Хранители. Единственная
Шрифт:
А Энсел смотрел ей вслед. И постепенно понимал одну простую вещь.
Он её потерял.
Аманда сидела в своём кабинете. И уже прокручивала в голове предстоящий разговор, который должен был состояться в ближайший час.
Как бы она не издевалась тогда над Кастором Бэнксом, но она была уверена, что он выкарабкается. Да что там была уверена – она это знала. Всё рассчитала заранее. Она не дала бы ему тогда умереть, ведь его смерть для неё ой как невыгодна.
Так какая же была цель сего представления?
Узнать. Его. Его слабости.
Она узнала.
И как вообще его слабостью стала та, для которой он должен был быть фальшивым другом? Кому должен был втереться в доверие, чтобы потом сослужить службу Президенту?
Как его слабостью стала та, с кем был знаком не так уж много времени?
А какая же слабость была у Джулии? Это был весьма интересный вопрос, и было совершенно непонятно, каким образом получить на него ответ. Потому что пытать её было незачем. И на прохождение Золотого Венца её тоже не отправишь: она ведь не Хранительница. А отправлять не Хранителей – это против правил.
Созданных ею самой? Нет. Созданных её предшественниками. И которые она менять не собиралась.
Но было видно, что слабость у Остборн была. И, наверняка, похожая на ту, которая имелась у её напарника и друга. А может, и связанная с ним. Напрямую.
Но теперь ей необходимо было поговорить с ними обоими. Вернуть их к работе. И напомнить, в чём была суть их существования.
***
Наладонник Джулии пискнул в самый неподходящий момент. Только она хотела что-то спросить у Кастора, но раздражающая трель прервала ход её мыслей и выбросила его в помойку. Вспомнить теперь, какую тему она собиралась поднять, ей не удавалось.
Она буркнула что-то вроде извинений и достала из кармана устройство. Не ненавистное, потому что дико полезное, но в эту минуту…
Вслед за её уведомлением голос подал и наладонник у Кастора. Джу, так и не посмотрев на своё сообщение, подняла удивлённый взгляд на Сотрудника. Тот пожал плечами, протянул руку на стол, посмотрев в экран. Джулия положила рядом своё устройство.
Они открыли сообщения и быстрым взглядом сравнили их. В тексте отличалось лишь обращение по имени. А всё остальное – абсолютно идентичное.
“Убедительная просьба явиться в кабинет Президента в секторе А.
Разговор очень важен. Никакие отговорки не принимаются.
Аманда Коллендж будет ожидать вас в течение часа.”
Кастор перечитал сообщение ещё раз. И ещё.
И не мог поверить в то, что Коллендж приглашала его на разговор. Вместе с Джулией.
– Интересно, она рассчитывала на то, что мы с тобой увидимся лишь у неё в кабинете? – хмыкнула девушка, убрав наладонник.
– Мне интересно, какова тема этого разговора, – ответил Бэнкс.
Джу прыснула со смеху. Нервного.
– А я ведь говорила, что нам будет предложена новая
– Подожди, ты знала о том, что сегодня… – ошеломлённо проговорил Кастор.
– Да, конечно, знала я, – с сарказмом отозвалась она. – Чтоб я так будущее знала. Или китайский язык.
Они встали из-за стола, задвинули стулья, почти одновременно. И вместе вышли из столовой, направившись к лифтам.
Двери кабинета плавно разъехались. В который раз. И от этой плавности и бесшумности уже начинало тошнить, как на корабле.
Кастор пропустил Джулию вперёд, зашёл за ней. Присели на стулья.
Ждали слов Аманды. А Аманда смотрела на них, искривив губы в нахальном подобии улыбки. Хищным взглядом, изучающим дотошно каждую деталь.
– Пришли, – не столько спросила, сколько подтвердила она и так известный факт.
– Вы вызывали нас, госпожа Президент? – осмелев, спросил Кастор. Просто понял: раз он здесь, то бояться ему не так-то много чего и было.
– Ты удивлён, – заметила Коллендж.
– Весьма, – согласился он.
– А ты, Джулия? – обратилась она к своей секретарше. – Удивлена? Рада, что снова видишь своего друга живым и невредимым?
Девушка перекинула ногу за ногу. Усмехнулась.
Она чувствовала себя не загнанной в угол, а выпущенной из клетки. Только вот в клетке, оказывается, было куда безопаснее, чем за её пределами.
– По крайней мере, то не ваша заслуга, что он жив.
– А ты знаешь, чья?
Хлопок. Именно так раздался этот вопрос. Оглушительно. И он сразу потянул на дно, не давая вынырнуть на сушу.
– Она как раз-таки моя, Джу. Потому что если бы не я, он бы умер. Я могла бы усилить подачу тока до невероятной силы. Но я же этого не сделала.
Девушка нахмурилась.
Аманда не была для неё врагом. Но и другом не была – тоже. Сейчас.
Но Президенту быстро наскучила эта тема.
– Я вызвала вас двоих сюда не просто так, – начала она. – И вы наверняка догадываетесь, что это не просто беседа на вольную тему. Пора переходить от философских разглагольствований к действиям, не считаете? Считаете, конечно. По-другому не можете.
Экран на стене загудел. На нём отобразился Бруклин с высоты птичьего полёта. Район пятьдесят пятой улицы.
Кастор вздрогнул. Конечно, больница Калвари.
Значит, всё Аманда знала. Знала, где он был. Знала ли, как он туда попал? Да наверняка.
Что ж, пытки оказались ещё более бессмысленными, чем они могли бы быть. Потому что как бы он их не выстоял, а защитить никого так и не сумел. Лишь вывел всех на чистую воду.
– Джулия уже в курсе того, что я хочу сказать, хоть и не знает, что я собираюсь об этом говорить именно сейчас, – сказала Президент, кинув на Остборн многоговорящий взгляд. Та изумлённо подняла брови, догадавшись, о чём шла речь.