Ход Конём
Шрифт:
— Ясно… — адвокат оторвался от экрана своей локалки и угрюмо посмотрел на Харитонова: — Ладно, Бог с ним, с командующим. Насколько я понимаю, вы хотите, чтобы я представлял интересы командира этого самого 'Варгаса'?
— Командира и команды 'Варгаса', экипажа геолого-разведочного корабля 'Сизиф' и населения системы Октавии, не получивших своевременную помощь от правительства и флота, расквартированного на планете. А еще я бы хотел, чтобы вы инициировали пересмотр отдельных статей Устава Военно-Космических сил Конфедерации и помогли привести его в состояние, отвечающее реалиям этой войны…
Я остановил
Кое-какие слухи о его имидже до меня доходили, поэтому крейсера МЮ, отправившиеся за мятежным эсминцем, сразу показались мне не опаснее 'Берго'.
Тем временем Игнатьев снова потер пальцем переносицу:
— Так… Я кое-чего не понимаю: если вы сбрасываете мне этот ролик за четверо суток до всплытия 'Варгаса', значит, контролируете происходящее во всех системах Конфедерации в режиме реального времени. Получается, что вы в состоянии сбросить его и в Сеть Ньюпорта!
— В состоянии… Однако делать этого не будем. Так как не хотим признаваться в наличии у нас рабочей сети межсистемных передатчиков…
— А как же население Октавии? За шесть дней форы…
— …Шесть, десять или даже пятнадцать дней — не панацея: ВКС Конфедерации слишком инертная структура… — со вздохом перебил его Харитонов. — И в принципе не способна принимать решения без многомесячных консультаций и согласований! Мало того, если в Галанете появится информация о наших реальных возможностях, то правительство Конфедерации ЗАБУДЕТ про Циклопов! И предпочтет сосредоточить свое внимание на этой 'архиважной' проблеме…
Игнатьев поиграл желваками… и заставил себя успокоиться:
— Пожалуй, соглашусь… Тогда у меня возникает еще один вопрос: раз вы тратите свое время на то, чтобы убедить меня защищать интересы экипажа 'Варгаса', значит, принципиально решили, что будете делать с Циклопами…
— А вдруг мы вообще не собираемся вмешиваться в происходящее? — ехидно поинтересовался генерал. — Октавия, как вы выразились, черт его знает где, мы с КПС, мягко выражаясь, не в ладах…
— Ага… А Демоны, конечно же, до смерти устали воевать… — в унисон ему закончил Игнатьев.
— Ну да, устали… — улыбнулся Харитонов. — Они же не железные!
— А если серьезно?
— Если серьезно, то кое-какие наметки есть…
— То есть в стороне вы не останетесь… — удовлетворенно кивнул адвокат. Потом развернул плечи, чуть приподнял подбородок и твердо посмотрел на генерала: — Я берусь. И… спасибо за доверие…
Отключив воспроизведение, я посмотрел на таймер, показывающий время, оставшееся до всплытия группы 'Бета', потом полюбовался на метки патрульных групп, разлетевшихся по системе, и удовлетворенно усмехнулся:
— Досмотрел, сэр! Пожалуй, у ВКС нет ни одного шанса…
— Угу… — согласился генерал. — И не только из-за Игнатьева: послезавтра на Ньюпорте начнется внеочередная сессия КПС… Угадай, какой вопрос они будут решать?
— Процент ВВП Конфедерации, который можно заплатить нам за помощь… — подумав, буркнул я.
— Не угадал! Временно исполняющий обязанности председателя КПС господин Этьен Ламарк предложил обсудить возможность вступления Конфедерации в состав НСЛ! И, судя по его весьма эмоциональным интервью,
Новость была, мягко выражаясь, сногсшибательной. Поэтому я не сразу сообразил, что сказать:
— А… мы готовы их принять, сэр?
— Нет. Но он-то этого не знает…
Глава 25. Ингвар Гурниссон
Николас Веллингтон выбрался из флаера без пяти четыре. И, жестом приказав телохранителям оставаться на месте, неторопливо двинулся к лифту.
Телохранители выполнили приказ. Но весьма своеобразно: сотрудники отдела технического обеспечения тут же попробовали хакнуть систему безопасности особняка; три военных спутника, висящие на геоцентрической орбите и отслеживающие перемещения метки комма 'Объекта номер один', активировали систему подкачки боевых лазеров; оставшиеся 'не при делах' бойцы отдела физзащиты заняли ключевые позиции для максимально быстрого начала штурма.
Дав ребятам возможность немного поразвлечься, Жало прикоснулся к виртуальной клавиатуре — и на одной из стен подземного гаража возник здоровенный голоэкран.
Еще одно движение пальца — и на экране появилась картинка из лифта: Николас Веллингтон собственной персоной, не отрывающий взгляда от табло со сменяющими друг друга цифрами. А через мгновение ее сменила другая — с летным полем, заставленным 'Беркутами'…
…Намек поняли. Мгновенно: ОТО-шники [127] перестали терзать внутреннюю сеть особняка, 'физики' нехотя вернулись к своим флаерам, а спутники… спутники, как ни в чем не бывало, продолжили мониторинг. Впрочем, последнее Гурниссона нисколько не напрягало: парни делали свою работу. Так, как положено по инструкции…
127
ОТО-шники — сотрудники отдела технического обеспечения.
…Выйдя из лифта, Николас Веллингтон учтиво поздоровался с секретарем, дождался, пока перед ним откроется тяжеленная дверь из мореного дуба, и нервно поправил узел галстука.
'Волнуется…' — удивленно отметил Ингвар. Потом мысленно обозвал себя грозой президентов Окраины, ухмыльнулся и неторопливо встал.
— Добрый вечер, господин Гурниссон! — улыбаясь во все тридцать два зуба, поздоровался Веллингтон.
— Добрый вечер, господин президент! — отозвался Жало и пожал протянутую руку.
Ладонь 'Объекта номер один' оказалась сухой, костлявой и довольно жесткой. А рукопожатие — уверенным и слишком сильным. Естественно, для политика.
'Настоящий мужчина…' — удовлетворенно подумал Ингвар и предложил президенту присаживаться.
Веллингтон сел, откинулся на спинку кресла, и, не тратя время на раскачку, ткнул пальцем в свой комм.
Мгновение ожидания — и пакет информации, проверенный системой компьютерной безопасности кабинета, упал на почтовый сервер.
Оценив количество сброшенных файлов и общий 'вес' пакета, Жало мысленно посочувствовал аналитикам генерала Харитонова. А потом вернулся мыслями к причинам, которые побудили Веллингтона просить о встрече: для того, чтобы скинуть результаты деятельности Министерства Экономики и Развития Квидли на серваки 'Гэлэкси-комм', личной встречи не требовалось.