с ними, иначе завтра утром он забудет завести будильник.

— Вот придурок, — сказал Лука беззлобно.

Несмотря на все свои ошибки, а если верить таблоидам, Шторм совершил их огромное количество, он был предан своему сыну, и Лука не мог не восхищаться этим. Он бы многое отдал за то, чтобы иметь любящего отца… Старая рана снова заныла, и он инстинктивно потер грудь.

Чарли оперлась на лопату, чтобы встать, и потянулась.

— Поиски золота убивают маникюр.

Она не смогла обмануть его. С тех пор как они приехали в «Соверейн хилл» на дни золотой лихорадки, она с удовольствием возилась с Тайгером.

Лука никогда здесь не бывал. Его мать была слишком занята, чтобы провести день за городом. Она использовала его в своих целях. К сожалению, ее подлый план женить на себе Рэда Ландри не сработал: как только он узнал, что его любовница ждет ребенка, он бросил ее, и никакие ее жалкие попытки не могли заставить его изменить свое решение. Он не хотел иметь ничего общего с ней и их ребенком. В конце концов, ее неугасающая безответная любовь к холодному ублюдку убила ее. Лука и бровью не повел, когда самолет Рэда рухнул в Голубых горах, но, когда его мать умерла спустя несколько недель, как он подозревал, из-за разбитого сердца, он проклял жизненную несправедливость и уехал из Мельбурна.

— Хочешь попробовать? — Чарли протянула ему сито, в ее зеленых глазах читался невысказанный вопрос, и он отмахнулся от горьких мыслей, отбрасывающих тень на такой прекрасный день.

— Нет, спасибо, я предоставлю это экспертам.

Она посмотрела на свою пораненную руку и показала ему:

— Да, я настоящий эксперт.

Ему вдруг захотелось схватить ее ладонь и поцеловать ранки.

— Признайся. Ты хотела поиграть здесь так же, как и Тайгер.

— Ты разгадал мою тайну.