Иероним

Шайди Виктор

Хитрый старик послал весточку господину. Теперь о нас знали. Тихая шпионская война началась.

Отряд в молчании доехал до развилки, но я пустил коня по дороге, уходившей в сторону Баграбского баронства. Удивленные спутники последовали за мной. Эрик, поравнявшись, спросил:

– Мой лорд, куда мы едем? Наш лагерь в другой стороне.

– Эрик, мое седло раньше принадлежало одному торгашу, он по заданию виконта Артира поехал за броней и живым товаром. Староста седло узнал, и сейчас мы заметаем следы. Свернем, лишь поравнявшись с тем лесом.

За нами, скорее всего, будут следить и, увидев, доложат, что мы поехали в сторону баронства.

– А если шпионы последуют дальше?

– На это есть другой ответ, – холодно произнес я.

Поравнявшись с леском и немного проехав, мы свернули с дороги. Я подозвал Рогана.

– За отрядом обязательно последуют, убери следы и убедись, что шпионы проедут мимо. Как убедишься – догоняй караван, – прошипел я.

– Слушаюсь, сахиб! – с нескрываемой радостью ответил воин пустыни. – Пусть сахиб не волнуется, нас не выследят.

Алмазные глаза как-то по-особенному блеснули, и я не успел ничего сообразить, как мой телохранитель развернул коня и ускакал выполнять приказ.

Обратная дорога заняла много времени, пришлось долго огибать большую сопку, вставшую на пути, и ближе к вечеру мы наконец прибыли на место. Дневной зной сменился прохладой и легким ветерком, разогнавшим мошек. Усталость давила на плечи. Расположившийся у речушки лагерь манил уютом шатра.

Нас заметили часовые. Эльза, крикнув, чтобы мы остановились, побежала, петляя зайцем. Высокая трава скрывала девичью фигуру до пояса. Я удивился, увидев необычные маневры, но вовремя понял – Эльза обегает установленные ежи, показывая дорогу.

Трава надежно скрывала в густой зелени хитро придуманное приспособление, и я сам чуть не попался в расставленные ежи. Еще немного, и наши кони напоролись бы на острые торчащие пики. Шагая за Эльзой и ведя недовольных лошадей в поводу, петляя между ежей, мы въехали в лагерь.

– Эрик, передай Трувору, пусть выставит воина встретить Рогана, а то в темноте точно попадет в ловушку, – приказал я.

– Ваша светлость, вы чем-то взволнованы? – участливо поинтересовалась Эльза, преданно смотря в глаза.

Мой взгляд непроизвольно и неосторожно скользнул по упругим выпуклостям, прочно обтянутым кольчугой. Перехватив его, девчонка поняла по-своему.

– Ваша светлость хочет, чтобы я помогла снять доспехи?

– Да, Эльза, и принеси воды, хочу умыться с дороги, и неплохо бы что-нибудь съесть.

– Слушаюсь, мой лорд, – ответила красавица, передавая поводья охранявшему шатер часовому.

Решив размять ноги после долгой езды, я пошел прогуляться по лагерю. Вечерняя походная жизнь текла привычным руслом. Адольф пропал где-то в районе костра, возле которого сегодня по-особенному вкусно пахло жареным мясом.

Настроение у меня, по правде сказать, было не слишком хорошее. О спокойном походе можно забыть. Живой интерес старосты деревни был понятен: бесследно пропавший караван наверняка искали, а тут удача – приметное седло!

Надеюсь,

удастся послать шпионов по ложному следу – а их однозначно отправят выследить нас, в этом сомнений нет, почтовые птицы давно принесли весточку виконту.

Спираль событий закручивалась и закручивалась, глубже вовлекая меня в здешнюю жизнь.

Разваленное, никому не нужное герцогство, а может, и наоборот, кому-то очень надо, чтобы оно развалилось, ведь призрак предупреждал о важности объединения земель?

Знать поделила земли и живет потихоньку, на лучшей половине территории хозяйничают кочевники, на самых задворках крепость Орлиное гнездо, до которой еще предстояло добраться, а вот за ней непроходимые горы и ледяные земли.

Может, ловушка? Может, напрасны старания? Вот и людей за собой повел, а они верят мне и в рот смотрят.

Дойдем туда, и загонят враги барсуком в нору и будут травить, а того хуже – не выпускать. Летом местная знать постарается, а зимой погода. Тогда и накроется возвращение.

Насчет точного количества врагов данных у меня нет, но одно я знал наверняка – после того как я перешел дорогу виконту, отобрав рабов и груз, мы с ним не подружимся.

Из задумчивости меня вывел окрик часового и наполнивший лагерь шум. Оказалось, приближался всадник с привязанными у седла парой лошадей. В темнолицей огромной фигуре с легкостью опознали моего молчаливого телохранителя.

Двое часовых показывали недовольно шипящему Рогану дорогу среди расставленных ловушек. Гигант, гордо восседая на коне, умело маневрировал, две другие лошади послушно шли следом. Подъехав ко мне и остановившись на почтительном расстоянии, Роган ловко спрыгнул на землю и, преклонив колено, доложил:

– Сахиб, больше никто не следит.

– А где шпионы? – спросил я первое, что пришло на ум.

– Сахибу они больше не навредят, – тупо и уверенно ответил темнокожий.

Осознание кольнуло мозг.

– Ты хороший воин, Роган! Что добыл в бою – твое! – Я понял печальную участь, постигшую бедолаг.

В следующий раз надо оставить, кого-нибудь посообразительнее и не такого рьяного, а то наш путь будет проложен трупами, да и взять одного шпиона живьем не помешает.

– Сахиб слишком щедр, по закону пустыни третья часть добычи принадлежит воину, остальное – вождю и племени.

– Хорошо, возьми то, что считаешь по закону, а остальное передай Эрику, – согласился я и направился в шатер, где меня ждало прожаренное мясо и лежавший на шкурах сытый и довольный вампал.

Под мерцающий свет двух ламп, нещадно чадивших и пахнувших горелым жиром, я начал поздний ужин.

– Вот видишь, нас засасывает болото проблем, – пожаловался я Адольфу.

– Да, долго придется искать дверь, может, так и не найдем, – ответил зверь, зевнув и потянувшись.

– Вот-вот, и я зря согласился на дружбу с тобой… сейчас бы ты был слугой… носился по разным поручениям и не валялся бы здесь на моем ложе, – проворчал я, поняв, что сочувствия не дождусь.