Хоук

Льюис Р. Дж

Джесс обошел место смерти Юрия, внимательно глядя себе под ноги. Осмотрев все, он покачал головой.

— Эта пьянь потрудилась на славу, Хоук. Думаю, теперь это самое чистое место в баре.

Хоук просто пристально посмотрел на него, не говоря ни слова. Временами с языка этого парня слетает такое… Черт возьми.

Гектор уже прикурил сигарету и присоединился к Джессу — «обзорная экскурсия по месту смерти больного ублюдка». Затем, как ни в чем не бывало — словно это не они облажались по полной программе — эти двое начали разговаривать

о девках. Их волновали только киски и ничего, кроме кисок.

— Хочешь девочку, Хоук? — прервавшись, спросил с ухмылкой Джесс. — Эй, тут по-прежнему полно сучек. У нас все еще есть шанс спасти эту ночь. Давай оторвемся с ними.

Хоук глубоко вздохнул и потер лицо. Его руки тряслись от желания избить этих придурков за то, что допустили в клубе подобную херню, но он знал, как важно сохранять хладнокровие. Работая на такого авторитета, как Маркус Борден, этому быстро учишься.

— Хоук? — настаивал Джесс, все еще глядя на него.

Хоук сердито зыркнул на него.

— Ты находишь это забавным, Джесс?

Улыбка Джесса исчезла.

— Нет…

— Я убил человека под нашей общей крышей, — прервал его Хоук голосом, полным презрения. — Я пролил кровь в здании клуба. Поразмысли об этом, прежде чем опять начнешь думать о своих ненаглядных кисках.

Джесс тупо уставился на него непонимающим взглядом. Твою мать, этот клуб растерял порядочно баллов IQ с тех пор, как он ушел. Хоук никогда не встречал таких раздолбаев. В этих стенах полностью отсутствовала организация. Не было единых для всех правил, и было ясно, что это всего лишь вопрос времени, когда полиция (не купленная) постучится в двери этого клуба. А если не полиция, то враги. А чтобы стереть «Военных Баронов» с лица земли, достаточно всего одного врага.

Джесс отвернулся от Хоука.

— Хоук прав… Нам… лучше разойтись по домам, братья. Увидимся утром, парни.

Когда Джесс убрался, Гектор сел за барную стойку, а Хоук жестом велел Гасу подойти. Гас тут же направился к нему, по пути положив ружье на стойку.

— Это должно сохраниться в строжайшей тайне, — строго сказал ему Хоук. — Никто и никогда за пределами клуба не должен болтать об этой ночи.

Гас решительно кивнул.

— Согласен.

— В любом случае, никто не должен лохануться. Я хочу побеседовать с девочками и персоналом. У нас нет права на ошибку.

— Без проблем.

Безуспешно пытаясь сдерживать гнев, Хоук скрипнул зубами.

— И нужно что-то предпринять, чтобы в клуб никого не допускали без обыска, Гас. Это не шутки. Сегодня облажались по полной. Раньше у нас были правила. Мы никогда не дозволяли сюда свободного доступа.

Гас нахмурился.

— Все расслабились. Мы уже несколько лет ни с кем не враждуем.

— Да, проблема в том, что все забыли, каково это находиться на военном положении. Поэтому никто здесь не был готов.

Гас оглянулся через плечо на Гектора, сидевшего к ним спиной. Он лениво потягивал пиво, держась от Хоука на расстоянии. Гас протяжно вздохнул, и Хоук отлично

понял, о чем промолчал старик. Парни любили Гектора, и он был полезен в том, что хорошо умел делать, но с должностью президента справлялся хреново.

— Я поговорю с ним, — пообещал Гас, поворачиваясь к Хоуку. — Мы что-нибудь придумаем, не волнуйся. Я ношу свой жилет не для красоты. Ты знаешь, я смогу справиться с этим делом, если он согласится на мое предложение.

Оглядев бар, Хоук медленно выдохнул, думая о том, что всего несколько часов назад здесь было полно народа. По крайней мере, он освободил помещение, прежде чем сцепиться с Юрием. Он подумал о требованиях больного ублюдка и о том, о чем без слов поведал ему Гас — Гектор совсем не справляется с должностью президента — а потом подумал о Тайлер и… Хоук снова потер лицо — все это выводило его из себя.

— Что происходит с Тайлер? — спросил он, внимательно глядя на Гаса. — Я не могу понять. Неужели у нее есть веская причина торчать тут постоянно?

Гас не смог сдержать улыбку.

— Она… часть всего этого, Хоук.

— Часть чего?

— Клуба. Она с нами уже много лет, ты же знаешь. Мы любим ее. Она напоминает нам ее старика, и мне чертовски не хватает этого раздолбая.

Хоук стиснул челюсти.

— Гас, не надо давить мне на эмоции, ладно? Тайлер — это проблема.

Гас вытаращил глаза.

— Проблема? Нихрена, Хоук. В ней нет ни грамма притворства. От Шей, бармена, проблем больше, поверь мне. Тайлер живет и дышит нашей жизнью. Она преданная и сильная. Господи, она знает все тонкости этой жизни лучше, чем большинство местных женушек.

— А как насчет сегодняшнего вечера?

— Ну, тут я не советчик. Ты же отнес ее наверх. Как она выглядела?

— Потрясенной.

— Потрясенной — в смысле сломленной?

Хоук начал обдумывать ее поведение рядом с ним. Под конец она казалась… возбужденной.

— Нет, не сломленной.

Гас пожал плечами.

— Тогда с ней все будет в порядке, и я точно знаю, что она не проболтается…

Гас расхваливал Тайлер так, словно состоял в ее гребаном фан-клубе. Хоук заткнул его и посмотрел на Гектора — он вертел в руке бутылку и мрачно глядел на стойку бара. Его убивала собственная несостоятельность, а это означало, что он собирается найти какую-нибудь девку, чтобы засунуть в нее свой член и забыться.

Некоторые вещи никогда не изменятся.

— А вообще, когда она вновь приступит к работе, Джесс будет продолжать присматривать за ней, и мы узнаем, все ли с ней в порядке, — закончил Гас.

Хоук напрягся, пристально и серьезно взглянув на него — перед глазами всплыла упаковка противозачаточных таблеток на ее комоде.

— Она была с Джессом?

— Что?

Хоук указал на входную дверь.

— Я вошел в бар и, оглядев всех вокруг, увидел, как Джесс пялился на нее, и пялился непристойно. Чувствуешь, о чем я?