Храбрая леди
Шрифт:
— Простите, но у нас здесь завтрак, обед и ужин; и я премного доволен, что ваши чувства не задеты.
Рослый рейнджер встал со стула и взял шляпу, затем заплатил за еду, и они с Сахарной Энн пошли на улицу, чтобы немного размять ноги, как он выразился. Через несколько минут они продолжат путь. Спина и ягодицы Сахарной Энн уже горели от жесткой деревянной скамьи, и с каждой милей ей становилось все хуже. Как бы ей хотелось путешествовать в отдельном купе, что прежде считалось само собой разумеющимся!
Дело шло к вечеру. В поезде зажгли свет. Сахарная Энн вынырнула из дремоты. Поезд
— Холодно? — словно угадав ее мысли, спросил рейнджер.
— Да. Очень. Я ожидала, что в Техасе гораздо теплее в это время года.
— Обычно да. Но погода в Техасе непредсказуема, кроме июля и августа, когда она всегда жарче, чем… Простите, мэм. Лето в Техасе обычно жаркое, но северный ветер дул до вчерашнего дня, и температура упала сразу. Сейчас очень сильно похолодало, но через день-другой станет теплее.
Сахарная Энн надеялась, что так и будет. Все самое теплое, что у нее есть, уже надето, а ее соболью шубу и пелерину из лисьего меха забрал Эдвард. Она засунула ладони под мышки.
— Печь сломалась?
— Нет, но топлива мало. Мы запасемся им на этой станции или на следующей.
— О, — произнесла Сахарная Энн и выглянула в окно. Дым от паровоза в холодном воздухе превращался в густые облака, мешая ей рассмотреть пейзаж за окном. — У нас будет остановка на обед?
— На ужин. Насколько я понимаю, мы отстаем, и нам принесут коробки с ужином прямо сюда.
Сахарная Энн заметила, как несколько человек вышли из поезда, в то время как другие оставались в вагоне. Действительно, подали еду в коробках — вскоре после того, как они отъехали от станции. В печь подбросили топлива, и в вагоне стало теплее.
Сахарная Энн сняла перчатки, чтобы приняться за еду.
— На вид очень вкусно, — сказала она, заглядывая в коробку, где обнаружила два кусочка жареного цыпленка, бисквит, большой соленый огурец, яблочный пирог из таких, которые ей доводилось есть только в детстве, до того как ее мать, отец, бабушка и маленький братишка Джонатан умерли от желтой лихорадки, до того как дедушка Джейкоб отправил ее в первую школу-интернат, когда ей было всего десять лет.
Используя носовой платок как салфетку, она ела цыпленка и огурец, оставив бисквит и пирог на завтрак. Капитан Маккуиллан был достаточно любезен и позволил ей завернуть все это в его газету. Даже при том, что Сахарная Энн приближалась к своей цели, она все еще аккуратно расходовала деньги. Никогда не знаешь, с чем столкнешься в этих местах.
Капитана, казалось, мало волновала экономия: он весело жевал пирог, но когда Сахарная Энн взглянула в его сторону, то едва не задохнулась.
Она смотрела прямо в ствол очень большого и очень противного на вид револьвера.
Глава 2
Миссис Спайсер закричала и упала на пол. Уэбб бросил свой пирог и, ругаясь, потянулся за «кольтом», но эта женщина, засунув голову под сиденье, а сама оставшись снаружи, вцепилась ему в лодыжку мертвой хваткой, и, прежде чем оторвать ее от себя, он потерял равновесие. Именно в этот момент пара грабителей начала стрелять; пули свистели, и рейнджер упустил момент.
Отчаянно ругаясь, он высвободил ноги и встал, оказавшись лицом к лицу
Подросток направил свой револьвер прямо на подбородок Уэбба.
— Моргнуть не успеете, мистер, и вы покойник! Выньте оружие и отдайте его.
Сдавленный звук раздался с пола у него за спиной, и миссис Спайсер снова вцепилась ему в лодыжку. Слава Богу, он сумел кое-как высвободиться.
Дуло револьвера тряслось и тыкалось в подбородок Уэбба. Ломающимся голосом паренек повторил:
— Я же сказал, отдайте оружие. Немедленно!
Уэбб нахмурился. Самое последнее, что ему хотелось, так это отдать свои «кольты» такому сопляку. Рука его потянулась к застежке кобуры, потом дернулась вверх. Одним быстрым движением он схватил направленный на него револьвер и сильно стукнул им парнишку по голове. Тот шлепнулся на пол, но Пит Беверс оказался проворным малым. Он схватил случайную пассажирку — старую леди и загородился ею, как щитом. Приставив дуло к ее виску, он смотрел на Уэбба, который был слишком далеко, чтобы вмешаться.
— Брось стрелялку и свой собственный сорок пятый, мистер, или бабуля схлопочет пулю! — прорычал Беверс.
Старая леди принялась молиться, а миссис Спайсер снова вцепилась мертвой хваткой ему в ногу. Хуже всего было то, что она держала его именно за тот ботинок, где лежал четырехзарядный револьвер.
— Поторопись, — сказал Беверс, — я не собираюсь тратить на это целый день.
Уэбб нехотя бросил оружие и начал отстегивать пояс со своими револьверами. Он полагал, что этот паршивый жулик и мальчишка не единственные бандиты в поезде, обычно они работают целой бандой. Большинство из них наверняка грабят багажный вагон, пара других держит под прицелом паровоз, а еще двое, очень может быть, орудуют в соседнем вагоне.
Не сводя глаз с Беверса и старухи, Уэбб осторожно положил свое оружие на сиденье, но так, чтобы можно было до него дотянуться, при этом по-прежнему пытался оторвать миссис Спайсер от своей ноги.
— Леди и джентльмены, наличные, а также часы и золотые кольца и остальные штучки приготовьте сейчас же, чтобы я не ждал, когда подойду, — громко объявил Пит Беверс. — Не пытайтесь ничего прятать от меня. Я начну с этих двоих. И не дергаться. Скажи женщине, чтобы встала с пола и открыла свою сумку.
— Миссис Спайсер? — Уэбб подергал ногу, за которую она все еще цеплялась. — Я думаю, вам надо встать.
Она даже не пошевелилась.
Он не знал, в чем дело, — то ли она упрямая, как мул, то ли испугалась до смерти, поэтому осторожно тронул ее за плечо.
— Миссис Спайсер, вам лучше встать и не нарываться на большие неприятности.
Никакого результата.
Черт возьми, он ведь говорил ей, не надо злить возбужденного и вооруженного человека. Пит Беверс не просто возбужден, он, ко всему прочему, отвратительный тип — самый настоящий сукин сын. Некоторые пассажиры могут серьезно пострадать.