Ход колдуньи

Савенко Валентина

Нехорошо вышло!

Я отпустила руку теневика и торопливо спросила, не давая ему задуматься над тем, почему его приступы честности случаются рядом со мной:

– Запас дуэлей? Это как так?

– Необходимая мера: тут каждый второй маг считает себя отличной боевой единицей, – усмехнулся Стейн.

Пока шли к столовой, я узнала детали.

В месте, где девяносто процентов адептов парни, поединки – зло, которого избежать не выйдет. Запреты привели лишь к тому, что администрации приходилось вызволять особо рьяных поединщиков из отделений полиции.

В итоге ректор и его зам нашли решение вполне в духе Эмерсона: на год каждому студенту дается двенадцать дуэлей. Такое количество удовлетворит самых рьяных. К тому же в их распоряжении полигоны и арсенал, если приспичит помахать мечами вместо магического боя.

Но если ты использовал двенадцать попыток, попадешь под особый надзор замректора. И не дай тени и солнце, тебе приспичит получить еще один вызов. Отчислят за неуравновешенность. А это сомнительный билет в будущее. Неадекватный и недоученный студент не нужен ни в другом вузе, ни на приличной работе. Поблажку давали только для команды. Их не выгоняли из института за тринадцатую дуэль. Выгоняли из команды.

У Юрга осталось три попытки.

– Он что, получил четыре вызова за сегодняшний день? – Я схватила Стейна за рукав и отдернула руку.

Змей проследил за мной с насмешкой и интересом.

– Помну! – выпалила первое, что пришло в голову.

– Мни, – разрешил Стейн. – Ты все верно поняла.

Я судорожно перебирала в голове правила поединков, пытаясь понять, при чем тут он.

– Я для них интересней Юрга, – пояснил Змей, открывая дверь столовой.

Интересней? То есть они откажутся от дуэли с шатеном, чтобы побить Стейна?

– А у них что, тоже больше нет попыток? – Я озадаченно нахмурилась.

– А ты догадливая, – усмехнулся Змей, протягивая мне Беллу и кивая на стол, за которым сидели Кристоф и Вард, оба в форменных мантиях.

Ну вот, а блондин плакался, что его без обеда оставят!

– Иди садись. Или думаешь, я два подноса не донесу? – Стейн снова показал на стол.

Донес, еще и как. Красиво, одной рукой. Точно потомственный официант: один пальцами держит, второй на предплечье стоит. Я даже засмотрелась и чуть не села мимо скамейки.

Кристоф со смехом подцепил меня под локоть.

– Впечатляет? Наш боевой друг не только чужие заклинания может гасить, он еще и подносы как циркач крутит! – просветил блондин, помогая устроить Беллу на столе. – Видела бы ты его в таверне матери!

Вард согласно кивнул, зачерпывая из тарелки мясную похлебку.

Интересно, у матери Змея есть таверна?

– Может, еще увидит, – улыбнулся Змей и ловко водрузил передо мной поднос с похлебкой, салатом, пирожком и чаем.

Мой живот тут же неприлично заурчал. Белла поддержала, тявкнула, села на попу и принюхалась.

– Тебе пока нельзя человеческую еду. – Я отодвинула поднос от любопытной лисички.

Белла обиженно опустила уши и отвернулась.

– Еще немного – и заговорит! – усмехнулся Кристоф, к которому она оказалась мордой.

– Боишься конкуренции? – подколол Змей,

усаживаясь напротив меня.

– Какая конкуренция с такой красоткой? – Крис показал ложкой на Беллу.

Откушенный от перчатки палец свалился на стол.

Гам!

И похлебка с ложки исчезла.

– Ух ты, проныра! – Блондин рукой отгородил поднос от облизывающейся лисички.

Парни дружно хохотнули.

Пока ели, я искоса поглядывала на соседей по столу. Змей ел нетерпеливо, но аккуратно. Вард с задумчивыми перерывами нырял ложкой в тарелку. Забавно, я только заметила, что на его мантии была цифра «пять». Кристоф, которого новостные агентства записали ему в друзья, тоже с пятого. Блондин одновременно болтал и «чистил» поднос. Иногда не глядя, пару раз даже казалось, что он проглотит вместо салата ложку.

– Приятного аппетита! – ворвался в мысли радостный женский голос. Меня обняли за плечи.

Я чуть не поперхнулась чаем от неожиданности. А Изабель, щекотно дыша мне в ухо, насмешливо выдала:

– Спокойно, парни, я уже не в команде! И вообще не к вам!

То есть она та самая девушка, из-за которой тренер не хочет брать дам? И зовут ее Изабель. Сокращенно… Бель… или Белла! Значит, она еще и бывшая девушка Юргена. Вот это поворот!

– Мартина, у меня к тебе деловое предложение! – продолжила громко нашептывать Изабель.

– Уже страшно, – помешивая похлебку ложкой, влез Кристоф.

– А ты глаза закрой! – посоветовала брюнетка. И мне, прямо в ухо: – Как тебе десятая серебряного за почесать твою лису? Есть трое желающих. И пять за поносить полчаса. И…

– Нет! – хором выпалили мы со Змеем.

Лисичка оскалилась, подгребла лапой палец перчатки.

– Оу! – присвистнула брюнетка, отпуская мою шею. – Семейный бизнес? А Юрг в доле?

– Изабель… – процедил Змей. Ложка в его пальцах тихо скрипнула, сгибаясь.

– Ладно, исчезаю. – За спиной раздался громкий перестук каблуков.

Веселые у них отношения.

В кармане Змея зажурчало. Вытащив линзу, он поморщился.

– Что там? – заинтересованно спросил Кристоф. – Любовное свидание?

– Очень любовное, – скривился Змей, бросая ложку на поднос. – Эмерсон узнал о дуэлях. Скажи Лангусту, что мы с Юргом у него.

Оставив мне рюкзак, Змей ушел.

– А у него – это где? – осторожно спросила я у парней, доедающих обед.

Помнится, тренер заявил, что где он, там и кабинет. А мне ой как нужен его кабинет и он сам.

– На пятом полигоне… – Кристоф посмотрел на потолок, неопределенно пошевелил пальцами в воздухе. Вытащил из кармана линзу, нашел проекцию плана института, ткнул пальцем в большое «штормящее» здание на противоположном от казарм конце поместья.

– У Эмерсона есть кабинет рядом ректорским, но он там только проверки и официальных гостей встречает, – добавил он, убирая линзу. – А тебе зачем?

Я неопределенно пожала плечами.

– А ты думала, у него кабинет везде? – Блондин прекрасно придумал причину без меня. – Кабинеты есть, даже два!