Храбрая леди

Хадсон Джен

— Она, кажется, не обращает на меня никакого внимания, — сказал Уэбб. — Может, совсем ослабела от страха.

Глаза Беверса сузились.

— Зато мой глаз не ослабел. Я возьму ее. — Он отпихнул старую леди в сторону, шагнул через проход и пнул миссис Спайсер. — Встань, женщина, или я начну стрелять и снесу твой зад.

Уэбб угрожающе шагнул вперед, но тут миссис Спайсер, стиснув зонтик обеими руками, вскочила с пола, как рой обезумевших шершней.

— Да как ты смеешь, мерзкий червяк! — Она сильно ударила зонтиком по руке Беверса, в которой

тот держал оружие, и его револьвер отлетел в сторону. — Я не собираюсь отдавать тебе мои ценности! — Сахарная Энн кинулась на бандита и треснула его по голове. — Ни один мужчина на свете никогда больше ничего ценного от меня не получит! Никогда! Никогда! Никогда! — Каждое слово она подтверждала сильным ударом зонтика или уколом наконечника.

Беверс защищал голову одной рукой, а другой пытался подобрать свое оружие.

Уэбб пнул револьвер подальше, потом схватил свой собственный сорок пятого калибра, взял миссис Спайсер за талию и отодвинул ее в сторону.

— Полегче, мэм, теперь я беру его на себя.

Едва трое мужчин из числа пассажиров подоспели на помощь, как поезд сбавил ход.

— Вяжите этих двоих, — скомандовал Уэбб, застегивая на себе ремень с оружием, — а я пойду проверю багажный вагон.

Когда он добрался туда, то нашел двух убитых и сразу понял, что деньги из сейфа исчезли. Грабителей и след простыл. Они, вероятно, пересели на спрятанных заранее лошадей, когда поезд замедлил ход. Теперь их вряд ли поймаешь!

Привалившись к стене вагона, Уэбб почувствовал жжение справа — боль возникала всякий раз, когда он переставлял ноги. Приложив руку, Уэбб увидел, что она вся в крови. Черт возьми! Он даже сам не понял, когда его ранили.

Вот уж совсем некстати! Это нарушало все его планы.

И все же Уэбб не собирался позволить небольшой царапине испортить ему верное дело. Он надеялся найти то, что пропало у чикагских парней. Инвесторы обещали за такую услугу большую награду через агентство Пинкертона, и Уэбб хотел сорвать этот куш, а именно столько, сколько ему не заработать за дюжину лет службы рейнджером. Денег так много, что можно на них купить бизнес в городе, аккуратный белый домик, пуховую перину на кровать, о которой он мечтал с детства. Ему даже хватило бы на то, чтобы положить кое-что в банк города Уэйко и купить миленькой маленькой девочке хорошенькое золотое колечко вроде того, что у миссис Спайсер-Херндон на пальце.

Вот именно! Он имеет в виду то самое: прилипнуть плотно к этой молодой женщине и не отставать до тех пор, пока она не приведет его к своему мужу и к деньгам, с которыми тот скрылся. И Уэбб не собирался позволить симпатичным веснушкам, хорошенькой улыбке или любым другим соблазнам помешать ему в этом.

Эти пинкертоны уверены, что миссис Херндон знает больше, чем говорит. Они полагают, что Сахарная Энн некоторое время поболтается вокруг Чикаго, изображая невинность и огорчение, а потом где-нибудь встретится-таки с мистером Херндоном.

Уэбб взял отпуск, чтобы погоняться за вожделенной наградой. Если

бы он добился успеха, то сдал бы свою рейнджерскую звезду и где-нибудь окончательно обосновался. В свои тридцать лет он так и не имел места, которое можно назвать собственным; а все оттого, что двадцать пять лет назад команчи совершили набег на его семью и…

Уэбб стиснул зубы и тряхнул головой.

Незачем ворошить прошлое.

Сахарная Энн увидела капитана, когда он вошел в вагон, и стала наблюдать за ним. Его лицо показалось ей сердитым; черты стали еще более резкими, чем обычно. Проводник встретил его, и они обменялись несколькими фразами перед тем, как рейнджер, вернувшись на место, сел и пониже надвинул шляпу на глаза.

Она подалась вперед и тихо спросила:

— Что вы обнаружили?

— Деньги украли, грабители ушли. Вы в порядке?

— Со мной все прекрасно, спасибо, сэр. Только вот с зонтиком не все так замечательно — две спицы погнулись.

— Судя по тому, как вы им орудовали, я вообще удивлен тем, что зонт цел.

— А я не удивлена — его ручка сделана из черного дерева, одного из самых прочных в мире; мой дедушка когда-то отбивался им от хулиганов. Я так благодарна, что Эд… Я имею в виду, что взяла его с собой для защиты. Ну а спицы можно легко починить.

— Твердая древесина или нет, но для таких ударов нужна сила, что удивительно для такой маленькой леди, как вы. Уверен, вы просто ошеломили старину Пита Беверса.

Этот комплимент заставил Сахарную Энн слегка покраснеть.

— Видите ли, я регулярно играю в теннис. То есть играла…

— В теннис?

— Да. Я считаю, что постоянные упражнения держат тело в форме, а разум в норме. Пит Беверс, вы говорите? Вам известно, что он собой представляет?

— Нет, мэм, но я видел пару его фотографий.

— Фотографий?

— Да, мэм. Его разыскивают.

— За что?

— Кража. Ограбление. Убийство.

— Убийство? — Сахарная Энн почувствовала, как кровь отлила от лица, а сердце почти выпрыгнуло из груди.

— Так точно. Я полагаю, вы можете получить награду, как только мы доберемся до Хьюстона.

— Награду? — Сахарная Энн вскинула голову. — Что за награда? И почему мне?

— Вы ведь сбили Беверса с ног.

— Я это сделала? Что-то не припомню.

— Именно вы.

— Я так разозлилась, когда этот бандит захотел забрать остатки моих долларов, что просто не могла сдержаться и стукнула его как следует несколько раз зонтиком дедушки Джейкоба. Возможно, я и внесла свой вклад, но сбила его с ног не одна по крайней мере.

Рейнджер пожал плечами:

— Во всяком случае вы внесли самый большой вклад в его поимку. Правда заключается в том, что вы выбили оружие из его рук своим зонтиком, а остальные немного помогли, после того как вы его поколотили. Награда будет наличными, хотя я не знаю точную сумму. Пара сотен долларов, пожалуй. Я бы не удивился, если бы и железная дорога кое-что подбросила.