Хранитель Ардена
Шрифт:
На второй день Аврора плакала. Без остановки, до хрипоты в горле, до жжения в глазах и жуткой головной боли. Она ничего не ела и не пила, не ходила к Райнеру и просто желала умереть. У нее даже проскальзывала мысль выпрыгнуть из окна.
«Связанные ритуалом единения души находят друг друга даже после смерти», – вспомнила она слова жены Нила.
Всего несколько секунд боли, и она бы снова увидела любимые серые глаза.
Но совершить задуманное ей не удавалось, потому что Закария не покидал ее покоев. За все то время, что она давилась
На третий день к ней пришла Тина и сказала, что Райнер полдня плакал от голода, но отказывался брать грудь кормилицы. Тогда к Авроре вернулась крупица здравомыслия и уничтожающее чувство вины. Убиваясь собственным горем, она совсем забыла про сына. А ведь обещала Рэндаллу заботиться о нем.
Остаток дня она провела с сыном. Прикосновение пухлых ручек и молочный запах темноволосой макушки приносили Авроре толику утешения. Она ворковала над малышом, обнимала, ласкала его и тихо плакала от ощущения зияющей пустоты в сердце.
Сегодняшним утром она получила весть о смерти Анны.
Томас принес ей записку, что вечером в Вайтхолл прибудут Уилл и Тристан с телом Анны – она хотела, чтобы ее похоронили на фамильном кладбище Корвинов.
Аврора даже не заплакала. Но не потому, что не скорбела по Анне. Эта новость окончательно добила ее, сломала в ней что-то важное.
– Нужно подготовиться к похоронам, – охрипшим голосом сказала Аврора Алистеру Грею, когда он пришел к ней.
Они сидели в кабинете Рэндалла, и Аврора не отрывала взгляда от чашки чая. Она боялась даже поднимать глаза, потому что все здесь напоминало ей о Рэндалле. Каждый уголок был пропитан воспоминаниями о том, как им хорошо было вместе.
– Подготовка началась в день получения скорбной вести, Ваша Светлость. Мы отправили гонцов в Фортис. К завтрашнему дню в замок прибудут король Алан с женой и сыновьями.
– Хорошо. – Аврора усилием воли заставила себя сделать глоток чая. Тина сказала ей, что если она продолжит голодать, то у нее пропадет молоко. – Надо подобрать платье для Анны. Она любит персиковый цвет.
– И платье, и гробы уже готовы. – Алистер говорил ровным спокойным тоном, но по залегшим под глазами теням было видно, как он устал за последние дни. Рэндалл и Анна росли на его глазах, поэтому их уход подкосил и его.
Аврора пересилила себя и подняла взгляд на Алистера.
– Гробы?
– Да, Ваша Светлость. Будут двойные похороны.
– Лорд Грей, я не понимаю, о чем вы говорите. Какие двойные похороны?
– Так принято в Ардене. – Алистер прочистил горло. – Если тела погибшего нет, в гроб кладут вещи, напоминавшие о нем, – своеобразная церемония прощания.
Аврора не смогла сдержать истерический смешок.
– Вы что, шутите? Вы собираетесь хоронить пустой гроб и выдать это за похороны Рэндалла? – Терпение дало трещину, и она сорвалась на крик: – Тело моего мужа забрало море! Я не позволю устраивать представление для знати!
– Ваша Светлость, успокойтесь, это обычаи народа вашего мужа, и вы должны позволить близким попрощаться с ним.
– Меня не волнуют обычаи! Похороны – это проводы погибшего в
– Ваша Светлость…
– Я сказала, нет!
Алистер Грей стиснул челюсть и выпрямил спину. Он уже собирался что-то сказать, но его прервал тихий скрипучий голос.
Закария, все это время стоявший в углу безмолвной тенью, подошел к столу.
– Лорд Алистер, позволите поговорить с госпожой наедине?
Аврора думала, что Алистер прогонит прочь обнаглевшего солдата, но тот лишь поджал губы и, коротко кивнув, покинул кабинет. Аврора поднялась с кресла.
– Спасибо, что избавил меня от него, – бросила она адепту, направившись к двери. Ей хотелось скорее уйти отсюда, чтобы больше не чувствовать отголоски знакомого запаха скошенной травы и лесных ягод.
Закария грубо перехватил ее за локоть и поволок обратно к креслу.
– Сядьте!
– Что ты себе позволяешь? – возмутилась Аврора и хотела было ударить его свободной рукой, но в ту же секунду, будто предугадав ее действия, адепт перехватил ее запястье и отбросил, да так сильно, что у нее хрустнуло плечо.
Закария силой усадил ее в кресло и подвинул стоявший у стены стул, чтобы сесть напротив. Между их лицами оставалось всего несколько сантиметров. Аврора даже разглядела в его зеленых глазах странно мерцающие светлые крапинки. Рэндалл как-то упоминал, что это побочный эффект от зелий, которые пили служители Ордена теней.
– Ты в своем уме, Закария? – злобно прошептала Аврора.
– Я да, а вот вы – нет, – ответил он с небольшим акцентом, немного вытягивая гласные звуки.
– Объяснись!
Закария наклонился к Авроре еще ближе, и она почувствовала легкий аромат крыжовника, кожаных доспехов и мужского пота.
– Вы ведь знаете, в каких отношениях сейчас находятся Арден и Юг?
– Знаю.
– Княжна, ваш муж в глазах южан был рычагом для контроля над Арденом, а в глазах арденийцев – символом будущего восстания. Но и те, и другие уважали его, признавали сильным правителем. А все потому, что он был воспитанником самого Райнера Корвина.
За все время пребывания в замке Аврора не слышала столько слов от Закарии, сколько услышала сейчас.
– К чему ты ведешь, Закария?
– У вашего сына очень шаткие позиции. К тому же у него есть конкурент. Рэндалл, сын Джоанны – последней из рода Корвин. И если вы продолжите вести себя, как взбалмошное дитя, лишь усугубите положение Райнера, – сказал он. – Вы должны стать мудрее, обзавестись союзниками, наладить отношения со знатью Ардена, быть хитрее с королевской семьей Юга, завоевать любовь и преданность простого народа. Сейчас только от вас зависит, какие позиции будут у будущего Хранителя Ардена – Райнера Вейланда. А если продолжите дерзить приближенным принца Рэндалла, которым он безоговорочно доверял, вы поставите под угрозу не только титул, но и жизнь сына.