Хвост судьбы
Шрифт:
Будучи патриотом своей страны, Прокопенко всегда хотел завести собаку истинно украинской породы. Его мечта сбылась: Тарас был чистокровной южно-русской овчаркой – угрожающе огромной, мохнатой и… невероятно доброй и флегматичной. Как ни старался, Василь так и не смог переломить характера своего питомца и сделать из Тараса настоящую служебную собаку. Прокопенко совершенно не разбирался в породах и считал, что все овчарки сродни немецкой, а стало быть, обязаны служить на границе, как и их хозяева. Ему даже удалось устроить пса «на работу» при таможне. По документам тот значился как «служебно-розыскная собака I категории, специализирующаяся на поиске наркотиков». Отчасти это соответствовало истине: Тарас действительно «специализировался на поиске», только не наркотиков, о
Но тут расслабленную дрёму Тараса прервал грозный окрик Прокопенко, обращённый к водителю старенькой «Шкоды»:
– Так-так. Ящик «Массандры» везём. А вам известно, что перевозить через границу можно только два литра? Ах, семья большая? Ах, друзья попросили?… Да как вы смеете предлагать сотруднику таможни взятку!
За годы «работы» с хозяином Тарас уже прекрасно знал, что положено делать служебной собаке I категории при этих словах. Он сел перед заранее положенной недалеко от шлагбаума картонной коробкой и… постарался принять самый несчастный вид, на какой только был способен. Обычное собачье заискивающее заглядывание в глаза для Тараса было невозможно: его глаз не было видно под густыми «дредами» шерсти, полностью скрывавшими физиономию. А монолог хозяина между тем продолжался:
– Я честный сотрудник таможни. Взяток никогда не брал и не возьму. Но могу войти в ваше положение, если вы проведёте благотворительную акцию: подайте собачке на пропитание! [9]
Водитель «Шкоды» боязливо приблизился к «собачке» и поспешно опустил купюры в коробку, Тарас благодарно вздохнул…
«Шкода» благополучно уехала, а довольный Василь подошёл к Тарасу, потрепал его за ухо, забрал деньги и скрылся за дверью пропускного пункта. Тарас зевнул, лёг на бок и снова начал грезить о миске с кашей. Пчела всё так же жужжала у него над головой, жаркий летний день продолжался…
9
Реальный случай, наблюдавшийся автором на таможенном контроле в аэропорту Симферополя. Правда, там «подавали» кокер-спаниелю.
Степан Кузьменко на неприметных раздолбанных «Жигулях» приближался к украинской границе. Настроение его было прекрасным. Сделка благополучно состоялась, все опасности остались позади, груз находился в надёжном тайнике под водительским сиденьем. Оставалось только проехать пропускной пункт. Впрочем, этого осла на таможне с его дурацкой собакой можно было вообще не опасаться. Степан уже и не помнил, сколько раз пересекал с грузом границу именно в этом месте. И всегда без осложнений!
Из магнитолы неслась очередная залихватская песня. У умиротворенного Степана даже аппетит проснулся. Не останавливаясь, он достал из дорожной сумки бутерброд с домашним салом и с наслаждением надкусил. Вдруг машину особенно сильно тряхнуло на колдобине. Степан смачно выругался, чуть не подавился, быстро запихнул в рот остатки бутерброда, не заметив упавшего под сиденье небольшого кусочка сала, и продолжил путь, уже ни на что не отвлекаясь.
Непосредственный начальник Василя Прокопенко, советник таможенной службы II ранга Кондратий Дубовина, появился на пропускном пункте ближе к вечеру и, как всегда, совершенно некстати. Последнее время он как-то уж слишком часто стал намекать своему подчинённому, что его служебная собака не отрабатывает затрат на её содержание, что она ни разу не задержала ни одного преступника (в то, что границу пересекают исключительно честные люди, Дубовина почему-то верить отказывался),
– Пусть у тебя в деревне кур охраняет, – гремел Дубовина. – А у нас тут нечего зоопарки разводить! Здесь граница, а не частная лавочка!
Слушать эти речи было ужасно обидно. Прокопенко своего начальника не любил и боялся. Очередной его приезд не сулил ничего хорошего ни Василю, ни верному Тарасу. Но делать было нечего. Завидев ещё издали машину Дубовины, Василь спешно подозвал пса к себе, взял за ошейник и встал в классическую позу «пограничник с собакой».
