Хроники Риддика
Шрифт:
Вызванный некромангерами, нашедшими место старта, Вако провел рукой по оплавленной поверхности и, удовлетворенный, повернулся к ходячему сканеру. Тэт подал ему знак, что обнаружил что-то подозрительное.
Датчик, вживленный в основание позвоночника сканера, передавал данные непосредственно на прибор, находящийся на правом запястье командира. На небольшом экране Вако увидел, что именно обнаружил наблюдатель: удаляющийся в космос небольшой корабль. Это подтверждалось сообщениями орбитальных спутников, размещенных на орбите планеты незадолго до нападения на Гелион-Один. Среди прочего поступила информация о небольшой,
– Ответы на вопросы рисовали вполне очевидную картину. Равным образом и то, что никто больше не видел пленника, удивительным образом сбежавшего из «Базилики». Вывод был один: в этом месте был спрятан небольшой корабль, который покинул планету, скорее всего с человеком, которого искал Вако, на борту. Кто его захватил и почему, неважно. Важно то, что сбежавший пленник наверняка находится на борту корабля.
Командир встал и бросил своему подчиненному:
– Вызовите мою галилейскую команду с самыми опытными наблюдателями и позаботьтесь о том, чтобы проблема была решена. Начальству я доложу лично.
В командном центре Лорд-маршал проводил совещание со своими подчиненными. Присутствовали Тоал, возглавлявший вторжение на Джеранду, Скейлз, известный своей беззаветной преданностью делу Веры, и Сниматель Скальпов, имя которого говорило само за себя.
Все уставились на объемную карту Гелиона-Один. В данный момент на карте была изображена центральная часть западного полушария планеты. Присутствующие указывали на карту пальцами, и в зависимости от их устных указаний изображение менялось. Тоал как раз объяснял, как, по его мнению, быстрее завершить захват Пглиона. В соответствии с движением его руки на карте появлялись те или иные оборонительные пункты противника, потом исчезали, сменялись другими.
– …к югу от экватора, на центральном континенте, – говорил Тоал. – Они покинули крупные населенные центры и сосредоточили остатки своих сил здесь, здесь и здесь. Оборонительные излучатели по-прежнему в полном порядке и запитаны. Число оставшихся кораблей пока неизвестно. – Его рука быстро двигалась по карте. – Львиная доля сил сосредоточена в районе этого побережья. Они хорошо укрепились в ущельях и организовали неплохую оборону.
Лорд-маршал, несмотря на то, что он напряженно анализировал ситуацию, не удержался от поучения:
– Мертвое тело дергается даже после того, как человеку отрубили голову.
Будучи командиром, ответственным за обсуждаемый район, Тоал не был расположен философствовать. Силы некромангеров были велики, но не бесконечны. Самым быстрым и самым верным способом подчинить себе планету было как можно скорее уничтожить систему ее обороны, а потом организовать верную администрацию из местных жителей. Если операция затянется, невозможно будет переместиться в другую планетную систему, а потом в следующую – все силы окажутся привязанными к одной планете. Для успеха общего дела необходимо идеальное взаимодействие, обеспечить которое при наличии крупных очагов сопротивления было практически невозможно.
– Если мы быстро не подавим сопротивления, этот район станет центром притяжения для всех,
Скейлз зловеще оскалился.
– Предоставьте это мне. Я отправлюсь прямо к ним в зубы. Потребуется всего двадцать тысяч обращенных и два боевых корабля, не больше. Пройдет неделя, от силы десять дней, и проблема будет решена.
Вошел Вако, но никто не оторвал взгляда от карты. Собравшиеся стояли к нему спиной, сосредоточившись на непрерывно меняющемся изображении. Вако остановился у входа, никем не замеченный. Его давно уже интересовала одна вещь, но все как-то руки не доходили.
А почему бы не сейчас? – подумал он. Почему не воспользоваться удобным случаем, когда вызывающий сильнейшее его любопытство человек так сильно поглощен потоком поступающей информации и словами подчиненных?
Даже кошка не сумела бы подойти к собравшимся так тихо и быстро, как Вако. Он приближался, влекомый какой-то внутренней силой. Его поношенные башмаки не издали ни звука. Все внимание Вако было сосредоточено на стоящем к нему спиной человеке.
– Я, конечно, не против применения грубой силы, – говорил Лорд-маршал, – но есть моменты, когда необходим более искусный и тонкий подход. Все наши обращенные, конечно же, без колебаний ринутся в бой, но тех, кого мы потеряем, мы потеряем навсегда. – Его рука прошлась по карте, меняя картинку и расположение позиций.
– Сначала лучше напасть малыми силами. Вместо лобовой атаки и высадки десанта, во время которой мы наверняка понесем значительные потери, попробуем захватить оборонительные позиции противника одну за другой. Если сопротивление окажется ожесточенным – тем лучше, мы поймем, сколько сил нам потребуется. Вскоре у противника возникнут серьезные проблемы с обороной разбросанных по большой территории укреплений. Его силы окажутся рассредоточенными, а не сконцентрированными, как сейчас, и тогда настанет время нанести решающий удар. Если же они не рассредоточатся, мы будем захватывать одно укрепление за другим.
Обернувшись к Скейлзу, Лорд-маршал заметил:
– Помни, что, независимо от того, наступаешь ты или держишь оборону, главное – это полностью контролировать ход сражения. И не только из стратегических соображений, но и для того, чтобы поддержать боевой дух обращенных. В любом наступлении, в любой обороне есть своя мертвая точка. Именно она является ключом к победе, а никак не массовая гибель твоих солдат. – Лорд-маршал снова указал рукой на карту. – С гелионцами то же самое, их мертвая точка…
Пока Лорд-маршал объяснял подчиненным тонкости военной стратегии, Вако подходил к нему все ближе и ближе. Существует ли вообще такая вещь, как полная неожиданность, возможна ли она? Сможет ли он получить доказательство того, о чем не раз уже думал? Ведь он почти на расстоянии вытянутой руки.
То, что он увидел, было довольно призрачным, но, в принципе, вполне отчетливым: та самая третья рука, которая недавно вытащила душу из упрямого гелионского политика, но рука, заканчивающаяся лицом. Лицо, не мигая, уставилось на приближающегося Вако, который буквально застыл на месте, после чего слилось с лицом своего хозяина.