И целая вечность впереди...
Шрифт:
— Тогда вы со Светочкой поезжайте, а мы на бункер посмотрим.
Оба «Зверя» рванули с места. Макс с Егерем остановились возле невзрачного домика. В доме ничего необычного не было.
Они подошли к бункеру.
— Солидная постройка, — отметил Егерь.
— И как мы её откроем? — спросил Макс.
— Не знаю, думать будем.
— Поехали, народ уже выдвинулся.
Войсковая часть, действительно, была недалеко. Однако она загрузилась не полностью. Казармы и гараж пристыковались к каким-то военным складам. Такое частенько бывало на Стиксе. Самое
— Ваша задача — спасти солдат. Остальное по мере сил. Военную технику не бросать. Мы поехали, а вы сами справитесь.
Машины укатили. Ворчун начал распоряжаться.
— Распределились по два человека. Я иду сзади и страхую вас. Назад не оглядываться. Смотрите прямо и по сторонам.
Первого человека они увидели в стеклянной будке, стоявшей на въезде. Он увидел нормальных людей и бросился к ним со словами:
— Стойте братцы, стойте. Там люди в мутантов превращаться начали. Мы такое увидели и попрятались.
— И много попрятавшихся? — спросил Ворчун.
— Не знаю сколько, но есть.
— Открывай шлагбаум.
— Сейчас, как пионер бегу.
— Давай, Пионер, поторапливайся.
Пустыши, увидев свежее мясо, заурчали ласково и побежали к нему. Свежее мясо почему-то не желало, чтобы его ели. Оно начало обороняться. Через некоторое время двор был очищен от зараженных. Потихоньку начали чистить казармы, гараж и склады.
Проще всего было с гаражами. Там после перезагрузки сообразили быстрее всех. Как только начиналось заражение, солдата выкидывали пустыша за ворота. Из полсотни бойцов остался неполный десяток.
Всем здесь заправлял солдат со странным позывным Хряк.
— Спасибо, Щегол, что спасли.
— Благодари Ворчуна и его команду.
— А где они.
— Ворчун я. Командир с бойцами выполняет другую задачу. Он посмотрел и увидел, что мы справимся сами.
— Я понял, что командуете вы.
— Хряк, бери своих бойцов. Я тебя и их вооружу, но смотри, там на нас какие-то твари кинулись, мы их быстро на ноль помножили, — предупредил Ворчун.
— Было такое, — подтвердил Щегол. — Они Абрека с компанией за пять секунд уничтожили и даже не поморщились. А убрал их пацан. Максом зовут. Это их командир. Теперь, наверное, и наш.
— Правильно мыслишь. Мы возьмём вас в свой отряд. Но решает командир. Я могу только посоветовать.
— А дедовщина у вас есть, — спросил один из бойцов Хряка.
— Дедовщины с оружием в руках не бывает, — ответил Ворчун. — Берите оружие и идите проверять помещения.
Постепенно чистили казармы и выводили людей во двор.
— Щегол, озаботься трофеями, — приказал Ворчун. — Остальное без тебя проверят.
— Понял, командир, сейчас организуем.
Проходя дальше Ворчун услышал, как Щегол объяснял бойцам:
— Это всё чьё?
— Армейское. Государственное, — отвечали те.
— Неправильный ответ. Это всё наше имущество. Мы им будем пользоваться. Собираем и грузим на машины всё необходимое.
— Даже кровати?
— Даже кровати.
Ворчун
— Будет из бойца толк. Не пропадёт в трудных условиях.
В это время к Ворчуну подошёл Хряк.
— Командир, там мы из оружейки нашего батальонного вытащили. Так он бойцам по морде бьет и орёт на них. Трибуналом грозит.
— Скрутить и сюда притащить. Сейчас по решению моего командира, я тут царь и бог.
Хряк от этих слов даже лицом посвежел. Он мгновенно развернулся и отправился выполнять приказ.
Через три минуты подполковник стоял со связанными руками перед Ворчуном, который отметил про себя, что солдаты несколько помяли своего командира и поставили под одним глазом синяк.
Ворчун внимательно посмотрел на офицера.
Тот начал на него сразу орать:
— Ты кто такой? Ты что себе позволяешь? Сейчас приедет военная полиция и быстро наведет здесь порядок. А вы все пойдёте под трибунал.
— Заткнись, — грубо сказал Ворчун. — Ты почему бросил своих солдат? У меня командиром является пацан, так он за своих бойцов готов всех порвать. А ты, гнида, где прятался?
— Я не прятался. Я пытался дозвониться до вышестоящего начальства.
— Поздно до него дозваниваться. Ты на Стиксе. Я тебя отпущу, если об этом попросит хотя бы один солдат.
Все солдаты, окружившие Ворчуна и подполковника, опустили глаза и смотрели в землю.
— Ты посмотри, не один солдат за тебя слова доброго сказать не может и не хочет. Ладно, испугался ты. Понимаю, Стикс такое дело. Не один ты спасовал. Как ты раньше к пацанам относился, отец-командир? Они тебя ненавидят.
— Так он Абреку покровительствовал. Те творили, что хотели. Абрека с компанией один раз солдаты отходили, так он всех участвовавших в избиении в дисбат оправил. После этого Абрек совсем распоясался.
— Видели мы этого деятеля.
На лице связанного на мгновение проскользнула уверенность.
— На помощь он не придет. Не надейся. Его душу Стикс уже прибрал. Нам некогда тебя воспитывать. По праву данному мне командиром отряда выношу я тебе свой приговор. Опозорил ты военную форму. Сколько офицеров гибли, спасая своих солдат? А ты? Опозорил ты звание офицера. Сорвать с него пагоны.
Тут же к подполковнику подскочил Хряк и сорвал с него погоны. Ворчун поднял пистолет и выстрелил в голову подсудимого.
— Уберите эту падаль, — приказал Ворчун. — И занимаемся делом.
Ворчун уже заметил, кто распоряжается солдатами. Щегол и Хряк явно имели авторитет среди своих товарищей. Они подогнали грузовик и начали грузить трупы погибших бойцов и пустышей.
Ворчун в это время ходил по двору части и размышлял.
— Это правильно. Организовать здесь оборону будет правильно. В доме, конечно, хорошо. Но здесь намного увереннее себя чувствуешь. Пока пусть готовят все к обороне, а потом проверим склады. Сколько нам ещё вывозить. Трудно быть богатым. Не нашли бы ничего — забот не было бы. А так… И на плечи одного Макса сбрасывать нельзя. Надорвётся от ответственности пацаненок.