И придет ночь
Шрифт:
– О Йен! – воскликнула Индия. – Только не говори мне, что тебя принимали за конокрада или за изменника!
На минуту в глазах ее брата вспыхнуло суровое выражение, но оно исчезло так быстро, что Брэм даже подумал: а не померещилось ли это ему?
Йен еще крепче сжал вожжи.
– Нет, за конокрада меня никто не принимал, Индия. Избавь меня от своих расспросов. К твоему сведению, ничто так не раздражает мужчин, как женское любопытство.
– Ох, ты смертельно ранил меня своей жестокостью! – Индия театрально заломила на груди руки, но по ее сияющим
Брат нежно взглянул на нее:
– Настоящая ведьма.
– А ты просто олух, – тут же ответила сестра.
Брэм, скачущий между ними, с трудом сдержал улыбку. Несомненно, это была самая необычная семья из всех, какие он только встречал.
Силвер открыла глаза и попыталась пошевелиться. Она с радостью обнаружила, что сердце ее колотится уже не так часто. И в висках у нее перестали стучать молоточки. Теперь у нее только слегка побаливала голова. Она попыталась сесть. Герцогиня помогла ей.
– Ну как, теперь уже лучше себя чувствуешь, дорогая? Ты вовремя пришла в себя – Суоллоу-Хилл вон за той горкой.
– Вы очень добры, ваша светлость. Мы ведь почти не знакомы. Не знаю даже, учтиво ли это – воспользоваться вашим гостеприимством.
– Вздор, моя дорогая! – отрезала герцогиня. – Я не веселилась так уже много месяцев, с того самого дня как... – В глазах у нее появился мечтательный блеск. – Но об этом как-нибудь в другой раз. А теперь выгляни-ка из окошка и увидишь крышу нашего дома.
Силвер отвела занавеску, и взгляду ее предстала изумрудная долина, где там и сям темнели дубы и живые изгороди.
У нее захватило дыхание.
Да, такой роскошный дом, как Суоллоу-Хилл, не каждый и не скоро забудет. Из-за зеленого гребня показались многочисленные башенки и причудливо изогнутые трубы из розового гранита. Южный флигель украшали большие окна, а вдоль западного крыла дома раскинулся сад в классическом стиле. В конструкции этого дома не чувствовалось никакого расчета, никакой симметрии: все флигели были раскиданы как придется. Словно дом строился в разные века, разными людьми.
И все же это нисколько не нарушало красоты усадьбы; наоборот, придавало ей живости и очарования. Сразу было ясно, что это родовое гнездо большого семейства, обитавшего здесь уже не одно поколение.
– Ну, как тебе? Это совсем не в палладическом стиле, который сегодня в моде. Боюсь, что наш домик покажется тебе уродливым.
– Уродливым? – возмущенно воскликнула Силвер. – По-моему, это самый красивый особняк, который я когда-либо видела.
Герцогиня сморгнула. Она откинулась назад, сжимая в сморщенных пальцах серебряную тросточку.
– Ты очень сообразительна, девочка моя. Я это сразу заметила.
– Но это правда! Может, этот дом и в самом деле беспорядочно выстроен: все окна разных размеров и флигелям недостает симметрии. Но это не страшно. Никто этого даже не замечает, потому что всем сразу же бросается в глаза величие и скрытая сила этого здания.
Герцогиня
– Хорошо сказано, мисс Сен-Клер. Вы умны не по годам. – Когда она похлопала Силвер по руке, девушке показалось, что ее глаза блестят от слез. Затем герцогиня выпрямилась. – Первое, что мы сделаем, – это уложим тебя в постель. А затем позовем этого старого знахаря, сэра Реджинальда, чтобы он осмотрел тебя.
– Нет, нет. – Силвер помотала головой. – Я об этом даже слышать не хочу.
– Чепуха, девочка моя. Насколько я понимаю, то в придачу к шишке на голове ты еще и ранена в бок. Можешь соглашаться со мной или все отрицать, но я-то лучше знаю. Сейчас тебе нельзя возвращаться в твою деревню. Пока тебе никуда не следует скакать. Не сегодня. Может быть, завтра. Если ты беспокоишься о своих домашних, то я пошлю им гонца с запиской, что с тобой все в порядке. А когда ты себя будешь чувствовать немного лучше, ты сама напишешь им записку.
Силвер всматривалась в лицо герцогини. Она испытывала одновременно и раздражение, и благодарность.
– Вы самая удивительная и властная женщина из всех, кого я знаю, ваша светлость.
– Мне часто так говорят, – весело подтвердила герцогиня. Она ни капельки не обиделась. – Я такая из принципа, понимаешь ли.
Силвер покачала головой и тихонько рассмеялась. Карета со скрипом остановилась возле веселого дома под названием Суоллоу-Хилл.
Герцогиня провела их в великолепную, обтянутую желтыми обоями гостиную. Огромные французские окна от пола до потолка были распахнуты настежь, и можно было всласть любоваться обширными зелеными лужайками. Устроив Силвер поудобнее, не терпящая возражений герцогиня вышла из комнаты. Как только за ней затворилась дверь, Силвер откинула одеяло, которым ее заботливо укрыла герцогиня, и уселась на кровати.
– Где блокнот, Брэм?
Мальчик улыбнулся и похлопал по карману.
– А документы, что были в куртке у того человека? Я не знаю, куда они дели мой плащ!
– Они в целости и сохранности, Сил, не волнуйся. Я их вынул, пока все суетились вокруг тебя. Это оказался какой-то скрученный в трубочку документ, но я не могу понять, что он означает. Столбики цифр без всякого смысла и значения.
Силвер нахмурилась:
– Цифры? И все?
– Боюсь, что так. Но может быть...
В этот момент отворилась дверь и в комнату заглянули Индия и Йен. Брэм бросил на Силвер предупреждающий взгляд.
– Мы вас не потревожили? – спросила Индия.
– Ни капельки.
– Ну конечно же, мы некстати.
Индия и Йен одновременно произнесли эту фразу. После этого все четверо расхохотались.
– Мы решили пойти посмотреть, как вы, пока бабушка будит слуг. Понимаете, они думали, что мы появимся только через два дня, и, понятное дело, решили отдохнуть. Ведь отдых им просто необходим. Когда на бабулю находит боевой дух, она превращается в самое настоящее чудовище. Но вы, верно, это уже заметили, – сказала Индия.