И это пройдет…
Шрифт:
— Меня зовут Полина Романова, — представилась девочка, — я хочу показать сценку.
Полина встала в позу, она подняла руку ко лбу:
Сергей Михалков
Беглянка
Жила-была собачка
По кличке Чебурашка —
Курчавенькая спинка,
Забавная мордашка.
Хозяйка к ней настолько
Привязана была,
Что в маленькой
Везде с собой брала.
И часто в той корзинке,
Среди пучков петрушки,
Торчал пушистый хвостик
И шевелились ушки.
Хозяйка Чебурашку
И стригла, и купала,
Она, не зная меры,
Собачку баловала…6
Полина подпрыгивала, закатывала глаза, пару раз делала колесо, изображая милую собачку, а в конце, замерла в длинной паузе и чуть не пустила слезу. Быстро поклонившись, она опрометью кинулась за кулисы.
— Ничего себе, — прошептала Аня, когда Поля поравнялась с ней, — я вообще все-все забыла, а ты так показала, — она округлила рот и выразительно выпучила глаза.
Маленький червячок зависти проснулся в девочке, она считала, что лучше всех читает с выражением, умеет напускать на лицо таинственность, поднимать к небу глаза. Аня старательно копировала этот взгляд с Констанции в «Трех мушкетерах». Увиденный в 6 лет фильм очень заинтересовал девочку. Ирина Алферова, играющая нежную красавицу, ей понравилась. Первый раз Аня задумалась, что возможно, когда она немного подрастет, то у нее тоже появится отважный поклонник, который будет драться ради нее на шпагах. Тогда Аня плохо осознавала, что героиня замужняя женщина, которая завела роман с легкомысленным повесой. Все ее внимание было приковано к крохотным ножкам, к которым припадал страстный возлюбленный, поющий зычным голосом:
«Пальба, трактиры, стычки, шпаги, кони,
И буйный пир от схватки до погони,
И миг любви, и миг святого пыла,
Рука ласкала, а душа любила.
Та встреча не чета простой удаче,
Была любовь и было всё иначе.
И вот среди друзей я, как в пустыне,
И что мне от любви осталось ныне,
Только имя…
Констанция…»7
Этот сладкий образ привлек Аню к сериалам и романтическим повестям. Она рано прочитала «Метель» Пушкина и «Барышню — крестьянку». Стянула у мамы женский роман Екатерины Вильмонт «Путешествие оптимистки, или все бабы — дуры». Вечерами усаживалась с бабушкой около телевизора и смотрела «Санта-Барбару», «Селесту», «Черную жемчужину», «Землю любви». Она восхищалась красотками, рядом с которыми были пылкие чернобровые мужчины. Поцелуи приводили девочку в восторг. Она впитывала экранную любовь как губка, думая, что во взрослой жизни так много всего интересного, и это предстоит испытать. Аня наблюдала за бабушкой, которая промакивала платочком глаза, сопереживая тяжелой судьбе молодой итальянки, вынужденной бежать
Кроме экранных страстей Аня обращала внимание на отношения дедушки и бабушки. Дед постоянно пропадал на стройке, приходил оттуда с черными ногтями и пьяненький. Бабушка целый день стояла у плиты, варила кастрюлями супы: щи с квашеной капустой, борщ. Жарила из жесткого мяса, прокрученного в фарш, жилистые, жирные, пахнущие луком котлеты. Иногда они вместе ходили гулять в парк и танцевали там медленный фокстрот на открытой веранде. Летом бабушка уезжала в деревню, занималась огородом, а дедушка появлялся там только в выходные. Чем он занимается, Аня не знала.
Ее частенько отправляли в дачную ссылку. Там она качалась на качелях, объедалась свежими сливами и пирожками. Но Аня не хотела такой жизни. Ей она казалась скучной, однообразной. В душе жила мечта о волшебной сказке. Мама тоже была сомнительным примером. Она никогда не выходила замуж. Мама не приводила в дом своих кавалеров и дочь в подробности личной жизни не посвящала. Все, что Аня узнавала, было подслушано из разговоров матери с подругами. Они часто собирались на их кухне, обсуждали мужчин. Мама гадала. Ане строго-настрого запрещалось трогать гадальные карты. Папа с ними никогда не жил. Аня знала, что он женат, у него есть другая семья. Отец приезжал только по праздникам, дарил плюшевые игрушки. Дед в это время демонстративно уходил из дома, а бабушка тяжело вздыхала.
Совсем недавно по НТВ Аня увидела новый сериал, название его отдавало запретным и непонятным — «Секс в большом городе». Девочка посмотрела всего несколько серий, но они потрясли ее до глубины души. Красивые, гордые женщины, в ярких нарядах вели успешную жизнь, имели поклонников и не страдали. У них все получалось, они были свободны от всего. Аню не интересовало, что такое секс, к чему стремятся героини. Она просто обмирала при виде шикарных туфель. Пропуская через себя, но не осмысливая, слушала она разговоры, не предназначенные для детских ушей. И вдруг поняла, что во что бы то ни стало хочет стать актрисой, чтоб у нее тоже были такие наряды. Когда Аня оставалась дома одна, то доставала своих обожаемых Барби, разыгрывала с ними спектакли. И все сюжеты были конечно же о любви!
Сейчас, глядя на Полину, Аня почувствовала дух соперничества. Он был для нее нов. Ни с Олей, ни с Мирой такого не возникало. Но эта девочка очень сильно от них отличалась. То ли в настороженном взгляде, то ли в быстрых, уверенных движениях чувствовалась какая-то агрессивная, но пока скрытая сила.
Оля тоже была поражена выступлением Полины, теперь ей было еще страшнее выходить на сцену, она попятилась.
— Я не пойду, я не могу, — пролепетала она.
4 глаза уставились на нее.
— Это еще почему, — опередив Аню, спросила Полина, — ты же уже пришла, надо попробовать, — уверенно заявила она.
— Ты сама только что дрожала, словно осиновый лист на ветру, — отнекивалась Оля.
— Еще бы, я с братом поспорила на 10 рублей, что смогу все выучить и выступить, — надув губы, ответила Полина, — так бы я ни за что сюда не пришла.
Аню снова кольнула зависть, выходит, что для новой знакомой сегодняшний конкурс ничего не значит кроме спора с братом. А для нее это шажок к мечте всей жизни, и очень возможно, что она его провалила. Какой ужас! Аня не сразу обратила внимание на легкий смешок где-то у себя за спиной. Звук повторился. Аня повернулась, сзади нее стоял мальчик, он сердито смотрел на Полину, выдыхал сильно, так, что длинная, давно не стриженная челка подлетала вверх.