И нет преград…
Шрифт:
— Конечно, — согласилась Энни. — А вдруг ее решение не совпадет с твоим?
— Я подчинюсь ее мнению, — последовал незамедлительный ответ Сэма.
Энни кивнула и протянула руку.
— Итак, мы договорились, ковбой? Он обиженно хмыкнул:
— Ты хочешь отделаться от меня одним лишь рукопожатием?
И, прижав Энни к себе, он впился в ее губы жадным поцелуем. Она застонала от сдерживаемого желания. Их тела накрыл всепоглощающий пожар страсти.
Наконец Сэм оторвался от Энни, но она не торопилась отодвинуться от него, уютно пристроив голову
— Энни, позволь мне прийти к тебе ночью, когда остальные уснут, — хрипло прошептал он.
И снова Энни испытала сильное искушение. Несмотря на то что между ними осталось много нерешенного, сегодняшние события и чувства связали их. И все-таки она тихо ответила:
— Пока мы здесь, Сэм, нам следует соблюдать традиции племени.
Отстранившись, он взглянул Энни в глаза.
— Черт возьми, я знаю: ты отказываешь мне вовсе не из-за этого!
Она устремила на него взгляд, полный страдания.
— Тогда скажу по-другому: прежде чем слиться физически, мы должны прийти к духовному единству.
Он сжал кулаки.
— Но, Энни…
— Я уже дала тебе все, что могла, — ответила она дрожащим от волнения голосом. — Дальше решать тебе, ковбой.
Она юркнула в вигвам, а Сэм остался стоять, потирая подбородок и умоляюще глядя в холодные небеса.
Глава 23
Перед самым рассветом Энни разбудил голос старика глашатая, который бегал по кругу от вигвама к вигваму и что-то выкликал по-шайеннски. Ему вторил пронзительный собачий лай.
Завернувшись в шкуру, Энни вышла из вигвама, вступив в промозглую и влажную предутреннюю серость. Ей надо было облегчиться. Она направилась к поросшему лесом холму, но остановилась, потрясенная удивительным зрелищем, развернувшимся всего в нескольких ярдах от нее.
Под горой, на маленькой полянке, сидел на корточках Лунный Теленок, окруженный различными представителями местной фауны. На плече у юродивого сидел его ручной жаворонок. Лунный Теленок бросал зерна прыгавшим вокруг него пташкам: здесь были красивые красногрудые поползни, яркие желто-розовые зяблики и желтые с черным дубоносы. Птицы оживленно стрекотали и клевали зерна, а одна храбрая сойка даже склевывала их с руки Лунного Теленка. В нескольких шагах от них два кролика с пушистыми хвостиками, четыре полосатых бурундука и благородный олень с аппетитом жевали пучки клевера, явно принесенные сюда юродивым.
Энни была очарована этой милой пасторальной сценой. На ее глазах один пестрый дубонос вспорхнул с земли, уселся Лунному Теленку на макушку и залился звонкой песней. Юродивый закрыл глаза и стал подпевать. Энни впервые увидела улыбку бедняги — совершенно невинную и счастливую. У нее дрогнуло сердце. Казалось, юродивый находится в полной гармонии со всеми этими животными, словно он — часть их дикого мира. Охваченная благоговением при виде столь волшебной и даже мистической картины Энни не решилась подойти ближе, боясь спугнуть зверьков и нарушить представшую ее глазам идиллию.
Пока она стояла завороженная, Лунный Теленок как будто почувствовал
Когда она возвращалась, рассвет уже окрасил местность великолепными оттенками красного и золотого. Ликующие мужские вопли и громкие всплески, доносившиеся с озера, привлекли внимание Энни. Обернувшись, она увидела женщин, которые наполняли водой бурдюки, не обращая внимания на купавшихся рядом мужчин. Подойдя поближе, Энни с веселым недоумением заметила Красного Щита, мужа Сидящей на Облаке, нырнувшего нагишом в кристально чистую голубую воду. Еще несколько мужчин и мальчиков раздевались на берегу. К ним подошли Сэм и старик глашатай.
Энни бесстыдно наблюдала за Сэмом, который на ее глазах разделся догола. Лучи утреннего солнца играли на сильных мускулах его спины, красиво очерченных ягодицах и длинных крепких ногах. Внезапная волна острого желания привела ее в дрожь. Когда он входил в воду, она представила себе, как согрела бы его охлажденную плоть своим разгоряченным телом. Немного поплавав, Сэм начал выходить из воды. Ошеломленная и зачарованная, Энни увидела сначала красивое лицо, обрамленное мокрыми волосами, затем загорелую шею и широкие плечи. Далее следовали литая волосатая грудь и…
Женский голос за спиной вывел ее из транса.
— Это мужская традиция — купаться на рассвете.
Смущенно покраснев, Энни резко обернулась и увидела Сидящую на Облаке. Женщина держала в руках бурдюк с водой.
— Я… не хотела подглядывать.
Сидящая на Облаке засмеялась.
— Когда видишь такое в первый раз, это немного шокирует. Мужчины смело купаются в озере, не боясь водяных чудовищ.
— Водяных чудовищ? — переспросила Энни.
— Да. Они живьем пожирают храбрецов. Чтобы их ублажить, мы часто жертвуем им ягненка или теленка. А еще под водой живут люди-колдуны. Это уважаемый народ. В отличие от чудовищ они не причиняют нам вреда.
— Понятно, — пробормотала Энни и указала на бурдюк с водой, который держала шайеннка. — Я вижу, ваши женщины тоже рано встают.
Сидящая на Облаке кивнула.
— Мы каждое утро собираем живую воду. Та вода, которая простояла ночь, уже считается мертвой.
— Как интересно!
Женщина вдруг поморщилась и потерла поясницу. Энни подошла к ней:
— Тебе плохо?
Сидящая на Облаке отрицательно помотала головой.
— У меня болит спина… Наверное, скоро рожать.
— Да хранит тебя Господь, — сказала Энни, содрогнувшись при мысли о том, что этой женщине придется рожать в таких примитивных условиях и без врача, если не считать Знахарки. — Как жаль, что я не могу тебе помочь.
— Знахарка знает, что делать, — ответила шайеннка. — А ты, наверное, хочешь есть? Пойдем, я угощу тебя кашей и теплым ягодным чаем.
— Разве тебе не вредно ходить?
Сидящая на Облаке с недоумением уставилась на Энни.
— Я прекрасно себя чувствую. Идем!