Холодные деньки
Шрифт:
Она взяла себя в руки и вернулась к обольстительному поведению.
— Мы войдем предпоследними, перед Королевой. Она представит тебя двору, а затем будут банкет и развлечения. Предполагается, что после банкета ты более тесно пообщаешься с подданными и предоставишь им возможность поприветствовать тебя.
— Таков план? Типа, ужин в честь Дня Благодарения в кругу родственничков?
Тень настоящей улыбки промелькнула и на мгновение осветила её взгляд, и при этом моё горло совсем не свело. Ну ни капельки.
— Не
— Всего лишь двум? Боже, и как же адвокаты Неблагого двора умудряются зарабатывать себе на жизнь?
— Первый, — продолжила Сарисса, не обращая внимания на мое остроумие. — Кровь не может быть пролита на плиты двора без прямого разрешения Королевы.
— Не убий, не получив разрешения. Понятно. Второй?
— Никто не смеет обратиться к Королеве без её прямого разрешения.
Я хмыкнул.
— Серьёзно? Просто я не мастер держать рот на замке. Вернее, я твёрдо уверен, что физически не смогу промолчать. Вполне возможно, что это во мне со времен моего нежного возраста. Читала ли ты комиксы о Человеке-пауке, когда тебе…
— Гарри, — более чем серьёзно сказала Сарисса и опустила руку на мою, сжав её изящными пальцами, будто стальными канатами.
— Никому не позволено обращаться к Королеве, — настойчиво прошептала она мне. — Никому. Даже Леди Мэйв не осмеливается нарушать этот закон.
Она вздрогнула.
— Мне доводилось видеть последствия. Нам всем доводилось.
Я скривил губы и глянул на ее руку. А затем ответил:
— Хорошо. Я тебя понял.
Сарисса медленно выдохнула и кивнула.
И тогда дверь, которую я до этих пор не видел, открылась в центре того, что выглядело в точности как стена. Кот Ситх стоял с противоположной стороны двери и, подчёркнуто игнорируя меня, поднял взгляд золотых глаз к Сариссе:
— Время пришло.
— Очень кстати, — ответила Сарисса. — Мы готовы.
Я поднялся и предложил Сариссе руку. Она приняла предложение, и я взял её под руку. Пальцы быстро сжали моё предплечье, и мы обернулись, чтобы проследовать за Котом Ситхом вниз по коридору.
Сарисса немного приблизилась ко мне и прошептала:
— Ведь ты же знаешь, что это?
Я тихонько проворчал:
— Ну да. Моя первая прогулка в тюремном дворе.
Глава 4
Ситх вёл нас вниз по ещё одному коридору, темнее, чем предыдущие, и в царящем полумраке я перестал различать малка. Но тут очень слабое свечение, в виде отпечатков его лап, начало исходить от пола, даря нам достаточно света для продолжения движения. Я почувствовал, как идущая рядом со мной Сарисса постепенно становилась всё более и более напряжённой, но она по-прежнему хранила молчание. Умно. Что бы за существо ни выскочило из тьмы и не попыталось нас сожрать, в первую очередь именно слух предупредил бы нас.
Звук шагов по полу изменился и, как только я понял, что мы достигли огромного открытого пространства,
Я резко остановился, придвинув Сариссу поближе к себе. И снова она не издала ни одного звука, кроме тихого резкого вдоха.
Секунда за секундой пролетали в тишине.
— Ситх, — сказал я негромко. — Хреновый из тебя проводник. И мне всё равно, насколько большая от тебя тень.
Звуки моего голоса эхом отразились от стен пещеры, но, сколько я ни ждал, Ситх так и не объявился. Через несколько мгновений я достал амулет из кармана смокинга.
Поднял, сконцентрировался, посылая в него крохотную частицу своей воли, и через мгновение он начал излучать бело-голубой свет. Приподняв амулет ещё выше, я огляделся.
Мы оказались в очередной ледяной пещере, заполненной огромными, причудливыми… структурами; сколько бы я ни размышлял, только это слово пришло мне на ум. Конечно, можно было бы назвать их скульптурами, но вот только никому бы и в голову не пришло делать их размером с современные здания, даже изо льда. Я не торопясь огляделся — было в этих структурах что-то странное, что-то почти…
Сарисса тоже огляделась. Выглядела она настороженно, но не испуганно:
— Это… огромные предметы мебели?
… знакомое.
Это были скульптуры, созданные в масштабе один к восьми: кушетка, два лёгких кресла, кирпичный камин, книжные полки… Мэб воссоздала обстановку моей старой подвальной квартиры, вплоть до всех ковриков, тщательно вырезанных прямо во льду пола.
У меня было всего лишь мгновение, чтобы осознать это; и тут тишина пещеры буквально взорвалась звуками, красками и движением. Волна шума разбилась об меня, когда внезапно набежавшая орда существ из каждой когда-либо рассказанной мрачной сказки остановилась там, где заканчивался отбрасываемый амулетом свет, их крики и вопли доносились отовсюду.
И это был наихудший вариант развития событий для смертного волшебника: мы способны на потрясающие вещи — но, чтобы они случились, нам требуется время. Иногда мы можем выиграть это время, заранее как следует подготовившись — создавая орудия, помогающие быстрее и намного точнее фокусировать наши способности. Зачастую нам удается получить это время, тщательно выбирая, где и когда начать свою битву. Бывает, мы его выкраиваем, посылая заклятия с расстояния многих сотен миль. Но ничто из этого арсенала уловок не могло мне помочь сейчас.
Мое лечение под чутким руководством Мэб было полностью занято процедурами, тренировками и сном, так что времени на создание новых посоха или жезла у меня физически не было, и всё что у меня было это амулет. С другой стороны, Мэб заставила меня как следует потренироваться в магии — мне пришлось выбирать — применять свои способности без каких-либо орудий и подспорья, или погибнуть, так что теперь я владел сырой магической энергией лучше, чем когда-либо в жизни.
Просто сейчас этого владения было недостаточно, чтобы уцелеть перед надвигающейся толпой.