Практически одновременно с машиной начальства к границе подъехал ещё один автомобиль – старые «убитые» «Жигули» пятой модели. Обычно подобные «колымаги», как называл их Прокопенко, он пропускал, даже не досматривая. Какие там наркотики?! С первого взгляда было видно, что самым дорогим грузом в них могли быть лишь мешки с импортным удобрением для огорода. Но в присутствии Дубовины Прокопенко не мог позволить себе такого откровенно халатного отношения к своим профессиональным обязанностям. Он только вздохнул про себя: «Вот если бы это был какой-нибудь новенький „БМВ“! Мы бы не ударили в грязь лицом, досмотрели бы его по полной, невзирая на чины и звания. А тут отличиться Тарасу не светит. И деваться некуда – вон каким волком Дубовина смотрит!»
– Державна митна служба Украины. Инспектор второго ранга Прокопенко. Ваши документы!
Степан Кузьменко – а это был именно он – спокойно протянул паспорт.
– Что-нибудь запрещённое везёте? Оружие, наркотики, антиквариат? – заученно продолжал досмотр Прокопенко. Кузьменко, лучезарно улыбаясь, отрицательно покачал головой. – Будьте добры, откройте багажник.
– Да, пожалуйста, начальник, – Степан с готовностью вышел из машины и открыл поцарапанный в нескольких местах багажник. Он был пуст.
Тарас всё это время неподвижно сидел в непосредственной близости от хозяина и отстранённо наблюдал за происходящим. Кодового слова «взятка» тот не произносил, значит, не было нужды бежать к «рабочей» картонной коробке и изображать «всю скорбь собачьего народа». Тарасу было жарко и скучно. Но тут открылась дверца машины, и… чувствительные ноздри пса почуяли запах, прекрасней которого не было в целом свете! Источник запаха однозначно находился внутри салона.
С глухим рыком, выражавшим отнюдь не агрессию, как можно было бы подумать, а предвкушение наслажденья, Тарас рванулся к «Жигулям» и начал отчаянно копать передними лапами коврик под водительским креслом. Его богатое воображение уже нарисовало изумительную «картину маслом»: заветный кусочек сала – только он один и мог пахнуть столь сладостно! Кузьменко побледнел и замер над так и не закрытым багажником. Слова «Всё в порядке, проезжайте» застряли в горле Прокопенко. А подошедший в это время к машине Дубовина профессионально насторожился.
– Ну-ка, что тут у нас? – начальник наклонился и не хуже Тараса стал шарить под сиденьем. – Ага. Это уже интересно!
На свет Божий была извлечена небольшая брезентовая сумка, а в ней…
– Смотри-ка, а твоя собака действительно молодец! – Дубовина, который ещё совсем недавно требовал отправить Тараса в деревню, дружески похлопал совершенно ошарашенного Василя по спине. – Она достойна награды. Уж я позабочусь, будь спокоен. Какого матёрого дельца взяли, прямо любо дорого!
Степана Кузьменко арестовали тут же, на границе, за контрабанду героина; сам груз и «Жигули» были конфискованы.
Тарас пребывал в совершеннейшем недоумении. «Странные люди! Сало они так и не нашли, хотя я уступил его вожаку моего хозяина. Достали какую-то пыльную и отвратительно пахнущую сумку и радуются. А чему радуются-то? Сало ведь пропало!» – с грустью думал пёс, отойдя в сторонку, чтобы не мешать всеобщей суете: всё равно скоро домой, а там миска с кашей!
Советник таможенной службы II ранга Кондратий Дубовина, лично обезвредивший преступника, уже через несколько дней получил повышение по службе. Отныне он перестал придираться к Прокопенко, но старался, к тайному неудовольствию последнего, как можно чаще приезжать на контрольно-пропускной пункт между Белгородом и Волчанском, «чтобы лично общаться с талантливой собакой, которая, глядишь, ещё кого-нибудь задержит». Дубовина сдержал обещание позаботиться о Тарасе. Благодаря его ходатайству, Тарас теперь стал «служебно-розыскной собакой высшей категории».