И аз воздам

Шопперт Андрей Готлибович

— Если выявится несколько человек, которые попали в маленькую мишень, то ещё уменьшим мишень. Победителю я вручу серебряный пробный рубль с изображением императора Александра. Их нет ещё, и не будет у русских. Император Александр запретил чеканить деньги со своим изображением. Их всего два десятка экземпляров. Кроме этого рубля, который по существу является медалью, я выплачу победителю тысячу рублей ассигнациями. И не улюлюкайте, на тысячу рублей бумажных в России можно купить сорок девок в холопки. Это очень большие деньги.

— Сорок девушек рабынь? — вновь вылез этот молодой, наверное, кроме него русский никто не знает, хотя сомнительно. Может

это один из самых главных князей — пшей.

— Сорок. Только не рабынь, а холопок. Она работать на тебя будет.

— Ты говорил, генерал, про два испытания, и глашатаи говорили про борьбу. О ней расскажи.

Брехт выждал, народ опять загалдел и стал поближе подвигаться. Лошади толкались, ржали, люди покрикивали на чужих лошадей, на хозяев этих чужих лошадей. Пришлось ему опять рыкнуть про орлов. Не сразу, но опять отступили и прекратили шуметь.

— Всё просто, как бином Ньютона …

— Что это?

— Англичанин один, счетовод. В общем, просто всё, разбиваются, все желающие побороться, на пары и проводят схватку. Потом победители снова с победителями. И так пока не останется два человека. Между ними два поединка, чтобы не было случайностей. И третья схватка, если будет ничья. Я борюсь с самого начала с тем, кто выпадет мне по жребию.

А как проводить жребий, если у них нет письменности?

— Жребий? — уловил непонятное слово молодой пщы.

— Я запишу ваши имена на бумажку, и будут самые уважаемые люди вытягивать из папахи и определять пары. — Брехт тыкнул пальцем в папаху на голове одного из отдельно сидящих на аргамаках аксакалов. — И главное. Десять человек самых сильных добавятся к тем, кто попадёт в лучшие стрелки, и если сам захочет, то в личную гвардию императора Александра Павловича. Десять лучших стрелков и десять лучших къарыулу. Если есть вопросы, задавайте.

— Что получит последний богатырь? — это фильм такой. Смешно.

— То же самое — тысячу рублей и один рубль с ликом императора.

— Мы поговорим, вы пока вон туда к шатру с воинами своими отойдите. — Указал всё тот же молодой пщы.

— Кто это, Зубер. — Отъехав к указанному шатру, спросил у переводчика Пётр Христианович.

— Марат Карамурзин. Глава не очень большого, но древнего рода. У нас издревле высший совет князей и дворян выбирает верховного князя — Пщышхуэ. Он обязательно должен быть иналидом — потомком Инала. Сейчас этот молодой князь и выбран Пщышхуэ. Это не император, как у вас, но от него многое зависит. И он один из лучших къарыулу и один из лучших охотников.

Ну, дайте место для драки.

— Как думаешь, Зубер, что мне лучше сделать, проиграть или выиграть у Марата? Ну, чтобы моя задумка осуществилась?

— Никто не вступит в отряд слабого воина. Тебе, генерал, нужно обязательно победить Пщышхуэ.

Событие пятьдесят пятое

Лучше поражать мир силой нашего примера, чем примером нашей силы.

Билл Клинтон

Минут через двадцать Брехта пригласили подойти к расположившимся в тени высоких деревьев, чинар, наверное, кабардинских и черкесских князей и высших дворян.

— Скажи, генерал, а зачем русскому большому царю охрана из наших воинов, на него нападают? У нас ходят слухи, что его отца Павла убили. — Спросил с нарочитым, должно быть, акцентом Марат, до этого чище говорил.

—

Я был в ссылке в своём имении, когда умер император Павел. Да, и у нас ходят слухи об убийстве, но я не баба на базаре, чтобы рассказывать слухи. Зато я точно могу сказать, что его деда убили, а до этого наследника посадили в тюрьму. Императору есть чего опасаться. Но это не главное. Скажу честно, Россия не хочет захватывать ваши горы силой, она готова предоставить вам определённые вольности и не вмешиваться в ваши законы, Кабарда уже была в составе России и только враги разъединили нас. Император хочет иметь у себя лучших ваших воинов главное по той причине, чтобы вы увидели, как можно хорошо жить, богато жить. Кроме того в Европе сейчас неспокойно. У России много воинов и мы их победим. Всех наших врагов! Но если с нами будут заодно биться воины с Кавказа, то победим быстрее и меньшей кровью. А зачем это вам? Ну, вы же знаете, что с войны воин всегда приходит с добычей. В богатой Европе есть чем поживиться. Много можно оттуда привезти серебра, золота, хорошего новейшего оружия. Коней и рабов. А ещё там красивые девушки, которых можно привезти с собой воинам победителям и взять их себе в наложницы или в жёны. И они родят вам много красивых и умных дочерей и храбрых джигитов.

— И с кем будет воевать Россия?

— Ох, спросите лучше, с кем не будет. Со всеми будет. Со Швецией, в которой лучшая в мире сталь для холодного оружия, с Францией у которой лучшие ружья и лошади. Нет, ваши лошади красивы и выносливы, но представьте себе першерона, лошадь, которая в холке выше меня. — Пётр Христианович приподнял ладонь сантиметров на десять над собой. — Я на неё с лесенки забираюсь, — народ дружно заржал и стал в Брехта пальцем тыкать. Граф подождал, пока они отсмеются и продолжил. — Сам бы не поверил, но почти десяток таких лошадей я себе купил. Они сейчас в моём поместье под Москвой, кто выиграет соревнование и поедет со мной, того приглашу в гости и покажу этих лошадей. — Опять загудели, на этот раз одобряюще.

— Ещё, не буду скрывать, скоро будет война с персами. Да они одной с вами религии, но грабить их, надеюсь, это вам не помешает. Потом, если можно объясните мне разницу между сунитами и шеитами. (Специально это ввернул. В Персии шеиты и они враждебны сунитам, которые на Кавказе.) Потом, почти сразу, будет война с Турцией. Она будет и там, в Европе и здесь на Кавказе, вдоль берега Чёрного моря. Почему бы вам и турок не пограбить?! Естественно, вместе с Россией. А потом Россия будет воевать с Францией и окончим войну мы в Париже. По дороге не можно, а нужно ограбить всю Европы, а потом вынести и вывезти всё из Франции и обрюхатить всех француженок, перед этим убив всех их мужей. Французы и вся Европа должна запомнить, что если она нападёт на России, то придут не только русские, которые сильно добрые и умеют прощать, как и всякий сильный, но придут и наши друзья с Кавказа, которые знают, как нужно поступать с врагами, чтобы они сидели впредь тихо, как мышь под веником.

— Мы услышали тебе, генерал. Иди, готовься к поединкам. Ты красиво говоришь, теперь посмотрим, как ты умеешь стрелять и бороться. — Марат Карамурзин поклонился Брехту. Тот поклонился в ответ и вернулся к гусарам.

— Всё нормально. Всё идёт по плану, — успокоил он нервно хватающихся, то и дело, за сабли гусаров. Ещё бы не хвататься. Воины прибывали и прибывали, уже не меньше двух тысяч всадников собралось. А их всего пять десятков.

Глава 20