i abe4dc52fd6b0e67
Шрифт:
– - Ты вправду... влюбился в меня?
Я кивнул. Постепенно прошла ещё целая вечность.
– - Я тоже... ждала твой корабль... ждала тебя.
– - Девочки!
– крикнули где-то, - "Потёмкин", похоже, сюда идёт! Мама, что будет?
Подняв по пути свою шпагу, заправившись как на парад, я уверенно вышел навстречу развёрнутым пушкам. Орудия башен глядели на замок, команда - и залп отомстит им, ни в чём не повинным девчонкам, за наше мальчишество. Что я мог сделать? Но бросить девчонок когда они жаждут защиты, когда они робко стоят позади и с надеждой глядят тебе в спину, я точно не мог.
– - Бросили?
– - Да. Провели по доске.
Он поправил фуражку и отдал мне честь. Обнажив свою шпагу, я отсалютовал в ответ.
Зашипела вода под винтами, и грозный корабль отправился прочь. Ничего не разрушив, не сделав и выстрела, он удалялся с победой. Я долго смотрел ему вслед: утюгом распластавшись по глади воды, раздвигая, сминая её испещрённым заклёпками телом, стеля за собой паровозную гарь, он был силой, хранящей покой вот таких же девчонок.
Богиня-с-балкона прильнула ко мне. Я её не забуду. Даже зимой.
2. Границ нет
Где тот воин, что крикнет им "Стой!"
Помочь выйти из порта? Без сопливых сумеем!
– - Давай-ка враздрай под левый!
– говорю я в блестящую медью трубу.
Мы - посудина вёрткая, это вот "Первенцу", длинной селёдке (хотя и с приличными пушками) тут самому не протиснуться.
"Обе на малый!", а сам запускаю штурвал до упора, и "Универсал" направляется к выходу.
– - Снайпер, спонсоны мне не "подравняй"!
– это вместо приветствия трюмный механик с "Айвенго".
"Айвенго", зашитый в броню, но довольно манёвренный крейсер, стоит под парами. На нём лишь механик: "колдует", пока вся команда гуляет по берегу. "Колдует" он часто, он любит вылизывать, мазать, настраивать все механизмы один. А что про спонсоны - так это он прав: у "Айвенго" спонсоны торчат как у танка "Mark-1", тоже два, только пушки "потолще". У нас два стандартных калибра: обычный и крупный. "Айвенго" имеет две "крупные" пушки (в спонсонах), а "Первенец" - три (за барбетом). У "Универсала" все восемь орудий "поменьше", однако где б ни была цель, в её сторону будут палить пять из них. В целом же три корабля однотипны. Они не похожи, однако конструкцией и компоновкой, а также немалым числом элементов они идентичны. А вот "Армадилл" - тот другой. Совершенно. Один только главный калибр в двух башнях чего-то да стоит! (На тройке других кораблей компоновка никак не позволит наличия башен).
Мы вышли из порта, теперь можно дать полный ход. Я люблю этот миг, это словно корабль вырывается вдруг на свободу. Швырнув рукояти машинного телеграфа в "полный вперёд", я услышал как звякнули стрелки, когда мой механик в ответ передвинул свои. И запели компаунды: "чу" - выдыхал первый цилиндр машины, "фу" - принимал эстафету второй, наконец, с громким "ча" отработавший пар вырывался из третьего. Ход ускорялся, и Дима, механик, играл рукоятками реверса, чуть подправляя отсечку. Форштевень рубил и разбрасывал волны, и палуба чуть содрогалась, даря ощущение мощи.
Прошли мимо форта, гудком поприветствовав их пушкарей, и я лихо шарахнулся в сторону.
152 НА 13 - мигает приёмник.
Когда-то и "Первенец" мог выпускать их, ведь первоначально на баке стоял пятитрубный "пускатель". Однако и сам он стрелял только в цели на траверзе, и пушкарям двух орудий под крыльями мостика только мешал, почему и был выкинут и заменён на три пушки. Площадки хватило на пушки большого калибра и мощный барбет! Два других корабля скомпонованы более плотно, поэтому "Универсал" и "Айвенго" длиной десять метров, а "Первенец" - больше пятнадцати, даже длинней "Армадилла".
Я принял дежурство, пройдя вдоль границы, и стал в кильватер сменяемым: смена поста завершится на линии форта. Традиция.
Я ещё раз заглянул за границу. Увы, никого. Если честно, я жаждал увидеть их "Энтерпрайз": звездолёт из "Стар-трека", сменивший настолько же внеземной "Лезвиелёт". Они оба летят, опираясь пилонами как бы на воду. Красавец был "Лезвиелёт": платформа над самой водой и два лезвия-стойки. Он шёл как по рельсам, лежащим на дне: без малейшего всплеска, без следа винтов. И беззвучно. А вот "Энтерпрайз" не даёт ощущения "рельсов", напротив, он будто висит надо дном, и поверхность воды для него умозрительна. В "Лезвиелёте" стоял МГД-генератор (не уверен что отличу его от синхротрона), а что в "Энтерпрайзе" - не знаю. Но не удивлюсь, если там ТОКАМАК.
Впереди появились два судна, на всех парусах они шли нам навстречу: пиратские флаги, ребята в платках, треуголках. Каракка и шхуна. И как это их умудрились построить - а флот-то не в курсе? Дают наши докеры жару... А как нарядились - я ни одного не узнал!
Все рванули на палубу. Мы им махали, приветствуя; я дал протяжный гудок.
Разминулись. Я вновь повернулся вперёд, поправляя курс "Универсала", как вдруг все на "Первенце" стали кричать и показывать пальцем мне за спину. Я обернулся: каракка и шхуна на всех парусах направлялись к границе. Куда они, ёлки? С Луны, что ль, свалились?!
Штурвал полетел "лево на борт", механик застопорил левую, дав ходу правой машине. Насколько мог круто на этом ходу, наш корабль развернулся, и, дав самый полный, мы бросились на перехват.
Мы кричали им, мы семафорили - тщетно! Они не могли не увидеть сигналы, однако ушли: я не мог заступить за границу. На полных парах подлетел "Неотступный": он шёл во главе каравана, покуда не стал поворачивать "Первенец".
ЧТО ЭТО С НИМИ?
– сигналят с торпедника, я безо всяких флажков пожимаю плечами. И вдруг понимаю: они не построены только что. Эти каракка и шхуна слегка обтрепались, чуть выцвели, видно следы абордажа...