И придет ночь
Шрифт:
– Ты уверена, что так надо, Сил? А вдруг злодей скроется?
– Должны же мы поесть, – ответила практичная Сил-вер. – К тому же мне кажется, что те молодые люди, которых нам удалось нанять, справятся со всем лучше нас. Ведь улица – это их дом. Они здесь знают каждый закоулок, все ходы и выходы. А мы сразу запутаемся в трех соснах, если придется кого-то преследовать.
– Да, похоже, ты права, – согласился Брэм после некоторого размышления. Больше всего он жалел о том, что ему не удалось как следует пообщаться с уличными мальчишками. Они бы ему наверняка рассказали
Вдруг глаза его засветились радостью.
– Смотри, какая симпатичная чайная! Зайдем, Сил? Всего на минутку, а?
Силвер с грустью осмотрела свою запылившуюся юбку. Да, с одеждой уже ничего нельзя поделать. Пригладив волосы и поправив жакет для езды, она взяла Брэма под руку:
– Да, с виду неплохое местечко. Пошли. Это оказалось мудрое решение. Напившись чаю и закусив сдобными пирожками, они почувствовали, что сил у них вновь прибавилось. Теперь они уже не так боялись встречи с таинственным злодеем, затаившимся на складе. Силвер не спускала глаз с городских курантов. У них еще оставалось сорок пять минут, так что можно было прогуляться и заглянуть во все оживленные лавки, расположенные близ гостиницы «Голова герцога».
Улицы городка кишмя кишели народом. Их юные друзья с реки объяснили, что сегодня через их город проезжает сам принц-регент со свитой. Они едут охотиться в ближайшее имение. Силвер с легкой завистью разглядывала яркие наряды женщин. Каких только платьев здесь не было: муслин, украшенный узором в виде веточек; цветной коленкор; легкий тюль, оттененный пестрыми ленточками и перьями.
Все эти разряженные леди проплывали мимо нее. Силвер начала стесняться своего поношенного и немодного костюма для верховой езды. Но она решила, что такой пустяк не должен омрачить ее настроение. Гордо вскинув голову, она шла сквозь толпу, не обращая внимания на презрительное фырканье, доносившееся ей вслед, и приглушенный шепот: «Деревенщина!»
Силвер решила насладиться случайным визитом в этот очаровательный рыночный городок с запутанным лабиринтом ухоженных улочек. Мальчишки у реки уверили ее, что если путник появится из склада раньше ожидаемого, то они сообщат ей. Нет причин для беспокойства, твердила себе Силвер.
Но она все никак не могла перестать волноваться. Они с Брэмом шли по мощенным булыжником переулкам. Брэм взволнованно взглянул на сестру:
– Сил, у тебя нет такого чувства, будто за нами кто-то следит?
Силвер невольно нахмурилась. У нее тоже было подобное ощущение, но ей не хотелось тревожить брата.
– Кто-то следит? Нет, тебе показалось. И неудивительно: ведь здесь сотни людей.
– Нет, Сил. – Лоб Брэма прорезала вертикальная морщинка. – За нами следит кто-то один. Он не спускает с нас глаз. Я чувствую это с тех пор, как мы свернули на Кинг-стрит.
– Должно быть, ты ошибся, дорогой мой. – Силвер попыталась изобразить уверенность, которой сама не чувствовала. – Ты не привык, когда вокруг столько народу, вот тебе
По спине Силвер пробежал легкий холодок. Она быстро обернулась назад: кругом незнакомые лица, каждый занят своим делом, никто не смотрит ни на Силвер, ни на ее брата.
Но она не могла избавиться от странного ощущения, что за ними наблюдают. К счастью, в этот момент внимание ее брата отвлекла витрина, где были выставлены блестящие хрустальные флакончики с духами и помадами со всех уголков света.
– Зайдем, а? – попросил ее Брэм. – Посмотрим, что они продают и есть ли у нас на ферме такие товары.
Силвер обрадовалась, что его что-то отвлекло. Она кивнула, и они зашли в это элитное заведение, смешавшись с толпой леди из высшего общества и светских модников.
Но Брэма интересовали только хрупкие хрустальные флакончики. Он сразу же нашел применение своему уникальному дару, унаследованному им от отца и деда: переходя от сосуда к сосуду, он нюхал духи и сравнивал вычисленные им ингредиенты с теми, что были написаны на ярлычках.
Он часто хмурился и бросал презрительный взгляд на ярлыки, набранные изящным шрифтом, где были названы редкие и дорогие ингредиенты, которых в духах и в помине не было.
Тем временем две молодые женщины попросили Силвер посоветовать, какие духи им лучше купить. Пряча улыбку, Силвер попыталась убедить одну из них, что смесь ароматов дубового мха и сандала слишком тяжелый запах для лета, а другую – что приглянувшиеся ей мускус и тубероза не подходят для столь юной леди хрупкого сложения.
Несколькими минутами спустя Силвер вдруг очутилась лицом к лицу с представительным джентльменом, одетым в элегантный строгий черный фрак и безупречный дамастовый серый жилет. Он тоже хотел узнать ее мнение по поводу духов.
Когда она спросила, для кого он покупает духи, он хитровато подмигнул ей:
– Для моей... сестры. Да, это подарок для моей дорогой сестренки. Как вам этот запах?
– Думаю, этот аромат чересчур сильный. Женщины со вкусом предпочитают более тонкие запахи, – объяснила Силвер. Она почти слово в слово повторила ту фразу, которой руководствовался ее отец все двадцать лет, что производил духи. Через несколько минут солидного вида незнакомец, собираясь уходить, уносил с собой три флакончика духов, что она ему порекомендовала в подарок сестре. Он еще раз подмигнул Силвер.
Тем временем вокруг Брэндона, который нюхал каждый пузырек и оценивал его содержимое, собралась целая толпа.
– Бергамот, тубероза и амбра? – Он принюхался. – Да здесь только лимон и розовая вода – ужасного сорта к тому же. – Нахмурившись, мальчик перешел к следующему экспонату: на коробке был изображен букет лавандовых веток, перевязанный лиловой лентой. – «Королевская лаванда, подойдет даже для королевы», – про читал он и понюхал стоявший рядом пузырек. – И это они называют лавандой? Да ведь духи изготовлены из самой дешевой дикой широколистной лаванды, что растет на холмах Франции! И дистиллированы так себе... Они уже через час утратят весь аромат. Папа всегда говорил...