Идеальность

Матюхин Александр Александрович

– Иди к чёрту. Я у Леры. Ей тут снова головомойка нужна… - Пашка прошел на кухню, открыл холодильник, оценивая содержимое на предмет чего-нибудь достойного для перекуса. Обнаружил сыр, банку с корнишонами и несколько пачек с творогом.

– Сорвалась? — засопел в трубку Вадик. У него с Лерой были давние и сложные отношения.

– Что-то нервное опять. Не знаю. Пробую успокоить.

Вадик засопел с новой силой. Потом сказал:

– Хорошо. Даю тебе еще полчаса, потом выкручивайся, как можешь.

Леру Пашка встретил на кухне, монтируя видео. Никакого вдохновения, конечно

же, не было. Монтировалось, что называется, без души, торопливо и неровно. Хозяева канала, да и зрители вряд ли заметят мелкие косяки и склейки, но Пашку такая халтура коробила неимоверно. Это как в старом анекдоте про фальшивые ёлочные игрушки.

– В общем, слушай второй вопрос, - сказала Лера, едва выйдя из ванной. От нее свежо пахло. Мокрые волосы рассыпались по плечам. — Всего три дня прошло со дня смерти Дениса, а Ната удалила все его аккаунты и подчистила все фотографии с ним на своих страничках в социальных сетях. Вывесила только одно фото — со свадьбы, где они вдвоем. Очень красивое. Подписала: «Прости за всё. Нам было замечательно вместе». А больше фотографий нет.

– То есть как — нет? А раньше были? — Пашка оторвался от планшета.

– Да. Денис мне сам показывал несколько фото с её страницы на «Фэйсбуке». Но это не главный вопрос. Скажи мне, зачем блокировать страницы умершего мужа? Сразу же. Я погуглила, нельзя просто так удалить страницу. Нужно или быть её хозяином, или обращаться в техподдержку и доказывать смерть человека. Сдается мне, Ната заходила из-под его аккаунта.

Пашка нахмурился, пытаясь быстро сложить воедино какую-нибудь внятную картинку, найти ответ, который бы не вызывал беспокойство. Лера села на стул рядом, взяла его планшет, быстро открыла браузер, пробежалась по адресам.

– Вот, смотри. Удалена. И эта удалена. Он был в друзьях у Лизы. Теперь нет. Страница удалена пользователем. Как тебе? Ты когда-нибудь видел человека, который в спешном порядке удаляет страницы своего супруга?

– Мало ли, - шевельнул плечом Пашка. — Может быть, она не в силах выдержать разлуку. Или еще что. У Наты свои странности.

– Или она мстит мне.

– Каким образом? И главное — зачем?

Впрочем, ответ на второй вопрос был очевиден.

– Удаляет человека из моей памяти. У тебя есть фотография Дениса? Не в телефоне или компьютере, а распечатанная, на бумаге? У меня тоже нет. Потому что никто не печатает фотографии, не пишет бумажные письма, не переписывается телеграммами. Понимаешь? Сейчас можно стереть память о человеке. Удалить! Через год ты забудешь, как он выглядит. Всё легко и просто.

Лера возбужденно прихватила со стола уцелевший кусок рафинада и принялась крошить его ногтями. В этот момент она походила на обезумевшую белку. Мысли и поступки у неё действительно были безумными.

– Весьма необычная месть, - произнес Пашка негромко. — Даже если это правда. Но моя задача, знаешь, в другом. Тебе надо успокоиться, отвлечься и прийти в себя. Поэтому мы сейчас приготовим поесть. Корнишоны с йогуртом, блин. А потом я сделаю всё, что сказал.

Лерин психоз лечился только таким образом. Тотальное обрубание факторов, которые могли её психически перевозбудить. Проверено.

– Возможно, я что-то

наговорила ей, - сказала Лера. — Но не помню, что именно. Вижу звонок, время разговора. Но не помню. Дыра в голове. Знаешь, ты прав. Мне надо остыть. Запишусь завтра к врачу, пусть выпишет рецепт на «Ревинол». Не знаю, куда пропали эти проклятые капсулы… Успокоюсь. Ты же не дашь мне снова вляпаться во что-нибудь серьезное, правда?

Снова подкатила ностальгия, на этот раз густо окрашенная в серое. Пашка вспомнил, как много раз сидел на этом же самом месте, за этим же самым столом и обещал, что не даст Лере никуда вляпаться. А она вляпывалась с такой невероятной частотой, будто хотела взять от жизни всё самое острое непременно до двадцати лет. А Пашка вытаскивал и снова обещал. Обещал и вытаскивал.

– Доставай йогурты, - проворчал он. — Тостер еще работает? В прошлый раз жёг ужасно. Давно пора новый купить. И сахар надо бы убрать, справишься? Я пока покурить выйду. И это не марихуана. Обычные сигареты, не смейся. Посмотри, душ всегда идет тебе на пользу. Стало намного лучше, сестричка. Намного лучше.

Они вышли из квартиры часа через два, в темноту стремительно угасающего дня. Пашке нравились сумерки, на изломе дня и ночи, когда вокруг стирались краски, всё становилось одинаково серым, как в старой поговорке. В сумерках хорошо думалось.

Он вызвал Лере такси. Не курил, сдерживаясь при сестре. Лера выглядела заметно лучше. Вечерний прилив «прихода» сменился отливом. На работе, Пашка надеялся, она отвлечется еще больше и постепенно войдет в норму.

— Позвони мне завтра, — попросил он, когда подъехало такси. — Если надо, я подъеду.

— Ты всегда меня спасаешь, — ответила Лера, поцеловала Пашку в щеку и скрылась в салоне автомобиля.

Проводив такси взглядом, Пашка направился к остановке, но потом передумал и зашагал по тротуару в сторону кафеен, которые выстроились неровными рядами на торговой площади неподалеку.

В какой-то чебуречной было малолюдно, Пашка пристроился за столиком в углу, где никто не мешал, заказал пиво и первым делом закончил монтировать видео. Сбросил Вадику с тысячами извинений в придачу. Пашка редко задерживал работу, а сегодня была очень уважительная причина. Так что Вадик вошел в положение.

Закончив с делами, Пашка нырнул в интернет.

Если бы информационная зависимость была заразной, то можно было бы говорить о том, что Лера его заразила. По крайней мере, ей удалось заложить Пашке в голову сомнения. Большие такие сомнения, похожие на толстых влажных червей, которые крутились и не давали успокоиться.

Последние три года Пашка монтировал ролики, в которых тема мести всплывала очень часто. Любовницы мстили любовникам за то, что те не уходят от жен. Жены мстили мужьям за то, что те изменяют. Мужья мстили женам. Дети мстили родителям. И так далее. Все вокруг хотят кому-нибудь отомстить. В драматургии скандалов месть является центром сюжета. Когда у людей есть средства, они готовы использовать любые методы.

А у Наты есть средства и мотив.

Она знает, что Лера изменяла с Денисом. Скорее всего знала до смерти мужа. Каково ей было? Легко представить.