i 64277089602d207c
Шрифт:
— Руки опусти! Кровь не слизывать! Всех касается!
Опаньки... Внезапно, как говорится. Я, удерживая равновесие на одной ноге, задрал вторую повыше и осторожно понюхал штанину, забрызганную кровью. Необычный, затягивающий пряный аромат, смешавшийся с запахом окислившейся меди, и, как довершение, почти неуловимые ванильные нотки. Очешуеть... Хоски и сюда забрались? Или просто совпадение? Я постарался незаметно осмотреть камрадов. Уставшие, потрёпанные, но готовые к бою. Зачем им настроение сбивать пока ещё не обоснованными подозрениями?
— Запах... странный, —
Метаморф, принюхиваясь к крови, как загипнотизированный потянул руки ко рту, за что ещё раз получил по лбу деревяшкой Лаганара.
Опасная вещь... Последний привет слаат? Такой вариант выглядит наиболее логичным и вероятным. Зомбирующая дрянь в крови, или какой-нибудь яд, обладающий особо фееричными свойствами...
Мы выпотрошили свои запасы, но нужного количества воды так и не нашлось, а потому в ход пошла Сильная вода из моей фляжки.
Эльфийка, первой совершив санитарно-гигиенические работы, абсолюно без палева собирала образцы слаатской крови в небольшие толстостенные пробирки. Из-под шейной пластины доспеха, немного изогнувшись в воздухе, тянулись к её нозрям два едва заметных усика. Дыхательные фильтры?
— Лаг, ты так и не ответил, почему я? — Видимо, паладин решил не отставать от старика, пока тот не даст хоть какой-то вразумительный ответ. — Почему он не взял солдата?
Дед глянул на метаморфа так, что захотелось самому пожалеть паладина, вытащить пузырь водки и неторопливо раздавить его на двоих. Лаганар потёр переносицу; в кои-то веки в его глазах всплыло что-то, отдалённо похожее на человеческие эмоции.
— Потому что Аркеннору не нужен солдат. Аркеннору нужен герой.
Сэр Клеймор скривился:
— Это я-то герой?
Старик насмешливо фыркнул, садясь на упавшую ракету.
— Ты первый на моей памяти, кто даже глупости умудряется делать по-геройски.
Метаморф обречённо взглянул на него и закрыл лицо тяжёлой ладонью. Конан с мозгами... Кому-то в его новом мире точно пора уже заготовить подземный укреплённый бункер и заживо в нём самозахорониться.
Ладно, богу — богово, Клеймору — клейморово.
Чуть отдышавшись, я отправился грабить награбленное, то есть — собирать трофеи. Миа подхватила свою винтовку и теперь уже в открытую брала образцы тканей и крови слаат. Койот спокойно и решительно делал контрольные добивания, попутно собирая обратно раскиданный арсенал.
Оружие, которым пользовались слаат, мне ну никак не нравилось, а вот бронекостюмы... Я нашёл наиболее щуплого серокожего, замершего в нелепой, скрюченной позе с наполовину срезанной головой. Рана какая-то термическая, крови нет, только ровная запёкшаяся поверхность да выемки внутричерепных полостей. Стараясь не потревожить корку ожога, я стал стаскивать с трупа броник. Забавно... Вот сейчас сниму его, а куда девать потом? Таких, как я — две штуки надо минимум.
Впрочем, можно продать или обменять, или ещё чего с ним учинить.
Но сначала надо снять. А с этим — бо-о-ольшие такие проблемы: ни застёжек, ни клапанов нет. Ну не на себе же они их выращивали? Плюс
Тем не менее, над трупом я пыхтел ещё долгое время, пока не додумался, наконец-то, посмотреть в Суть. Фиолетовая с чёрными прожилками жизненная энергия мёртвых слаат заполняла весь зал, тихо рассеивались ауры добитых Койотом, а на костюмах едва заметно мерцали остаточной энергией контакта несколько точек излишне правильной круглой формы, чтобы быть естественного происхождения. Я запустил пальцы под манжет, коснувшись первой точки, и по рукаву тут же пробежала тонкая змейка света, оставляя за собой расходящуюся ткань брони. То же самое произошло и со второй рукой и ногами. На шее костюм открывался одновременным нажатием двух точек, но до этого я допетрил с третьей попытки активировать механизм декапсуляции.
Скинув труп с бронекостюма, я тихо присвистнул: по ходу дела, броню эти гаврики серомордые поснимали с каких-то гномов или хоббитов — в снятом состоянии она была едва ли не в два раза меньше мёртвого слаат, да и визуально даже для меня — слишком мелкая.
Скомкав освободившуюся броньку, я замер в раздумьях: цеплять её поверх одежды надо, или, всё же, под неё? По телу слаат не поймёшь — то ли он голый в ней ходил, то ли на нём какое-то напыление, закрывающее всё тело — ни первичных, ни вторичных половых признаков просто не наблюдается.
Клеймор, с лёгкостью повертев в руках труп самого крупного серокожего, облачённого в броню, отбросил тело в сторону — видимо, прикидывал, налезет ли на него эта пакость, или придётся из нескольких костюмов один шить? По крайней мере, именно такие эмоции читались на его лице.
— Эй, вояки! — Лаганар, забавно мотая бородой, вертел головой из стороны в сторону, вчитываясь в надписи на пьедесталах. — Кто-нибудь заметил, здесь что-то было, когда вы вошли?
Я напряг память, вспоминая обстановку в зале до того, как пришлось выпиливать главзлыдня:
— Не было.
— Нет, — уверенно мотнул головой Койот.
— Не было.
— Не было там ничего, — подтвердила Миа.
Дедок задумчиво пожевал губу, попутно прихватив несколько волосков бороды:
— В таком случае, у нас большие проблемы.
Клеймор, усевшийся на пол и занятый перезарядкой оружия, поднял усталые глаза:
— А что там вообще должно было быть?
— Вихревая ракета. В прошлый раз одной такой хватило, чтобы превратить этот мир в пустыню. И я бы не стал проверять, что может сделать вторая.
Ну, ракета и ракета, пусть ей. Я всё равно не в состоянии адекватно оценить масштаб разрушений. Деревня там, или город, или регион — ещё понятно, а вот планета — это как-то в мозгах не умещается пока что. Собственно, что нам надо знать? Одна ракета — минус одна планета. Если технологию поставить на конвеер, то пушистый полярный лис придёт очень внезапно и будет крайне толстым и всеобъемлющим. Значит, надо по загребущим лапкам слаат настучать, а лучше отрубить по самый пояс, чтоб неповадно было эпичные убивашки тырить, ага.