Хрустальное озеро
Шрифт:
— А что толку? — Льюис махнул рукой. — Работать до изнеможения ради того, чтобы жить в такой лачуге?
— Это не лачуга, — сердито ответила Лена.
— Но и не «Камино Реаль», — опустив уголки рта, возразил Льюис, лениво перебирая пряди ее волос.
Он любил прикасаться к Лене во время беседы. Этот человек был не из тех мужчин, которые могут в чем-то убеждать, только сидя за столом. Он всегда или клал ладонь на ее плечо, шею, или гладил по щеке.
— Что такое «Камино Реаль»? — спросила она.
—
Комок встал в горле. Надо срочно сменить тему. Ради Льюиса она отказалась от многих других вещей, куда более важных. Правда, ее переписке с Кит ничто не угрожает: достаточно сообщить девочке новый адрес. Проблема заключалась в том, что если бы Льюис решил отправиться в Испанию, он бы уехал один. Ей бы просто не дали паспорт. Потому что Лены Грей не существовало.
— Как думаешь, не выпить ли нам? — спросила Клио у Кит.
— Сейчас?
Они торопились в школу. Шли последние недели подготовки к выпускным экзаменам.
— Ну, не сию минуту, но потом… Такого мы еще не делали.
— Когда именно? Может быть, свернем к Лапчатому или тяпнем у мистера и миссис О’Брайен по коктейлю, а потом пойдем в школу?
— Тебе все шуточки, — обиженно проворчала Клио.
— Неправда! — разозлилась Кит. — Ты знаешь, я готова на все. Но ты выбрала неподходящее время. Накануне экзаменов… Хочешь, чтобы мы уподобились этим старикам с бегающими глазками и красными носами, которые ждут открытия бара Фоули?
Клио хихикнула. Иногда Кит была очень забавной. Но иногда ни с того ни с сего вспыхивала и обижалась. Некоторые темы буквально выводили ее из себя. Клио ужасно хотелось спросить, не думает ли Кит, что тетя Мора может выйти замуж за ее отца, и не возражает ли подруга против мачехи и того, что они станут двоюродными сестрами. Однако ступать на эту территорию было опасно.
Интересно… э-э… спала ли тетя Мора с мистером Макмагоном? Или они займутся этим только после свадьбы? Обычно лучшие подруги обсуждают такие вещи, но у Кит Макмагон было слишком много запретных тем.
— Ты когда-нибудь напивался до одури? — спросила Кит Стиви Салливана, проходя мимо гаража.
— А что? — Стиви не портил даже замасленный комбинезон. Но положиться на него было нельзя. Это знали все.
— Просто ты делал многое… Мы с Клио решили напиться, когда сдадим экзамены. Вот я и думаю, что пить. Нам нужно что-нибудь недорогое, крепкое и чтобы потом голова не болела.
— Спросите кого-нибудь другого. Я не знаю.
— Держу пари, что знаешь, — упрямо ответила Кит.
— Нет, честно. Я в детстве слишком много от этого натерпелся.
Кит готова была провалиться сквозь землю. Как она могла забыть,
— Да, думаю, ты прав, — деловито ответила она.
— Но к Майклу это не относится. Говорят, он напивается в стельку.
— О боже! Кто это говорит? — Эта мысль привела Кит в ужас.
— Я общаюсь с разными людьми, Кит Макмагон. В том числе и с отребьем, — сказал он и ушел.
Когда речь шла об аттестатах зрелости, мать Бернард и брат Хили жестоко соперничали друг с другом. Результаты выпускных экзаменов публиковали в местной газете, чтобы все могли их увидеть и сравнить. Брат Хили всегда говорил, что у матери Бернард есть фора. Девочки изучают такие легкие предметы, как искусство и домашнее хозяйство. Поэтому матери Бернард нетрудно ставить им высокие отметки и вручать награды.
Но монахини были уверены, что матери Бернард приходится труднее. Многие мелкие фермеры были заинтересованы в том, чтобы их дочери получили только начальное образование, достаточное для жены фермера. Французский язык и латынь были у них не в чести. Они предпочли бы, чтобы школьниц учили сбивать масло и выращивать кур, и были по-своему правы. Зачем поощрять надежды девочки, которой предстоит оставить родительский дом и переехать в такую же деревню?
— Каков ваш урожай в этом году, брат Хили? — учтиво спросила мать Бернард, тщательно скрывая свой интерес и пытаясь оценить собственные шансы в ежегодном состязании.
— Болваны, мать Бернард. Лодыри и тупицы. А что у вас?.. Наверное, в этом году одни сливки?
— Пустышки, брат Хили. Пустые головы, в которых нет ничего, кроме джаза.
— Да, все они просто помешались на джазе, — подтвердил брат Хили.
Хотя во взглядах на молодежь Лох-Гласса учителя были одного мнения, но музыкальные вкусы своих выпускников оценивали неправильно. На джазе было помешано предыдущее поколение. Звуки, гремевшие в ушах и сердцах юных жителей Лох-Гласса, были звуками зарождавшегося рок-н-ролла.
— Питер, поговоришь с Клио?
— Нет, Лилиан. Честно говоря, не буду.
— Вот до чего дошло… Отец не хочет разговаривать с собственной дочерью.
— Да, это моя дочь, но меня просят поговорить с ней только тогда, когда случается что-то ужасное, за что ей голову оторвать мало… Лилиан, пойми, сегодня у меня был трудный день. Хуже не бывает. И у меня нет настроения говорить ни с дочерьми, ни даже с женой. Я собираюсь сходить к Лапчатому и выпить пинту пива с моим другом Мартином. Ясно?