Холодные деньки
Шрифт:
— Это значит, тебе понравилась еда, — ответила она, поднося к моему лицу салфетку, чтобы вытереть. — Было приятно наконец познакомиться с тобой, Гарри.
Послышался приближающийся звук лёгких, плавных шагов.
Сарисса немедленно встала, повернулась, а затем грациозно опустилась на колени, склонив голову.
— Ну, как дела? — спросил бархатистый женский голос.
Всё мое тело содрогнулось в ответ на этот голос, подобно тому, как задрожит гитарная струна, если на грифе взять соответствующий аккорд.
— Он пришёл
— Отлично, — ответил голос. — Ты свободна на сегодня.
— Благодарю вас, Ваше Величество, — поклонилась Сарисса. Она поднялась, взглянула на меня, и сказала:
— Я рада, что ты чувствуешь себя лучше, сэр Рыцарь.
Я попытался придумать что-нибудь угодливое или остроумное и ответил:
— Позвони мне.
Она удивлённо фыркнула, сдерживая дыхание, чтобы не засмеяться, бросила боязливый взгляд в сторону и отошла. Звук шаркающих кроссовок затих вдали за кроватным пологом.
По занавеси в ногах кровати начала перемещаться тень. Я знал, кому она принадлежит.
— Ты прошёл свой надир, — сказала она решительным и довольным тоном. — Ты растёшь, а не убываешь, мой Рыцарь.
Внезапное помутнение в мыслях помешало мне ясно отвечать, но я справился.
— Ну, вы же знаете. Сначала туда, потом сюда.
Она не стала открывать занавес вокруг кровати, просто скользнула вдоль, позволяя тонкой ткани прижиматься к ней, очерчивая формы. Она медленно выдохнула, когда встала сбоку от меня и посмотрела сверху; в её глазах головокружительно плясали мерцающие зелёные искорки.
Мэб, Королева Воздуха и Тьмы, слишком устрашала, чтобы быть красивой. Несмотря на это, каждая клеточка моего тела внезапно наполнилась бессмысленным желанием, а затуманенные глаза омыло слезами, чтобы увидеть ее красоту, я не хотел находиться ни дюймом ближе. Она была высокой женщиной, намного больше шести футов росту, и каждый дюйм был великолепен. Бледная кожа, мягкие губы цвета замороженной малины, длинные серебристо-белые волосы, переливавшиеся с молочным отливом. Одета она была в шёлковое платье насыщенного, холодного зелёного цвета, оставлявшее обнажёнными её сильные белые плечи.
И находилась в шести дюймах от того, чтобы оказаться в постели со мной.
— Выглядите великолепно, — прохрипел я.
Что-то затлело в её миндалевидных глазах.
— Я всегда великолепна, мой Рыцарь, — пробормотала она. Она протянула руку — её ногти переливались синими и зелёными цветами, подобно опалам. Она коснулась этими ногтями моего обнажённого плеча.
И внезапно я ощутил себя пятнадцатилеткой, готовым впервые поцеловать девушку — с волнением, дикими ожиданиями и тревожным трепетом.
Её ногти, даже самые кончики, были ледяными. Она провела ими по одной стороне моей груди и остановила напротив сердца.
— Гм, — сказал я в то, что, как по мне, было невероятно неловкой тишиной. —
Она склонила голову и взглянула на меня.
— Сарисса, кажется, неплоха, — рискнул я высказаться.
— Подменыш, — ответила Мэб. — Однажды попросивший меня об одолжении. Она узрела владения Ллойда Слейта, когда он был моим Рыцарем.
Я облизал губы.
— Эм. Где мы?
— Арктис-Тор, — сказала она. — Моя цитадель. Рыцарский люкс. Ты найдёшь здесь все удобства смертных.
— Здорово, — произнёс я. — Учитывая, что моя квартира сгорела дотла. Залог внесён?
Медленная улыбка просочилась на губы Мэб, и она нагнулась ещё ближе ко мне.
— Хорошо, что ты исцелился, — прошептала она. — Твой дух бродил далеко от тела, пока ты спал.
— Свободный дух, — выдал я. — Я такой.
— Более нет, — прошелестела Мэб, склонившись надо мной. — Ты дрожишь.
— О да.
Её глаза закрыли моё поле зрения.
— Ты боишься меня, Гарри?
— Как и любой в здравом уме, — ответил я.
— Думаешь, я собираюсь принести тебе боль? — выдохнула она; её губы были в доле дюйма от моих.
Моё сердце билось так сильно, что и вправду приносило боль.
— Я думаю… ты та, кто ты есть.
— Конечно же, у тебя нет причины для страха, — прошептала она, щекоча своим дыханием мои губы. — Теперь ты мой. Если ты не будешь здоров, я не смогу использовать тебя для исполнения моей воли.
Я попытался заставить себя расслабиться.
— Это… это верно, — сказал я.
Я не видел, как она поднимала толстую, пушистую подушку рядом со мной, ибо она держала мой взгляд. Потому оказался совершенно не готов, когда она молниеносно, словно змея, напала на меня, прижав подушку к моему лицу.
Я замер на полсекунды, и подушка прижалась сильнее, перекрывая мне воздух, забивая нос и рот. Тогда страх взял верх. Я сделал усилие, но мои ноги и руки были словно покрыты дюймовым слоем свинца. Я пытался оттолкнуть Мэб, но она была попросту слишком тяжёлой, а мои руки — слишком слабыми. Её ладони и предплечья были подобны ледяной стали — тонки и неподвижны.
Красная пелена в глазах сменилась тьмой. Чувства начали отступать.
Мэб была холодна. Неумолима. Безжалостна.
Она была Мэб.
Если я не остановлю её, она убьёт меня. Мэб не может убивать смертных, но я больше не был одним из них. Я был её вассалом, частью её двора, и она имела полное право распоряжаться моей жизнью, если считала нужным.
Это холодное знание встряхнуло меня. Я сомкнул свои ладони вокруг одной её руки и повернул, напрягая всё своё тело. Мои бёдра выгнулись над кроватью в напряжении, а я ведь даже не пытался её оттолкнуть. Нельзя было противостоять её абсолютной силе. Но я сумел направить её усилия чуть в сторону и таким образом столкнуть её ладони и душащую подушку мимо меня, освободив своё лицо достаточно, чтобы втянуть немного сладкого, холодного воздуха.