Хрустальный дом
Шрифт:
Глава 2. Линда. Тени
Спальня размерами напоминала стадион. И была почти такая же уютная. Хорошо ещё хоть – чистая.
Несказанно повезло оказаться здесь в начале осени – в зимнюю ночь усталый путник рисковал обернуться в ледышку.
Особенно порадовало наличие отдельной ванной с почти горячей водой.
Комната оказалась угловой. Звуки бури слышались здесь словно с усилением, и Линда не могла заснуть.
Она потянулась к папке, отданной Синтией.
В ней обнаружились адреса, фотографии
«Катрин Кловис»
Имя при рождении: Катрин-Анн.
Дата рождения: 12 ноября 1982 года (19 лет).
Место рождения: Франция, Страсбург.
Гражданство: Франция, Канада.
Образование: Общая государственная школа.
В настоящий момент проходит обучение в колледже N., медицинский факультет.
Знание языков: французский, английский.
Увлечение, хобби: естественные науки, фотография, лыжный спорт.
Личная жизнь: не замужем.
Религиозные взгляды: римско-католическая церковь.
Линда взглянула на фотографию девушки – красиво очерченные пепельные брови, густые тёмные ресницы, белокурые вьющиеся волосы.
Приятно посмотреть.
Там же, в папке, Линда нашла отчёты о крупных инвестициях с приложением статистических сравнительных таблиц за последние пятьдесят лет и договоры на долгосрочную аренду крупных участков земли.
Арендовалась не только земля, но и постройки на ней.
Среди них числились крупные бизнес-центры, рестораны, гостинцы, публичные дома, магазины, развлекательные комплексы.
Всё это приносило суперприбыль почти ежегодно.
Мозг Линды заработал, как компьютер, сверяя, сопоставляя, анализируя цифры, имена и детали: недвижимость в Лос-Анжелесе и Нью-Йорке… финансирование крупнейших курортов… торговые комплексы в Палм-Бич, Беверли-Хиллз… кондоминиумы в Майами и на Карибских островах – инвестиции, инвестиции, инвестиции!
Фирма, приславшая отчёт, вела дела Элленджайтов больше века.
Её основателем числился некий Амадей Элленджайт, заложивший основы компании в призрачно-далеком 1821 году.
Линда перелистывала документы, поражаясь.
Методы работы фирмы она сочла консервативными, но, как свидетельствовал полученный результат, они были эффективны.
В сущности, всю масштабность проделанной работы можно было оценить, лишь увидев размеры состояния, о котором шла речь.
Слушая Синтию, Линда полагала, что та рисуется, но теперь воочию убедилась – скорее уж прибеднялась.
Острожная политика фирмы, направленная на сохранение и защиту состояния, а не на расширение и развитие, дала пышные всходы. Капитал такого масштаба оказался ограждён от инфляции и иных неблагоприятных
Линда снова поглядела на хрупкую девочку в студенческой форме.
Вот она – скромная наследница состояния, размеры которого давно перевалили за сотни миллиардов долларов.
Когда Катрин Кловис об этом известят, будет ли она обескуражена? Почувствует ли себя неловко? Или безумно обрадуется?
Узнав истинное положение вещей, что она сделает? Останется пассивным наблюдателем? Или со временем захочет знать всё внутреннее строение системы, до мельчайших подробностей, с тем, чтобы с медицинской точностью разложить перед собой на анатомическом столе и тщательно исследовать весь финансовый организм?
Ветер и дождь стали потихоньку стихать, или Линда привыкла к ним, но буря уже не казалось такой сокрушительной.
Часы внизу, в утробе дремавшего дома, зловеще проскрипели три раза.
Сознание фиксировало отдалённое завывание ветра в трубе, монотонный стук капель по стеклу.
Потом, должно быть, Линда уснула. Иначе чем объяснить то, что за этим последовало?
Яростные порывы ветра сотрясли дом. Спальню залило потусторонним синим светом, и Линда увидела мужской силуэт.
Незнакомец был худощав, бледен, светловолос. Он стоял удивительно прямо, опустив руки и словно разглядывая её.
Линда, вздрогнув, вскочила на ноги и видение рассеялось. Желая мыслить рационально, она решила, что заснула, да ещё и с документами в руках. Бросив взгляд на электронные часы, отметила, что времени без четверти пять.
Оставаться в спальне было жутко. Линда решила скоротать время до рассвета в библиотеке.
Полки заполняли внушительного вида фолианты в коричневых переплетах с золотым тиснением по бокам: «1745», «1746», «1748».
На обложке каждого тома выгравировано золотом: «Эллейнджайт».
Десятки, может быть даже, сотни людей с этим именем – обладатели белоснежных шевелюр и словно высеченных талантливым скульптурам, сказочно прекрасный лиц.
Бесчисленные дедушки, дядюшки, кузены неведомой Катрин.
Наверное, в этих талмудах находится информация о том, кто кому кем приходится? Откуда взялся? Как жил? И почему, в итоге, умер?
Неожиданно между старинными фолиантами Линда наткнулась на современную книгу и в недоумении потянула её на себя.
«Легенда об Эллейнджайтах», Лиен Ким.
Она с удивлением смотрела на улыбающееся лицо матери, безлико глядящее с форзаца.
Перевернув страницу, пробежалась взглядом по ровным печатным строчкам:
«Большинство источников указывает на то, что Эллейнджайты принадлежали к тем, кого в Пятикнижии, неканонических еврейский книгах, а также в книге Еноха называют нефелимами.