Хроники бездны

Глебов Виктор

Они вышли на берег, где в лодке их уже ждал Косыгин.

– Прикинь, он разглядывал пар, - пожаловался на приятеля Репников.

– Делать нечего?
– буркнул Косыгин.
– Сталкивай теперь нас, - сказал он Череневу.

Репников залез в лодку, а Черенев спихнул её в воду и запрыгнул сам. Раздался тихий всплеск.

– Уже три часа ночи!
– проговорил, взглянув на запястье, Косыгин.

– Давно были бы дома, если б тебе не приспичило закапывать эту фигню, - отозвался Репников.

Приятели взялись

за вёсла и начали грести. Черенев бросил взгляд назад. Белый туман поднялся над кустами и был отчётливо виден. Его клочья наползали на берег, почти касаясь воды. Откуда-то налетел резкий порыв ветра и всколыхнул камыши. Они закачались с легким шелестом, в котором Череневу послышался едва различимый стон.

– Давайте быстрее, - сказал он приятелям.

– Может, ты сам возьмёшь весло?
– с сарказмом предложил Репников.

Черенев промолчал.

Лодка постепенно отдалялась от острова. Белый пар уже просочился сквозь прибрежные кусты и теперь стелился над чёрной поверхностью воды. Репников зябко поёжился.

– Надо было теплее одеваться, - пробормотал он.
– Похолодало чего-то…

– Меня греет мысль о том, что Васька лишился своей навороченной системы, - отозвался Косыгин.
– А в особенности то, что он никогда не поймёт, в чём дело.

– Ну, рано или поздно, может, и разберётся, - возразил Репников.
– Догадается вытащить трубу-то проверить.

– В любом случае, на это уйдёт не один день, а то и неделя, - сказал Косыгин.
– Да и ремонт ему вылетит в копеечку.

– Ладно, главное, что ты, наконец, удовлетворён. Полегчало?

– А знаете, да. Конечно, паршивая труба не сравнится с женой, но… - Косыгин махнул рукой.
– Чёрт с ним! Пусть живёт.

– Похороним свои обиды… - начал было с ироническим пафосом Репников, но в этот момент весло выскользнуло у него из рук и исчезло в воде.

– Ты чего?
– удивился Косыгин.
– Зачем весло утопил?

Репников выругался.

– За что-то зацепилось!
– сказал он.
– Его просто выдернуло у меня из рук!

– Ладно, как грести будем?

– Откуда я знаю. Наверное, поочерёдно.

– что это значит?

– Ну… гребок с одной стороны, потом - с другой.

– То есть, я один надрываться буду?

– А кто нас сюда притащил?
– повысил голос Репников.
– И, между прочим, если б не твоя ревность, моё весло сейчас было бы на месте. Я и так потерял за одну ночь и его, и якорь.

– Сказал же, что возмещу, - ответил Косыгин.
– Ладно, доплывём. Сейчас погребу, а потом ты меня сменишь, - добавил он, обращаясь к Череневу.

Тот медленно кивнул, глядя на воду. Ему показалось, что ближе к поверхности промелькнуло что-то светлое.

Минуты три плыли молча.

До того места, где оставили машину, было метров пятьдесят, когда погрузивший весло в воду Косыгин вдруг резко качнулся влево,

навалился боком на край лодки и окунулся с головой в реку. Его ноги взметнулись вверх, лодка, просев, зачерпнула бортом, и Косыгин с тяжёлым всплеском кувырнулся в воду. Черенев с Репниковым едва удержались, чтобы не последовать за ним. Секунды четыре они были в оцепенении, а потом кинулись вытаскивать товарища.

Косыгин барахтался изо всех сил и орал, как резаный. Ни о какой конспирации больше не могло быть и речи.

– Да заткнись ты!
– хватая его за мокрую одежду, прошипел Репников.
– Сейчас сюда все местные сбегутся, и Васька твой с ними!

Но Косыгин не слушал. Он лупил руками по воде, выпучив глаза и широко разинув рот.

Череневу удалось вцепиться в его рубашку. Вдвоём с Репниковым они потянули, но Косыгин был слишком тяжёл - он ушёл под воду, пуская пузыри.

– Держи!
– крикнул Репников.

– Держу! Блии-и-ин!
– Черенев чувствовал, как Косыгин неумолимо опускается на дно, и мокрая ткань выворачивается из пальцев.
– Не могу больше!

Репников рядом закряхтел. Похоже, он тоже держал из последних сил.

– Да что такое!
– вырвалось у него.

В этот миг Черенев почувствовал, что пальцы больше ничего не сжимают. Он взглянул на Репникова. На лице у того появилось испуганное выражение.

– Ты держишь?
– спросил он, повернув голову.

– Нет.

Репников выругался. Тяжело дыша, оба приятеля опустились на дно лодки.

– Неужели утонул?
– проговорил Черенев.

– Не знаю. Наверное. Не пойму только, почему. Он же умеет плавать.

– Может, приступ?

– Инфаркт?

– Ну, да.

– С чего бы?

– Откуда мне знать?

Приятели огляделись. У них больше не осталось вёсел, и они не могли управлять лодкой. С удивлением они обнаружили, что от воды поднимается туман - как раз в том месте, где полминуты назад исчез Косыгин.

– Смотри, - прошептал Репников.
– Что это за фигня?

– Не знаю.

– Что будем делать? Руками грести?

Черенев с сомнением посмотрел на чёрную реку.

– Видел, как его дёрнуло?
– спросил он.

– Ну, и?

– Похоже, его весло тоже за что-то зацепилось, - неуверенно произнёс Черенев.

Репников помолчал. Лодку начало закручивать течением. Её сносило на стремнину.

– Знаешь, честно говоря, у меня было ощущение, что весло у меня просто вырвали, - признался он вдруг.
– Бред, конечно…

– Смотри на пар, - сказал Черенев.

Белые клубы окружали лодку, становясь всё гуще. Это уже было похоже на плотное кольцо, и оно всё увеличивалось в размерах.

– Я уже берега не вижу, - проговорил Репников. Голос у него предательски дрогнул.
– Может, погребём, пока нас совсем на середину реки не унесло?