И Будда – не беда!
Шрифт:
– Это что такое? – удивленно уставился на них мой хозяин.
– Мы с вами, – преданно заявил Ушинасу.
– А вас кто звал? – совершенно оторопел Рабинович.
– А нас и не надо звать! – гордо заявил монстр. – Вы что, разве не слышали о том, что, разделив с демоном пищу, вы навеки привязываете его к себе? Вот деревенщина!..
– Я тебе сейчас такую деревенщину покажу, остолоп, – рыкнул на него Жомов.
– Виноват, ваше высокоблагородие, – тут же вытянулся по струнке Ушинасу.
– То-то же! – хмыкнул омоновец и посмотрел на моего хозяина. – Сеня, может быть, возьмем их? Глядишь, на что-нибудь пригодятся. Вдруг дворец
– А вот на это даже не рассчитывай, – отрезал Семен. – Этот урод запросто может убить Кали, если поймет, что мы подобрались к нему вплотную. Действовать тихо будем, а с этими троглодитами на паровом ходу тишины точно не получится.
– Но мы не можем вас оставить. Мы должны вам служить! – дружно рявкнуло демоническое воинство.
– Вот и служите, – заявил Сеня. – Ушинасу, раз мы знаем слово, то сокровища в пещере нам принадлежат? – Демон кивнул. – Вот вам и служба. Охраняйте наши сокровища и никому их не отдавайте. А чтобы они сохранней были, с этого острова никуда не отлучайтесь.
– А что же мы есть будем? – жалобно взмолился один из монстров. Остальные согласно залопотали.
– Рыбу ловите. Сами же сказали: что поймаете, то и едите, – отрезал Сеня.
– Хоть меня с собой возьмите, – взмолился Ушинасу. – Тогда и все условия соблюдены будут. Я, как старший, буду рядом с вами представлять все наше племя, а остальные останутся тут вам служить. Иначе страшное проклятье падет на наши головы за невыполнение закона о еде.
– Вот настырный, – возмутился мой хозяин и махнул рукой. – Хрен с тобой, забирайся наверх. Только, Ваня, учти. За этого барана сам отвечать будешь, если он нам все дело испортит.
– Не испортит. Он дисциплинированный, – усмехнулся омоновец и сам влез на слона.
Вы, наверное, знаете, что к передвижению на животных я отношусь крайне отрицательно. Вот уж не знаю почему, но предпочту весь день бежать, чем спокойно ехать на телеге. Дакша, конечно, слон, но сейчас, с беседкой на спине, от телеги он мало отличался. Сегодня мне уже пришлось ехать на нем через море и забираться наверх второй раз за день не хотелось. Однако иным способом доставить нас в нужное место Лориэль не мог. Пришлось смириться с поездкой на слоне, надеясь лишь на то, что в этот раз она продлится недолго.
Кстати, после того, как Брахма вернул Лориэлю способность попадать в желаемую вселенную, у эльфа первый раз появилась возможность убедиться, не обманул ли его бог. Все-таки в этот мир нас доставил Вирупакша, и до сих пор Лориэль не имел возможности проверить действие магии Брахмы. Не знаю, как остальные, но я шкурой чувствовал, что Лориэль жутко волнуется, готовясь к прыжку. Что и понятно. Ведь, если проклятье Рудры все еще действует, нам вновь придется прибегнуть к помощи кого-то из членов клана Чатурмахараджи. А как я уже рассказывал раньше, доверия у нас весь этот квартет вызывал не больше, чем приблудный пес у только что окотившейся кошки.
Лично мне, кстати, Вирупакша совсем не нравился. Что ни говори, а этот тип явно был склонен к предательству, изменам и закулисным интригам. От Вишну он легко переметнулся к нам, а едва стоило появиться его бывшему нанимателю вместе с Брахмой, как тут же стал кричать, что мы его насильно заставили таскать нас по здешним мирам. В общем, Вирупакше я не верил и надеялся, что до того момента, как мы освободим Кали и вернем Лориэлю его способности, этого скользкого бога мы больше не увидим.
Ну
Вот уж не знаю, по каким именно признакам Лориэль определил, что это именно то самое место, куда неизвестный доставил Кали, но, на мой взгляд, эти джунгли ничем от других не отличались. Хотя, наверное, загони здешнего аборигена в наш родной город, он тоже не найдет различий между Революционной улицей и проспектом Октября. Вот и для меня все леса – на одно лицо. Тропические, я имею в виду!
Эльф, однако, вел себя вполне уверенно и принялся носиться кругами по поляне, что-то бормоча себе под нос и постоянно размахивая той самой волшебной палочкой, которую он не уставал хаять. Некоторое время я наблюдал за ним, а затем оставил это скучное занятие и принялся осматривать окрестности. Точнее, из-за моей близорукости не осматривать, а обнюхивать и обслушивать. Запахов была масса. Причем большинство из них незнакомые или почти незнакомые.
А в целом воняло тут так, как будто какая-то нерадивая суч… простите, женщина уронила на пол в кухне все банки с пряностями и приправами. А затем по этому месту прошла стая бродячих котов, нагадила и подралась со старым козлом, уже двадцать лет как жившим на этой самой кухне.
В общем, чем воняют индийские джунгли, вы теперь себе представляете. А вот по поводу звуков сказать практически ничего не могу. И не потому, что я глухой! Просто вокруг нас, кроме шелеста ветра в листве и стрекота насекомых, иных звуков не раздавалось. Где-то, конечно, пели птицы, верещали обезьяны и ревели буйволы, но это было так далеко, что воплей этих животных почти не было слышно. Я насторожился. Никогда не доверял тишине. Особенно когда она наступала в тех местах, где должно было быть шумно. Пытаясь привлечь к сему настораживающему факту внимание хозяина, я коротко гавкнул. Рабинович удивленно посмотрел на меня.
– Что случилось? Жрать хочешь? Потерпишь. Недавно только жрал, – заявил мне Рабинович. Вот и говорите мне после этого, что люди отличаются от псов более высоким уровнем разумности…
– Убил бы эту Кали, – заявил Лориэль, подлетая к моему хозяину. – Похоже, заклятие этой стервы куда сильней, чем я думал, мать ее в прачки к Оберону! Все мои способности захватила. Никак не могу определить, в каком направлении эту многорукую террористку искать надо.
– И не парься. У нас же Дакша есть, – равнодушно хмыкнул мой Сеня и посмотрел на слона. – Эй, повелитель джунглей! Собирай своих подданных, и пусть они отыщут место, где этот бог-киднепер Кали спрятал.
Любезный подхалим Дакша дважды упрашивать себя не заставил. Стоило только моему Сене закончить командовать, как этот здоровый обормот вскинул голову, задрал хобот и затрубил, как горнист в пионерском лагере. Я даже подскочил на месте. Он что, с ума сошел? Ладно, я еще понимаю, что люди с их ограниченными функциональными возможностями организма могут чего не слышать, не видеть или не обонять. Но этот-то повелитель джунглей чего? Неужели ничего не заметил? Или из-за больших ушей ему далекие звуки близкими кажутся?