Храброе сердце
Шрифт:
Он купит землю в сельской местности, и жеребец положит начало линии прекрасных чистокровных лошадей.
Только бы Эскалибур выиграл…
Тор взглянул на Линдси, и его лицо омрачилось тревогой. Какой бы хорошей наездницей она ни была, дерби всегда таит в себе серьезную опасность. Нельзя подвергать Линдси такому риску.
– У тебя снова этот взгляд, – полувопросительно сказала она, глядя на Тора.
– Какой взгляд?
– Ну, тот самый, помнишь? Я-мужчина-ты-моя-женщина-я-должен-защищать-тебя.
– И все-таки ты не должна
– Мы это уже много раз обсуждали, и вот что я тебе скажу. Если ты запретишь мне выступать на жеребце, я возьму одну из лошадей моего отца. Хочешь ты того или нет, я все равно буду участвовать в скачках.
– Клянусь, Линдси, ты самая…
– Самая возмутительная девушка на свете, я знаю.
Тор не смог сдержать улыбку.
– Ну хорошо. Если Эскалибур позволит тебе сесть в седло, ты будешь выступать на нем. Я больше не стану отговаривать тебя.
Последние предрассветные часы ушли на то, чтобы приучить коня к Линдси. Она водила его в поводу, кормила сахаром, разговаривала с ним, ласково гладила по шее, целовала в морду…
– Давай я попробую сесть на него, – нетерпеливо проговорила она, с надеждой глядя на Тора.
Жеребец казался совершенно спокойным, и Тор, выждав удобный момент, ловким движением подсадил Линдси боком нa его неоседланную спину, а сам крепко взял в руки поводья. Потом осторожно повел жеребца по кругу, постепенно увеличивая его радиус. Конь вел себя удивительно послушно. Казалось, он был рад нести на своей спине молодую наездницу.
Тор только качал головой. У Линдси был дар очаровывать мужчин и, как выяснилось, жеребцов тоже.
За два часа до рассвета они решили, что на первый раз достаточно.
– Я снова приду завтра вечером, на этот раз постараюсь пораньше.
Тор кивнул:
– Хорошо, но мне не нравится, что ты добираешься до развалин в одиночку. Это опасно, поэтому я буду ждать тебя на опушке леса к востоку от конюшни.
Линдси хотела было возразить, но, заметив его грозный взгляд, лишь кивнула в знак согласия.
Тор проводил ее до того места, где она оставила свою лошадь.
– Прежде чем уйти, я хочу тебе кое-что сказать, – проговорила Линдси. – Сегодня я получила еще одну записку. Почерк тот же, что и в двух предыдущих. Записку принес какой-то парень из деревни.
– И что в этой записке?
– Там сказано, что я должна найти женщину по имени Пенелопа Баркер, и тогда мне откроется вся правда о лорде Меррике.
– Я постараюсь навести справки о ней.
– А те люди, вместе с которыми ты работаешь… как они восприняли новость о том, что ты брат Лейфа?
– Я сказал им, что далеко не так богат, как мой брат, поэтому вынужден работать по найму.
Линдси понимающе кивнула и, немного помолчав, сказала:
– У меня к тебе еще одна просьба.
– Какая?
– Поцелуй меня… Я мечтала об этом в течение всего времени, что мы здесь…
– Линдси…
– Разве
Тор сокрушенно покачал головой. Все его существо тянулось к Линдси, весь вечер он испытывал мучительное влечение к ней.
– Больше всего на свете я хочу поцеловать тебя, овладеть тобой… Но нам нельзя…
Она привстала на цыпочки и закрыла ему рот нежным поцелуем. Тор обнял ее и крепко прижал к себе, страстно отвечая на ее поцелуй.
Боги свидетели, он не мог устоять перед ней, перед градом нежных поцелуев, которыми она осыпала его лицо, губы, шею…
– Уезжай, Линдси, пока не поздно…
– Нет, Тор, не хочу… не сейчас… – прошептала она, стягивая с него сюртук.
Вздохнув, он сдался под ее напором, и вскоре Линдси уже лежала на земле с задранной юбкой, и Тор ладонью ощущал горячую влагу между ее раздвинутых ног. Убедившись в ее полной готовности к любовному соитию, он медленно и глубоко вошел в нее, содрогаясь всем телом от острого наслаждения. Его движения, поначалу медленные и осторожные, становились все более нетерпеливыми и быстрыми, доводя ее до исступления. Достигнув оргазма, она выкрикнула его имя, и только тогда он изверг в нее свое семя.
Потом, лежа рядом с Линдси на мягкой траве, Тор мысленно, в который уже раз, обещал себе больше никогда не прикасаться к ней. И снова не был вполне уверен в том, что сдержит свое слово.
Глава 19
Под предлогом сильной головной боли Линдси проспала до самого вечера, готовясь к очередному свиданию с вороным жеребцом и Тором. Лежа на пуховой перине, она с улыбкой вспоминала вчерашнюю встречу с Тором и то, как они занимались любовью. Казалось, он никак не мог насытиться ею, словно она была своего рода наркотиком, без которого он уже не мог обходиться.
Откровенно говоря, Линдси испытывала по отношению к Тору то же самое чувство с той лишь разницей, что к нему не примешивалось ощущение вины, как это было у Тора. Линдси была готова заниматься с ним любовью при любом удобном случае. Она добросовестно принимала настойку Самира, и, как ей казалось, та оказывала требуемое действие. До возвращения родителей Линдси в Лондон, когда ее связь с Тором придется прекратить, оставалось не так уж много времени, но до того дня она собиралась наслаждаться каждым мгновением, проведенным с ним.
Клонившееся к закату солнце светило в окна, ложась теплыми бликами на грезившую в постели о предстоящем свидании с Тором Линдси.
Неожиданно в комнату вошла ее служанка Китти.
– К вам гость, мисс. Пришел младший брат мужа миссис Драугр. Он говорит, ему нужно срочно повидать вас.
– Ко мне пришел Тор?
– Да, мисс. – Служанка закатила глаза. – Разве его можно спутать с кем-то другим?
– Разумеется, его ни с кем не спутаешь, – улыбнулась Линдси.
Встав с постели, она надела халат и попросила: