«Ход конем»
Шрифт:
Снедаемый стыдом за свой страх и поведение у следователя, Алексей стал нервно метаться из угла в угол, прикуривая одну сигарету от другой. «Как же так?! Попался, как желторотый курсант-первогодок… А почему чутье подвело?.. Или теперь и от своих бегать?..» – метались в голове сумбурные мысли.
Прекратив ходить, как зверь в клетке, Алексей уткнулся лбом в переплёт оконной рамы и закрыл глаза.
В памяти тут же всплыло лицо следователя, что-то беззвучно орущего и брызгающего слюной. Тут же вспомнилось, как он собственноручно выводил: «С моих слов записано верно» и ставил свою подпись. Невероятно! Дурной сон!
Отойдя
И тут бывший партизан и полковой разведчик преобразился. Походка стала грациозно-кошачьей, тело напружинилось, от него волнами при каждом шаге пошла звериная, волчья агрессия. Нога уже бесшумно ступала на пол с носка на пятку. Ни одна половица не скрипнула.
Он присел на корточки перед дверьми и мягким движением кисти тихо открыл их. «Гусиным шагом» подкрался к узенькому окошечку сбоку от двери и стал просматривать улицу. Он почувствовал кожей, что за домом кто-то ведёт наблюдение. В сгущающихся сумерках возле штакетника дома на другой стороне улицы метнулся чей-то тёмный силуэт. Может, это была только игра теней, но в таких случаях внутренняя сторожевая система предпочитала объявить учебную тревогу, нежели пропустить нападение врага. «Ага! – радостно мелькнуло в голове. – Вы сами объявили на меня охоту, обложили красными флажками, но я матёрый, я уйду. Так что теперь – око за око, зуб за зуб!»
Вслед за матерым выскочил переярок. Оглядевшись, он помчался по глубокому снегу. Наткнувшись на верёвку с красными флажками, он высоко подпрыгнул, и в этот момент его настигла пуля. Волк закрутился на снегу, окрашивая его в красный цвет. Изюбрин вскинул ружьё. Алексей со смешанным чувством страха и брезгливости наблюдал за расправой. В этот момент рядом с ним бесшумно возник ещё один серый силуэт. Подкопин замешкался, затем стал поднимать винтовку, но она за что-то предательски зацепилась ремнём. В этот момент волчица оскалилась. Алексею даже показалось, что она иронично фыркнула, сказав: «А вот шиш вам!», и одним прыжком перемахнула через верёвку с красными флажками. «Вот даёт!» – восхитился Алексей. В ту же секунду в ствол берёзы, у которой он барахтался, на уровне пояса впилась пуля. Подкопин удивлённо повернул голову. Поликарп плюнул с досады и опустил винтовку.
– Ушла, шельма! А ты чего бельма вылупил? Опять овец резать будет, только теперь злее и бессмысленнее. Мстить за сородичей станет. С волком шутки плохи. У него либо свой, либо чужой. Волк предателей не терпит. И тебе от него благодарности не будет!
– А мне его благодарность не нужна!
– Ой, не говори гоп, пока не перепрыгнул. В жизни никогда не знаешь, что в масть, а что против шерсти! Ладно, побудь здесь, а я посмотрю, может, он петлю закладывает. Если опять на тебя выйдет, не церемонься – пали!
Оставшись один, парень с опаской и любопытством подошёл к раненому. Тот ещё был жив, бока часто ходили и мелкомелко подрагивали, на брылах кипела кровь, лопаясь и пузырясь, стекала по клыкам на снег. Алексей присел перед волком. Неожиданно тот поднял голову и лизнул ему руку. Дальше, не понимая и не осознавая, что делает, действуя
Вскоре животу стало тепло и влажно, кровь пропитала одежду, но Алексей всё шёл и шёл по снежной целине, уходя всё дальше и дальше от флажков. Он тащил волка, руки постепенно немели.
На небольшой поляне, где он остановился передохнуть, его встретили волки. Обступили полукругом и замерли, уставившись своими пронзительными глазами. Алексей понял, что его сейчас загрызут. Вспорют горло – и ага!.. Не отпуская волка, он опустился на колени в снег, запрокинул голову и стал прощаться со своей такой короткой жизнью. Возник эпизод, как они с отцом ходили на покос, как приятно было рано утром быть среди взрослых мужиков. Потом мелькнул школьный эпизод, где его распекали за то, что он в распутицу не ходил на занятия. Мелькнула улыбающаяся мать, вытирающая руки об передник. И сестрёнка, которая так любила вместе с ним петь: «На улице дождь, дождь вёдра поливает…» И всё… Воспоминания оборвались. Пять, максимум десять секунд.
От стаи отделилась волчица с хитрыми глазами. «Сейчас кинется… Горло… Не хочу помирать молодым! Пятнадцать – не возраст для покойника!» – пронеслось в голове у парня. И тут волчица упала перед Алексеем на спину, извиваясь и смешно перебирая в воздухе лапами, стала кататься по снегу. Потом подошёл ещё один волк и стал кататься так же, как волчица. Очень быстро образовался круг из извивающихся серых тел. Последним к парню степенно направился тот самый матёрый волк, который первым ушёл за флажки. Алексей протянул свою ношу ему. Волки перестали кататься и встали на лапы. Волчицы принялись вылизывать раненого, а матёрый, сделав пару шагов, посмотрел на Алексея. Хотя волк и глядел на него снизу, но смотрел он на подростка сверху вниз. Ни сопротивляться, ни бежать сил уже не было, да и волю его парализовало.
«А вот теперь точно сожрут, покуражились, и будя! И руки, как назло, затекли!» – подумал он и крепко зажмурился. Что-то несильно толкнуло в грудь, потом в лицо повеяло горячим дыханием. Алексей открыл глаза. Матёрый встал лапами ему на плечи и пристально смотрел в глаза. Стало ясно, что никто не станет его убивать. Отныне и навсегда он свой, потому что спас волка и рисковал ради него своей жизнью. Теперь всегда и везде он может рассчитывать на помощь волков или их сородичей, где бы и когда бы они его ни встретили. Волк лизнул его своим шершавым языком, одним движением закрывая всё лицо. Это напоминало средневековое посвящение в рыцари какого-то ордена. Солнце, вставшее над деревьями, ударило в глаза, выжигая из них страх. Алексей теперь стал одним из этой серой стаи. И от этого было почему-то очень радостно.
Тем же «гусиным шагом» Подкопин вернулся в комнату, встал и подошёл к окну. Во дворе и в саду никого не было. Он толкнул створки окна, те без стука распахнулись. В комнату вместе с порывом ветра ворвался далёкий лай собак на соседней улице и шелест листьев целого сада.
– А вот вам шиш с маслом! – с мечтательной улыбкой произнёс Алексей.
Он нырнул в комнату, схватил с вешалки свой пыльник и кепку. Чемоданчик так и оставил у вешалки. Не выясняя, что это за игра теней у забора дома через улицу, бывший полковой разведчик перекатился через подоконник во двор.