И нет преград…
Шрифт:
Еще раз взглянув на сумку-мешок, висевшую на поясе женщины, Энни догадалась, что там лекарственные травы: в воздухе чувствовался их густой аромат.
— Очень приятно, — сказала она. Знахарка улыбнулась.
К ним размашистой походкой подошел пожилой мужчина в оленьей коже с бахромой и хлопнул Сэма по плечу.
— Рад тебя видеть, приятель! — Он обернулся к Энни и приподнял шляпу в знак приветствия. — Я вижу, ты привез с собой хорошенькую девушку.
Бросив на мужчину укоризненный взгляд, Сэм объявил:
— Познакомься,
Энни одарила улыбкой толстого мужчину лет шестидесяти с большим квадратным лицом, заросшим седеющей бородой.
— Здравствуйте.
— Добрый день, мэм.
В этот момент к Энни осторожно приблизился второй белый человек — в бизоньей накидке и с длинной бородой. Она удивленно обернулась, и он, поморщившись, отпрянул. На щеке его дергался мускул.
Энни в замешательстве взглянула на Сэма, но тот лишь пожал плечами. Вскоре странный мужчина опять начал робко подкрадываться к Энни, на этот раз внимательно ее разглядывая. Она следила за ним с той же осторожностью, боясь снова его спугнуть.
Наконец, все так же ни слова не говоря, он остановился и вперил в Энни раздражающе-пристальный взгляд. Она явно пробудила в нем любопытство, однако его лицо и поза выдавали напряжение. Он напоминал кошку, которая обнюхивает незнакомца, готовая удрать при первом же признаке опасности. Опустив глаза, Энни с удивлением увидела в его руках симпатичного коричнево-желтого лугового жаворонка, который с интересом озирался по сторонам, спокойно давая мужчине поглаживать свою пушистую головку.
Видимо, это и был Лунный Теленок — белый юродивый и заклинатель животных, о котором рассказывал Сэм. Но почему он так ею заинтересовался? Энни с трудом подавляла желание съежиться под острым взглядом темных, глубоко посаженных глаз. Сухопарый и бородатый, мужчина был тем не менее недурен собой — прямой нос правильной формы, высокий лоб, хорошо очерченная челюсть — и относительно молод — лет тридцати с небольшим.
Однако диковатый, затравленный взгляд выдавал в нем безумца.
Между тем мужчина прижал птицу к груди и выпростал вперед свободную руку, направив указательный палец в небо. Жаворонок забился у него в кулаке.
— К нам явилась избавительница! — заговорил бородатый, и от его громового голоса по спине Энни пробежала дрожь. — Ее пришествие было начертано на звездах, и вот она здесь!
Энни смотрела и слушала, замерев от ужаса. Мужчина повернулся к остальным.
— Мудрый Всевышний предсказывал, что она придет с гор осенним утром, и вот она здесь!
Закончив свою речь, мужчина резко опустил руку и зашагал прочь. Птица выпорхнула из его разжатой ладони. От неожиданности Энни вздрогнула.
— О Боже! — пробормотала она, оглядываясь по сторонам. Стоявшие вокруг индейцы перешептывались и внимательно смотрели на нее.
Сэм взял Энни за руку и ободряюще сжал ей пальцы.
— Не бойся, милая. Лунный Теленок совершенно безобиден.
— Значит, это был Лунный Теленок? — уточнила Энни. — Тот самый белый человек, который сказал тебе, где меня искать? Но он говорил как индеец!
Знахарка понимающе улыбнулась.
— Лунный Теленок сжился с шайеннами. Когда он к нам пришел, он был похож на Великие равнины после того, как на них истребили наших друзей бизонов. Все следы белой жизни стерты в его душе.
— Вы хотите сказать, что у него амнезия? — спросила Энни.
Кнут и Сэм удивленно переглянулись, а Знахарка продолжала:
— В последние годы юродивый общался с нашими старейшими воинами, курил трубку и медитировал в вигвамах, постигая наш образ жизни.
— Да, он явно одичал, — согласилась Энни. — К тому же, похоже, он умеет находить общий язык с животными.
Знахарка кивнула.
— Он даже ночами бродит по прерии — поет птицам и разговаривает со зверями, с нашими священными волками и койотами. Однажды он привел в лагерь скунса. — Она поморщилась. — Эта тварь похуже «перечащего» на тропе войны! Когда вонючая кошка наконец убралась из нашего поселка, нам пришлось сжечь несколько вигвамов.
Энни сдержала смешок.
— Как видите. Лунный Теленок совершенно забыл белую жизнь, — заключила Знахарка, взглянув на Сэма с грустной улыбкой, — так же, как и я.
Сэм обнял бабушку за плечи.
— Но ты не должна забывать своего белого внука. Женщина возмущенно погрозила ему пальцем.
— Забыть мою кровиночку? Человека, который нас защищает? Ни за что!
— Вот и хорошо, — улыбнулся Сэм и снова обнял бабушку.
Знахарка усмехнулась.
— Вы, наверное, устали и проголодались?
— Что ж, едва ли мы откажемся, если ты предложишь нам свое рагу.
Она просияла.
— Сейчас мы разведем большой костер и устроим пир в честь вашего приезда.
— Не стоит так беспокоиться, — возразил Сэм. Знахарка упрямо вскинула голову.
— Мы должны встретить тебя как полагается, внучек! Она обернулась к остальным и быстро заговорила по-шайеннски, хлопая в ладоши и энергично жестикулируя.
Энни догадалась, что знахарка объявила о празднике: с радостными криками индейцы побежали готовиться.
Сэм не торопясь подошел к Энни и положил руку ей на плечо.
— Ну вот, наконец-то мы одни, милая.
— Одни — в окружении двух дюжин индейцев? — усмехнулась она. — И не забудь про табу: мне нельзя водить дружбу с волками, — добавила она, скидывая его руку со своего плеча.
— Черт возьми, Энни! — воскликнул он в досаде.
— Пойми же, Сэм, — со вздохом сказала Энни, видя его недовольство, — я прекрасно помню, зачем мы сюда приехали: ты считаешь, что я лгунья, и собираешься меня перевоспитать. И как, по-твоему, я должна себя чувствовать в этой ситуации?