Хост пожарче
Шрифт:
– Придурки! Нет, ну, Полин, ты слышала? – обращается ко мне подруга.
– Ага… – нервно застегивая верхнюю пуговицу на блузке, промямлила я.
– Эй, все в порядке? – меняется в лице Жарова. – У тебя-то что?
– Единица у меня! И то с горой пуш-апа! Никогда моя грудь не вызовет такого водопада слюней… Юля, вот за что такая несправедливость?
– Так, соберись немедленно! Во-первых, у тебя не единица, а полноценная двойка, во-вторых, видела я твой пуш-ап. Когда палец поцарапают, и то ваты больше берут, чем у тебя там, не то что у Лизы: поролон занимает больше, чем сиськи; а в-третьих, если бы еще
– Да пятерку… с минусом…
– Что? И ты еще нюни распускаешь? А минус за что? Блин, не понимаю, у нас же все ответы сошлись! Что за предрассудки, – уже просто бесилась Юля.
Примерно таким же недовольством результатов окрестила письменную работу большая часть класса, и не случайно. У Анны Валерьевны была особая страсть к идеальному порядку, и даже в самой правильной работе она умела находить недочеты. Ох, не повезет же ученикам, чьи работы на проверке ЕГЭ попадут на ее экспертирование. Но зато за годы активных придирок наш класс, несмотря на гуманитарную направленность, не завалил ни одного пробника экзамена, и даже двоечники писали не менее, чем на 80 баллов, а это очень хороший результат, ради которого можно и потерпеть порой совсем уж кажущиеся беспочвенными придирки. Но нашему классу этого, по-видимому, никогда не понять, и вокруг учительского стола уже столпилась целая куча народа, желающая отвоевать свои заслуженные баллы. Кстати, в их числе находилась и моя Юлька. Ей, судя по лицу, с которым она отошла от этого самого стола, отапеллировать желаемое не удалось.
– Пояснила я, понимаете ли, не до конца! Поль, скажи, вот ты видишь, что эти треугольники равны? Чего молчишь, скажи, видишь или нет? – громом отстучало обращение ко мне.
– Ну…
– Ну, вот! Видишь! Я тоже вижу! Какого, извините, черта я должна это кому-то доказывать?
– Не пыли, дурашка, ты же знаешь, математика – наука точная. Хочешь, я лучше с тобой по этажам пройдусь? Может, Юру встретим, заодно у него и про треугольники спросить можно, он же ведь физмат, а значит, в геометрии разбирается всяко лучше нас. М? Пойдем?
– Не хочу. Перебор уже – ему глаза мозолить. Пошли в столовую, заем горе сладкой булочкой.
– Узнаю свою девочку, – улыбнулась я, и мы в обнимку пошли поднимать настроение сладким.
– С яблоком, пожалуйста, – сделала заказ Юля.
– Яблочную, значит, а зря. Думаю, их яблочки не сравнятся с твоими. У тебя они всяко округлее, – послышалось откуда-то сбоку. И, обернувшись по направлению к раздавшейся реплике, мы увидели довольного, улыбающегося Андрея Низова и краснеющего рядом с ним Данила Берендеева – ребят из класса Юры. Кстати, тот, которого выходка друга вогнала в нелепую пурпурную краску, уже второй год был тщетно влюблен в Юлю, но из-за своих габаритов и противного высокого голоска молодой человек не удостаивался даже мимолетного взгляда моей аппетитной подружки.
– Пошли его к черту, – прошептала я на ухо застывшей от неожиданности получательнице скользкого комплимента.
– Я? – обратилась она ко мне. – Кретины! У меня-то их хотя бы два, а у тебя вообще одно, да и то в животе застряло, поддержал бы лучше, а то вот уже рубашка трескается. Я бы посоветовала тебе носить размерчик побольше, да вот, боюсь,
– Нехило! – улыбнулась я подруге, и мы отправились к столам. Но, не успев сделать и трех шагов, были догнаны Андреем Низовым, подавшим мне только что купленный пирожок.
– Это акт извинения? – споясничала я.
– Нет, зайка, это пирожок. Кстати, он с капустой, а то жалко тебя, у подруги выросли, а у тебя даже и не начинали…
Стоит ли говорить, что после подобной выходки оба наших пирожка, расплываясь горячей начинкой, оказались на голове юмористов.
– Убедилась? – печально посмотрела я на подругу.
– Ничего я не убедилась! Просто я в водолазке пришла, а ты выпендриваешься, школьный стиль соблюдаешь – брючки со стрелкой, блузочка под горло, пиджачок на все пуговки. Ты свою аватарку в контакете видела? Летнее платье в обтяжку, грудь вперед! Поверь, семьсот из тысячи лайков набраны ей, только благодаря сиськам!
– Нашли тему для разговора, блин, – заметила я, поглядывая в зеркало на свой образ и пессимистично замечая, что со строгостью сегодня действительно перебрала…
Но ничего, следующая у нас физра, вот там-то моя маечка от Black Star покажет, у кого еще «яблочки спелее». Однако спортивные уроки возложенных на них надежд не оправдали: физрук, не выдержавший весенних холодов, загремел в больницу с гриппом, но, признаться, я не расстроилась, а даже наоборот, получила уникальную возможность сходить с подругой в кино, не ставя в ущерб лекцию в «Синих дождях».
Кинотеатр располагался всего в трех минутах ходьбы от школы, поэтому, добравшись до него быстрыми шагами, мы успели даже на утренний сеанс.
– Везучие мы телки! – радостно воскликнула на весь зал счастливая Юля, садясь в мягкое кресло кинозала.
– Ага, – выдавила я, не выпуская из мыслей рыжеволосую Святую деву, ребят в кругу, Тараса и Елену с Лизой.
– Поль, ты спишь? Спать нельзя! Смотри – Харламов! Ммм, жалко, что женатый, правда? – пялясь в экран, не выпускала из головы мечт о богатом принце Жарова.
– Он не в моем вкусе, Юль. Ты же знаешь, я страсти к мужчинам в возрасте не испытываю, и вообще для меня главное – харизма и легкость на подъем, а Гарик уж слишком мужековатый, чтобы подходить под мои взгляды.
– Мужиковатый? А ты что, гея хочешь? – захлебываясь смехом, подколола меня подруга.
– Дурашка! Нет, я хочу мужчину! Накачанного, стройного! Но легкого на подъем, – понимаешь? Но только не серьезного! Я сама в состоянии себя обеспечить, поэтому мужчину буду искать ненавязчивого. Работать нужно в офисе, а дома просто похохотать и подушками подраться. Вот за Натана или Мота из команды Тимати я бы хоть сейчас вышла, – полусерьёзно и тоже смеясь ответила я.
– Посмотрю я, как вы с Мотом на семидесятилетие будете подушки потрошить, – понимая, что обе несем полный абсурд, уже захлебываясь смехом, продолжала острить моя соседка.
– Вот и будем! – подытожила разыгравшийся абсурд я.
– Тише! Смотри, жена моего юмориста! Блин, какая классная! Слушай, а она, и правда, похудела. Черт, я также хожу. Блин, ну, тут сороковка максимум, не то, что я со своим полномерным сорок восьмым, – горячо проводя параллель в размерах одежды, ныла Жарова.