Хост пожарче
Шрифт:
– Мам, не довози меня. Я сама, – рявкнула я с какой-то непонятной озлобленностью, выбегая из квартиры.
– Что? Ты в окно смотрела? Дождина-то какой! Не пущу никуда! Смотри-ка, что удумала! Простудиться хочешь?!
Мамины слова возбудили во мне резкую злость, и, глубоко вздохнув, я вдруг оттолкнула маму, после чего без оглядки выбежала из квартиры.
– Стой! Я сейчас отца разбужу! Быстро вернулась! Я с кем разговариваю?! Вечером тебе непоздоровится! – догоняли меня угрожающие крики мамы.
Описать
– Утро доброе, неужто ко мне так спешишь? – прозвучал бархатистый тембр журнального мальчика.
– Я? – из глаз вдруг брызнули слезы. – Тарас, со мной происходит что-то странное. Что все это? Кто вы? И как тут оказалась я?
– Тише, успокойся, – сказал он одними губами, прижимая меня к своей мужественной груди. – Ты слишком нервная, ты молилась на ночь? Не отвечай. Я сам вижу, что нет.
Бог наказывает тебя внезапной лавиной грусти за непочитание его, но не переживай, мы знаем, что делать в таких случаях, – убедительно, словно заученными фразами, успокоил меня одноклассник.
– Когда ты стал таким? Ты так активно продвигаешь веру, а сам ведешь разгульный образ жизни, материшься через слово, позволяешь себе оскорблять людей, и, признаться, если бы не вчерашний случай, я бы вовсе не поверила, что тебе элементарно знакомо само понятие слова «духовность».
– Бог прощает мои грехи, я каждый вечер молюсь за это. Мое поведение – это всего лишь остатки разгульного прошлого, которые со временем заполнятся святостью, – в этот раз как-то непонятно изрек парень. – Пойдем в школу, а то ты вся промокла.
– Да, ты прав, – единственное, что выдавил мой охрипший от слез голос.
– Ну-ну, успокойся, – обласкал меня хриплый бас. – Возьми платок и немедленно отправляйся в туалет, приведи себя в порядок. После уроков я подожду тебя, и вместе пойдем к Ларине, у нас сегодня духовная лекция, а судя по твоему состоянию, ты нуждаешься в ней больше, чем кто-либо.
– Уууу, – встретило меня завывание Жаровой. – Какие люди, да вместе, еще и в обнимочку, я что-то пропустила?
– Привет, Юля – стушевавшись, прошептал Тарас.
– Привет-привет, ты позволишь, я ее у тебя заберу? Хотя так не хочется разрушать вашу идиллию, – наигранно протараторила подруга.
– Пошла вон! – рьяно крикнула я, освобождаясь от объятий секс-символа.
– Хей! Тарас, ты зомби что ли! Кто бы с тобой ни связался, все портятся! Ладно,
– Успокойся, Юля, с ней все хорошо, просто промокла, а ты тут со своими придирками. Иди лучше помоги ей обсохнуть, – ровно отрапортовал объект ее разъяренности.
Не отвечая, Юля направилась к туалету, где уже ждала ее я.
– Я знала, что ты придешь, – огорошила я подругу, только что закрывшую дверь туалета.
– Поля… – вдруг растерянно выдавила она, – он тебя бил? Домогался? Бедная моя, да ты же плачешь! Вон какие глаза красные!.. Волкова, да ты же даже ненакрашенная и одета, вон, во вчерашнее! Что случилось, ты ночевала у него?
– Просто с мамой поссорилась, – соврала я.
– А-а, – с облегчением выдавила подруга. – Ну, тогда ясно, я в этой теме тот еще психолог, за плечами грузный мешок личного опыта. Сильно поцапались-то?
– Да нет, – улыбнулась я. – Ты лучше скажи, билеты забронировала? Мы же в кино собирались.
– Да! – воодушевилась восторженная девочка. – Кстати, звонок уже через десять минут, я бы тебе посоветовала обсушиться.
– Ага, – не особо желая разговаривать, кивнула головой я. Наш выход из дамской комнаты не сопровождался разве что фанфарами. Обычно скорченная в три погибели, Юлия на этот раз даже выпрямила спину – возле соседнего кабинета стоял ОН – вечная звезда ее ночных романсов.
– Юра! – растекаясь сладким десертом на солнцепеке, простонала мне шепотом наивная девочка.
Первым уроком была химия. Точнее, у всего класса была химия, а мне в это время в ухо вливался другой рассказ – тоже о взаимоотношениях, только не металлов с неметаллами, а «подкачанного ботаника и красавицы с третьим размером». Слишком пафосные, на первый взгляд, эпитеты, но они не принадлежат мне, а выдернуты из контекста самой рассказчицы. И, кстати, составляют самую познавательную его часть, так как весь остальной ее трепет сводится к банальному «как меня такую можно не любить», «ничего не видит дальше своих книжек», ну и мое любимое – «Ах, какая у него спина!», в общем, типичный рассказ типичной влюбленной девочки-подростка.
Пожевав сорок минут, кабинет химии выплюнул нас прямо в соседнюю дверь – в храм математики, светящимся кладом в котором первую парту украшали проверенные листочки с недавней самостоятельной. С них-то и начинается весь аншлаг.
Класс бешеным стадом гиппопотамов подлетает к заветному водоему.
– Три… – гримасничает Юля, но ее недовольство прерывает диалог за спиной:
– Слышал, Санек, у Юльки три! – наигранно восклицает Жора.
– Да, вижу, что три – сочная такая, полная трешка, аж за грани переваливает, я бы даже сказал третий с половиной, хороший такой половиной.