Ида Премудрая
Шрифт:
— Единственное, что распорядился передать вам лично господин Галицкий — это то, что по определенным причинам ему пришлось отозвать охрану. Он просил вести себя осторожней в связи с этим. Остальное… спросите у него сами при встрече. Я очень надеюсь, Ида Викторовна, что мы с вами договорились. Удачного дня.
И этот… начальник по связям с общественностью отбил звонок. Я выругалась. Сильно. Крепко выругалась…
Как ни крути, но песенка из мушкетеров "Я не сказала "да" милорд, я не сказала "нет" — произведение гениальное.
Что еще я любила во времена ранней юности? Мультик про Фока, Паспорту и Фикса я любила. Итак, «есть ли у вас план, мистер Фикс? Есть ли у меня план, есть ли у меня план… У меня всегда есть план! Ха!»
Неплохо было бы поговорить с Федором. Хоть какой-то информацией о Кирилле Андреевиче Бонде разжиться. А то как-то обидно получается. Он — мужчина-загадка. А я? Что-то мне подсказывает, что всю инфу обо мне, включая любимый цвет и размер, уже слили. Или — вон этот… начальник службы раскопал. Или не раскопал, поэтому и злится.
Хотя… зачем ему этот… Лаврецкий? У него же есть… тетя Лена! Да и у меня она есть… Так чего я туплю?
Похоже, до работы я сегодня не доберусь.
Вздохнула и набрала номер своей сообщницы по организации знакомства Федора и Василисы.
— Здравствуй, Идочка!
— Тетя Лена, а что вы знаете о Кирилле Галицком?
— Кирюша… Он хороший мальчик.
Ох. Я чего-то не к месту вспомнила, что этот "хороший" мальчик умеет творить и вытворять. Его алчную ненасытность, нашу неуемную страсть… Жаром полыхнули щеки. Хорошо, что меня никто не видит. Взгляд наверняка чумной совсем.
— Знаешь, что Идочка, приезжай, — услышала я то, на что надеялась. — Поговорим.
Ураааа!
— Они с Федором, Идочка, друзья со школы. Но ты, наверное, знаешь?
— Нет, — я приняла чашечку чаю и покосилась на тортик.
Ехать с пустыми руками было неловко, а купить то, что не люблю… Рука не поднялась. И вот на столе — йогуртовый тортик. С малиновым желе. Ладно. Из всего, что было он — самый низкокалорийный. Один кусочек. Все равно тетя Лена пока не накормит — не выпустит.
— Отец Кирюши — высокопоставленный военный. Сейчас в министерстве. А Кирилл МГИМО окончил. Восточные языки и всякое такое. Думали, по дипломатической службе пойдет, но… не знаю. Не прижился. А вот карьеру как экономист — сделал. Блестящую.
— А что с…
Почему-то при тете Лене просто невозможно было произнести "с японской невестой". Но… За что обожаю тетю Лену — за умение читать по глазам и между строк… Удивительная она все-таки женщина!
— Не знаю, Идочка. Правда, не знаю.
Видеть сочувствие в глазах было невыносимо. Зря я приехала, наверное.
— Я тебе больше скажу. И Федор наверняка не знал, потому что тогда дал твои координаты…
— Все-таки Федор.
Внезапно у меня задрожали руки. И я вынуждена была отставить чашку.
— Идочка.
— Ида Викторовна!
— Да, Ирочка?
— А вы… далеко? Тут… у нас… такое!
SOS администратора был полон ярких эмоций: раздражение, паника, с трудом сдерживаемый мат… Немного обнадеживало, правда, то, что в голосе Ирочки не было страха — следовательно, отморозки, они же друзья хорошей девочки Леночки на центр йоги не напали. Налет зомби и вариант апокалипсиса, думаю, тоже можно отменить. Остальное — переживем. Вперед!
Когда я влетела в наши уютные помещения, то поняла, что с оптимистическим настроем сильно погорячилась.
Уж лучше бы зомби… Ну, или апокалипсис. Да впрочем, и отморозки не так уж страшно, наверное. Вызвали бы охрану и дело с концом. Все лучше чем…
— Ррррррррррррр! — толстое существо в складочку с выпученными глазками пиявкой извивалось на руках пожилой, тучной, смутно знакомой дамы.
— Идочка! Девочка! — возопила гостья, стараясь удержать это чудище на руках. — Зяма! Плохой, невоспитанный мальчик! Зяма, как тебе не стыдно? Как ты себя ведешь?
— Добрый день, — осторожно поздоровалась я.
— Идочка! Девочка, ты всех распустила! Этот… хлам необходимо выбросить! Он занимает много места. Может быть, это можно продать?
Хозяйка мерзкого мопса, что ни на секунду не переставал фыркать, скулить, рычать и лаять (всех клиентов разгонит, паразит!) тыкнула пухлым пальчиком со следами ярко-алого лака в кладовку, где были сложены коврики для йоги и подушки для беременных. Очень, к слову, не дешевый инвентарь. Конечно, можно продать! Любой центр купит, вот только все это нужно нам самим!
— Понятно, ты девочка молодая, неопытная. Не переживай. Я помогу. — Меня попытались потрепать по плечу, но я вовремя увернулась.
Вздохнула, в панике соображая, что же делать, ибо я уже, конечно, догадалась, кто к нам пожаловал с визитом.
— Здравствуйте, тетя Фая, — поприветствовала я мамину подругу, которую сто лет не видела и еще сто раз по столько же с удовольствием не видела бы еще!
— Доченька! Левончик как сказал, что вы! О… Какая прелесть, Идочка! Мы и не думали… Какой… удивительный, непредсказуемый финал! Поворот судьбы…
О да, да… Удивительный! Главное — неожиданный какой!
— Я сразу побежала к твоей маме, — продолжала тетя Фая, дела вид, что не замечает моего скептического выражения лица (а я, между прочим, стараюсь!) — И решила тебя навестить. Счастье какое… Идочка!
"Я убью Леву. Сначала у него на глазах уничтожу его любимые кактусы. Топором! А потом убью".
— Тетя Фая, — осторожно проговорила я. — Вы, боюсь, не совсем все правильно поняли…
— О! Скромность! Это настоящее украшение девушки. Но, Идочка, что же я вижу?!