Хрустальное озеро
Шрифт:
— Не может быть! — Казалось, эта новость вызвала у Клио не только интерес, но и досаду.
— Может, может. Она американка и живет в гостинице О’Брайена. Ее родители прибыли сюда искать свои корни. Большую часть времени они проводят на кладбище, а она, перейдя дорогу, мило общается со Стиви.
— Губа не дура…
— Если верить Филипу, она настоящая красотка. Стиви приходил за ней в гостиницу. Девушка сказала папе и маме, что он хочет познакомить
— Ну и ладно. Все равно она скоро уедет, — мрачно ответила Клио. — Когда ее родители найдут свои корни, только их тут и видели. И новая подружка сделает мистеру Стиви Салливану ручкой.
— А еще сегодня днем будет собрание по профориентации! — простонала Кит.
— Да, кислое дело, — кивнула Клио. — Надеюсь, нам порекомендуют что-нибудь новенькое.
— Они никогда не говорят ни о чем, кроме профессий учительниц и медсестер. И то в лучшем случае.
— А я ненавижу и то и другое, — сказала Клио.
— Мать Бернард спит и видит, чтобы ты стала врачом.
— Просто ей хочется хвастаться тем, что из монастырской школы вышел врач. И чтобы я на семь лет с головой погрузилась в учебу.
— А чего бы хотела ты сама?
— Получить степень бакалавра искусств. Тетя Мора говорит, что это очень хороший трамплин.
— Трамплин для чего?
— Для прыжка в объятия богатого мужа. Во всяком случае, я на это надеюсь.
— Тебе не нужен богатый муж.
— Богатый, сексуальный и опытный. Я не хочу, чтобы он промахивался и вместо губ целовал меня в нос.
— Странно, ты ничего мне не говорила.
— Ты тоже стала очень скрытной, — прищурилась Клио.
— Ты о чем?
— Во-первых, ты ходишь к сестре Мадлен без меня. — Да.
— Во-вторых, крутишь шуры-муры с Филипом. И шляешься на какие-то таинственные занятия.
— Я действительно занимаюсь. Разве ты забыла, что нам предстоят выпускные экзамены?
— Значит, занимаешься?
— Да.
— Я не видела у тебя никаких учебников. Только листы бумаги.
— Я делаю заметки.
— Сейчас посмотрим. — Клио схватила папку Кит и дернула молнию. Внутри лежали конверт с маркой и незаконченное письмо. — Черта с два ты занимаешься! Ты пишешь письма… любовные письма.
— Отдай! — Лицо Кит побелело от гнева.
— Нет уж, я прочитаю…
— Клио, отдай сейчас же!
— «Дорогой…» Кто дорогой? Я не успела прочитать его имя.
Кит бросилась на нее с криком:
— Эгоистка!
— «Ни манер, ни достоинства», — передразнила Клио и подняла письмо вверх.
Но Кит нанесла ей такой неожиданный удар, что у Клио перехватило дыхание. Кит вырвала письмо и выбежала из класса.
В коридоре ей встретилась мать Бернард.
— Кэтрин, воспитанным девушкам бегать не положено.
— Знаю, матушка. Прошу прощения. Я бегу в библиотеку. Нужно кое-что повторить.
— Это хорошо. Но бегать все же не следует. Ты здорова? Щеки так и пылают.
— Здорова, матушка.
Кит быстро скрылась, боясь, что ее разоблачат и потребуют объяснений.
— Эммет, ты не отнесешь Келли записку?
— Нет.
— Я заплачу тебе.
— Сколько? Три пенса?
— Один.
— За один не пойду.
— Ты ужасный тип.
— Ну и пусть. Все равно не пойду.
— И это за все хорошее, что я для тебя делаю? — укорила его Кит.
— А что ты делаешь?
— Защищаю тебя.
— От кого это?
— От людей, которые тебя ругают.
— Не говори ерунды, Кит. Никого ты не защищаешь. Люди ругают всех.
— Я тебя не ругаю. Даже мысленно.
— А за что меня ругать? Я не такой уж плохой. Так что оставь меня в покое.
— Все остальные плевать хотели на своих младших сестер и братьев. Я такого не делаю.
— Кто это плевать хотел?
— Клио. Стиви. А Дейдре Хэнли плевать на Патси.
— Ну и что? — Эммет пожал плечами: мол, каждый должен нести свой крест.
— Значит, ты такой же, как и все остальные. А я считала тебя особенным.
— Что я должен отнести?
— Записку Клио.
— Почему ты не можешь отнести ее сама? Вы с Клио протоптали тропинку между нашими домами…
— Я с ней не разговариваю.
— И пишешь записку, чтобы помириться?
— Наоборот, пишу, что смертельно обиделась. Она вечно сует нос в чужие дела.
— Это только ухудшит дело, — философски заметил Эммет.
— Мне все равно. Чем хуже, тем лучше.
— А потом ты пойдешь к ней и попросишь прощения. Или это сделает она, и все будет по-прежнему. — За долгие годы Эммет привык к их ссорам и примирениям.
— На этот раз дудки.
— Ты всегда так говоришь, — ответил Эммет. — Ты простишь ее или она тебя, и вы на время помиритесь.
Слова брата заставили Кит задуматься. Вообще-то он был прав. До сих пор так и было. Но теперь Клио чуть не раскрыла ее секрет.