i abe4dc52fd6b0e67
Шрифт:
– - Ваши удерживают склады, часть завода и львиную долю фабрики. Первое время ваши прекратили движение на железной дороге, но сейчас она полным ходом возит в город войска. Экипажи потопленных вами кораблей под обстрелом "индейцев", в течение часа на позициях будут пехота и артиллерия. Так что работу на сегодня вы сделали. Устройте себе адмиралтейский час, а я... можно посмотреть ваши механизмы?
Димон просиял:
– - Наблюдатели знают, что мы пришли к ним. Я хочу разрешить, коль попросят... внести изменения в наши машины.
– - "Первенец" первый, - хихикнул я.
Местный
Димон перепрыгнул на "Первенца" - перемахнул оба леера разом - и бесцеремонно спросил:
– - А ты можешь поставить сюда вместо наших машин что-то новое, ваше?
Я только собрался его отчитать за бестактность, как местный механик ответил:
– - Пожалуйста. Только решите, что надо, а то мне волю дай - я тут наконструирую.
– - Сделай на "Первенце" то, что могло бы там быть вместо наших компаундов.
– - А "Универсалу" - поменьше подвижных частей.
Вот нахалы: гостеприимным хозяевам просто придётся исполнить заказ. Я открыл было рот, но механик, стремительно спрыгнув, так быстро прошёл пол-причала, что я не успел его отговорить. Через пару секунд он катил в нашу сторону лодочный двигатель с венчиком вместо винта и колёсами в зоне капота. Мы спрыгнули чтобы помочь затащить этот двигатель к нам на корабль, а потом как-то сами сходили ещё за тремя. Посмотрев, как он крепит мотор к носу "Первенца", мы нацепили на нос и корму по мотору, и те, подчиняясь командам какого-то пульта, настолько уверенно, точно ввели мой корабль в протоку, что я удивился, как ловко мой "Универсал" может двигаться. Я так и не понял, как эту заводь не видно с воды. Дальше - больше: ещё поворот, и на нас накатили прозрачные своды ангара. Квадратная "ванна" казалась обычной, покуда корабль не полез из воды. Левитация?! Нет, перегнувшись за борт, я увидел там лапы домкратов. Пришёл "каблучок" и забрал у нас эти моторы, поднялся затвор и насос стал откачивать воду. Синхронность была потрясающей!
Я огляделся. В ангаре стояли различные роботы, вот один робот подъехал, раздвинул по месту и точно приладил мостки. Их механик сбежал по ним первым, спустились и мы. Возле выхода на нешироком столе разместился "Агат", на экране был план всего дока, уже с кораблями, и надпись: ПАРКУЮ ВСЕ РОБОТЫ.....8 СЕКУНД. Досчитав до нуля, ЭВМ погасила экран. Я присвистнул:
– - Одна ЭВМ направляет всех роботов? Ну вы даёте!
– - Она управляет всем цехом, - ответил встречающий, - Плюс состоит в инфосети: у нас ЭВМ постоянно загружены общей работой, и если в цеху вдруг возникнет задача, которая ей не под силу, другие помогут.
Мы вышли. Тропинки каким-то причудливым веером переплелись возле входа. Все разные: тут и асфальт, и бетонная плитка, давно уже вросшая в грунт, и лесная тропа, уходящая в заросли прямо вдоль стёкол ангара. Единого центра тут не было, узел дорожек был чуть расплетён, и от этого был несказанно естественным, даже уютным. А мимо едва не в обнимку шли двое: высокий крепыш и красавица.
– - По-моему, это возможно. Я сделаю синтез.
Она отвлеклась, поздоровалась с нами, и вдруг показала на Стаса, что был капитаном на "Первенце":
– - Сам разберёшься, Васильич? Чай, сколько мне времени? Ты уж прости, но ты мой, навигатор.
Она повернулась и быстро потопала прочь. Богатырь потянул рычажок, размагнитив планшетку, механик в ответ прокричал ей какие-то цифры, а Стас вдруг как кролик к удаву пошёл вслед за ней. Я схватил его за руку... Кисть оказалась горячей.
Она обернулась, уже надевая врачебную маску из марли. Она не сказала ни слова, но взгляд будто скальпель прошёл между мною и Стасом, и словно лопатка Петровского мягко развёл нас. Я был потрясён: и она и моя ненаглядная были сильнее меня, но насколько они были разными: там сила воли, здесь же могущество разума; там несгибаемость стали, тут - мягкая неудержимость реки. Эта доктор найдёт путь к задуманной цели, и бьюсь об заклад: этот путь будет общим с путями друзей. И, по-моему, в этом их сила.
– - Васильич, идёшь мимо дома? Ко мне не проводишь товарища?
Я обернулся. Механики (спелись, клешнёй мне по кумполу!) сгрудились у ЭВМ. Их механик печатал команды, все трое отчаянно спорили. Им было не до меня.
Я опять посмотрел вслед их доктору. Стас шёл с ней рядом, отстав на полшага. Как рыцарь? А может, боролся с желанием дёрнуть за косу? Да просто едва не бегом он едва поспевал за стремительным шагом красавицы! Даме при этом хватало дыхания что-то ему говорить, что-то спрашивать. Он отвечал, и она продолжала.
Когда они скрылись, я вспомнил о двух кораблях. Я вошёл рассмотреть боевые пробоины, вмятины, и обалдел: синий луч отсекал небольшие куски, робот ловко вытаскивал их через штатные люки. Он действовал будто едок, что желает оставить скорлупку от краба на память: едва ли не нежно выскабливал и извлекал наиболее сладкие части. Я тихо заплакал.
Васильич мне что-то сказал, выводя под деревья. Я слов не запомнил, но стало спокойно: здесь приняли нас, и со мной были искренни. Через минуту дорожка раскрылась таким невозможным пейзажем, какой не найдёшь и на Марсе: дом посреди параболического поля, и снизу, в прозрачном фойе, пирамида из сотен зеркал. Пирамида сияла в лучах отражённого солнца (она была в фокусе тысяч зеркал, устилавших поляну), и всё помещение залито было горячим восторгом с небес.
Я сам не заметил, как вдруг оказался внутри. Я, по-моему, начал уже привыкать, как изящны и тонки здесь грани: порой невозможно понять, лес вокруг или это ухоженный сад, где поляна и клумба, вошёл под навес, в помещение или ещё на природе?
Мой взгляд приковала к себе пирамида. Изящный серебряный всплеск, подлетевший и замерший после падения капли, накрыт невесомым стеклом; пирамида не набрана, а монолитна. Она... рассекатель луча? Так вот что они тут задумали: дом-то корабль, корабль с фотонной ракетой... Фантастика!