Хулиганка и бунтарь
Шрифт:
— Привет, Хордин! Как делы? — весело спросила только что расквитавшаяся с госами Катя.
— Могли бы быть и лучше.
— Так, это что за упадничество?
— У меня ничего не получается.
— Ты, наверное, устал. Попробуй учить на свежую голову…
— Я не про это, — оборвал Андрей. — Я про вас, девушек.
— Ну, с этим надо либо родиться, либо учиться.
—
— Нигде. Есть терпенье — будет и уменье. А вообще тебе сейчас о госах думать надо.
— Я не могу. — Хордин пытался подобрать слова. — Мне кажется, я не успеваю сделать что-то важное, что я живу не по плану…
— Что значит «не по плану»? Это только твоя жизнь. Зачем тебе оглядываться на других?
— Но почему я сначала должен стать дипломированным специалистом и только потом — мужчиной? Ведь у моих друзей всё наоборот.
— Вот торопыга, — засмеялась Катя. — Учи давай, специалист!
— Но я опаздываю жить…
— Жить никогда не поздно!
[41] Из песни Ирины Аллегровой «Привет, Андрей».
[42] Новый Завет, Святое благовествование от Марка, глава 3, стих 29.
[43] Мне пора (англ.)
[44] Новый Завет, Откровение Иоанна Богослова (Апокалипсис), глава 14, стихи 4-5.
[45] Новый Завет, Святое благовествование от Матфея, глава 4, стих 7.
[46] Новый Завет, Святое благовествование от Луки, глава 17, стих 19.
[47] Банда ищеек (англ.)
[48] Возить уголь в Ньюкасл — английская пословица, соответствующая русской «Ехать в Тулу со своим самоваром».
[49] Новый Завет, Святое благовествование от Матфея, глава 25, стих 33.
[50] Snoopy — чрезмерно любопытный, вмешивающийся не в свои дела, от разговорного «snoop» — сыщик, шпион (англ.)
[51] Новый Завет, Святое благовествование от Иоанна, глава 11, стих 5.
[52] Новый Завет, Послание к Ефесянам святого Апостола Павла, глава 5, стих 14.
[53] Новый Завет, Первое послание к Фессалоникийцам (Солунянам) святого Апостола Павла, глава 5, стих 6.
[54] Новый Завет, Послание к Евреям святого Апостола Павла, глава 10, стих 8.
[55] Новый Завет, Святое благовествование от Луки, глава 17, стих 34.
– 3-
Хордин медленно сходил с ума. На первом экзамене он честно задумался, приравнивать ли надругательство над государственным флагом Российской Федерации к насильственному действию сексуального характера или нет, и понял, что так жить нельзя.
Два
Едва с его плеч свалилась одна гора, как навалилась другая — защита. Пятнадцатого июля Хордин успешно защитил диплом на тему «Особенности расследования преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических веществ и их прекурсоров». Комиссии он показался немногословным, но убедительным, и ему поставили «отл.».
Выдача дипломов происходила на плацу недалеко от здания юридического института МВД. В голове и в сердце Хордин ощущал непривычную легкость. И только зябкая приморская морось не давала сполна насладиться торжественностью радостной минуты.
Все выпускники были в милицейской форме: юноши — в штанах с синими лампасами, какие носят только следователи, девушки — в серых юбках. И те, и другие — в синих фуражках. После получения заветных, чем только не выстраданных дипломов выпускники отмаршировали круг почёта и разошлись.
Андрей сбегал домой, переоделся в чёрный костюм, в котором щеголял на защите, и уже самостоятельно отмаршировал в ресторан с целью отмечания выпускного (пьянки).
Первое, что почувствовал Хордин утром второго августа, был неприятный холод кафеля на щеке. С трудом приподнявшись, Андрей обнаружил себя на полу ванной. По обрывкам туманных воспоминаний о прошлом вечере он установил, что пришёл сюда не своими ногами — его донесли заботливые сокамерники.
Хордин, шатаясь, выбрался из ванной. Один его сосед спал в зале.
«Значит, другой у меня», — сделал логический вывод Андрей.
Заглянув в свою комнату, он невольно вспомнил, что по совместительству она является «логовом любви». И понял, что сокамерники отнесли его в ванную вовсе не из-за того, что ему среди ночи может стать плохо, а потому что им было слишком хорошо без него. Хордин с тоской взглянул на спавшую пару обнажённых тел и удалился. Кому-то всегда везло больше, чем ему.
Он взял банку пива и вышел на балкон, единственное неосквернённое в изоляторе место. В глаза ударило солнце, что ярко заливало двор. Впереди был отпуск в тридцать суток и трудовые будни.
Хордин окончил институт лейтенантом с третьим взрослым разрядом по стрельбе. До своей девушки Насти ему оставалось пройти всего четыре уровня. «Для следователя разряд не главное, — убеждал себя Андрей. — Я же не спортсмен».
В дипломе значилось, что его специальность — юриспруденция, а специализация — уголовно-правовая. Теоретически Хордин мог работать в любой сфере юриспруденции, но практически — только в милиции. После учёбы его направили в учреждение, название которого звучало, как скороговорка, являвшая чудеса тавтологии, — Следственный отдел Отдела внутренних дел.