Хрустальное озеро

Бэйн Екатерина

Спустя несколько минут Вайолет начало казаться, что это ей и в самом деле приснилось, тем более, что она начала засыпать снова. Глаза закрывались сами, она поплотнее завернулась в одеяло, поскольку стало холодать снова. И возможно, заснула бы, но ледяной холод проник даже сюда. Как Вайолет не ежилась и не сжималась в комочек, ничего не помогало. И тут за стеной снова послышались рыдания.

— Я прошу тебя, не делай этого! — раздался голос.

Вайолет подскочила на кровати.

— Опять, — вырвалось у нее, —

да что же это такое?

Если и это сон, то он уже не странный, а просто идиотский. И этот холод. Такое впечатление, что из нее выходит все тепло. А в довершение прочего, рыдания слышались так отчетливо, словно кто-то притаился у нее под дверью.

Эта мысль Вайолет не понравилась. Пусть плач и безвреден, но он все-таки действует на нервы. Во всяком случае, заснуть под него невозможно. Она подскочила к двери, приложила к ней ухо и прислушалась.

На лестнице послышались шаги, словно кто-то бежал вниз со всех ног. Шаги раздавались все ближе и ближе.

— Я умоляю тебя, не надо! Пожалуйста! Клянусь, ты ошибаешься, я не делала этого! Нет, нет, нет!

Вайолет поспешно повернула ключ в замочной скважине два раза и отступила на несколько шагов назад, не сводя взгляда с ручки двери. Глупость, идиотизм, а вот страшно все-таки. Еще как страшно. Что за чертовщина здесь творится?

Продолжая пятиться как рак, она совсем позабыла про то, что позади нее находится кровать и налетев на нее, с размаху рухнула на постель, от неожиданности ойкнув.

— Да черт возьми! — выругалась Вайолет, потирая ушибленную ногу, — ну вас всех, дайте поспать наконец.

Она решительно завернулась в одеяло и накрыла ухо подушкой. Пусть себе делают, что хотят. Ей это до смерти надоело.

Но сказать это было легче, чем сделать. Помимо воли она все равно продолжала прислушиваться. Но звуки снова стихли, словно их и не было.

Полежав еще немного, Вайолет вздохнула и закрыла глаза. Странно, как странно все это. Что происходит? Может, она начинает сходить с ума? Да нет, если эта мысль пришла ей в голову, то точно нет. Сумасшедшие никогда не дают себе в этом отчета.

Вайолет проснулась уже утром, чувствуя себя вялой, разбитой и не выспавшейся. Ночное происшествие вспоминалось смутно и даже эти мимолетные образы она старалась отогнать от себя подальше. Это сон, всего лишь сон, не более. На редкость явственный и реальный, но сон. Она посмотрела на часы. Полдевятого. Пора вставать.

Женщина потащилась в ванную, потирая виски пальцами. Голова просто раскалывалась. Ей никогда не шло на пользу то, что она просыпалась среди ночи и эта ночь не была исключением. В ванной она остановилась перед зеркалом и нахмурилась. Но раз у нее болит голова, стало быть она все-таки вставала. А раз вставала, тогда все это не было сном. Тогда что это было?

В зеркале отражалась бледная не выспавшаяся женщина с темными кругами под

глазами. Ну и видочек. Это немного отвлекло Вайолет, но в душе она вновь начала думать о том, что произошло, хотя ей очень не хотелось этого делать. Осадок был неприятным. И чем меньше она будет перебирать подробности ночного события, тем лучше.

Приведя себя в порядок, Вайолет подошла к двери и повернула руку. Дверь была заперта, о чем она уже успела забыть. Она сама заперла ее ночью. Стоп! Значит, она все-таки вставала? Значит, ей это не приснилось? Тьфу, черт, хватит думать об этом! Так и свихнуться недолго.

Бекки сидела внизу, полностью одетая, свежая и бодрая, и пила кофе. Она подняла голову, заслышав шаги на лестнице и улыбнулась:

— Доброе утро, Вай. Могу тебя обрадовать. Пришла миссис Эванс.

— Кто такая миссис Эванс? — спросила подруга недоумевающее.

— Приходящая прислуга. Разве ты вчера не договаривалась об этом?

— Не дого… А, вспомнила! Так, значит, она пришла?

— Да, и она хочет обсудить с тобой все детали. Что это ты такая бледная?

— Не выспалась, — хмуро отозвалась Вайолет.

— Не выспалась? Странно, я встала гораздо раньше тебя.

— С чем тебя и поздравляю. Где эта миссис Эванс?

Бекки молча указала пальцем, не сводя взгляда от лица подруги.

— Ты просыпалась среди ночи? — спросила она.

— Да, — нехотя признала та.

— Почему?

— Плохой сон.

— Понятно.

— Бек, не пойму, что ты к этому прицепилась? — вспылила Вайолет, — как будто мне не могут сниться плохие сны! И не смотри на меня так!

— Не кипятись, — успокаивающе заметила Бекки, — я просто спросила.

Вайолет развернулась и направилась в комнату, где ее ожидала миссис Эванс. Подруга посмотрела ей вслед и лицо у нее при этом было настороженным.

Миссис Эванс оказалась женщиной лет под сорок, невысокая, сухощавая и на вид очень деловая. Блеклые волосы она собирала в пучок на затылке, а ее серые глаза смотрели на Вайолет столь же настороженно, что и глаза подруги. И немного оценивающе.

— Добрый день, мэм, — начала она с места в карьер, — я — Молли Эванс. Миссис Бэнчли сказала мне, что вам нужна прислуга.

— Добрый день, — отозвалась Вайолет, немного смущенная таким натиском, — да, я спрашивала у нее насчет приходящей прислуги, вы совершенно правы.

— В таком случае, я могу этим заняться, мэм.

— Миссис Спейн. Вайолет Спейн, — представилась та.

— Очень приятно, миссис Спейн. Так вот, я согласна приходить сюда для того, чтобы выполнять работу по дому. Единственное, чего я не смогла бы сделать, это оставаться здесь на ночь.

У Вайолет не было такой необходимости, но ей внезапно стало интересно, почему, и она спросила об этом. Миссис Эванс на мгновение опустила глаза, а потом ответила: