Хо
Шрифт:
Та кивнула в ответ. — Не шелест. Шёпот. Теперь уже точно шёпот. Он уже близко.
— О чём это вы? — повернулась к ним Лида.
— Да так. Ни о чём, — Ольга опустила глаза. — Я пытаюсь что-то расслышать, но у меня не получается.
— И у меня. Скорее всего, Настя, тебе это показалось, — согласилась Лида.
Анастасия ничего не ответила.
Никто не может миновать своей судьбы. Даже тот, кому кажется, что он сам ею управляет — всего лишь пляшет
— Кстати, помните, был фильм, где город заволокло таким же туманом? Там ещё люди остались заперты в магазине, а снаружи, в тумане, ползала всякая жуть, — снова, как ни в чём ни бывало, заговорила Лида. — Фильм — страшнющий!
— Я его видела, — спокойно перебила её Ольга. — Давно уже. Мне он не особенно понравился. Книга намного интереснее.
— Ты просто его не поняла! Там же в чём суть-то…
Сквозь мерный гул двигателя, Ольга вдруг различила какой-то иной звук. Явно посторонний. Доносящийся откуда-то издалека. Скрежет. Короткий, отрывистый. Подобный тому скрипу, который издают несмазанные петли стальных ворот. Настя вся сжалась и умоляюще взглянула на подругу. Теперь и Оля слышала это.
— Тихо, — шикнула она, подняв указательный палец.
— …а потом, когда они выбрались… — Лида остановилась на полуслове. — Что?
— Да этот фильм — полнейший отстой! — махнул на неё рукой Геранин. — Я его даже до конца не стал досматривать! Чё там нужно понимать? В этой…
— Тихо! — повторила Ольга уже гораздо громче.
— Зат-кнись! — прошипела на Вовку Лида.
— Сама заткнись…
— Ты можешь умолкнуть?! — в один голос заткнули его обе девушки.
Наконец-то Геранин замолчал, и можно было прислушаться к призрачным звукам, доносящимся из тумана.
— Вы слышите? Теперь вы слышите это? — обрадовалась Настя.
— Да, — кивнула Оля. — Я слышу.
— Что-то действительно скрипнуло, — Лида приложила руку к левому уху и выставила его немного вперёд.
— А я ни хрена не слышу, — тихо буркнул Вовка. — Чё вы там услышали — не пойму.
Никто не обратил на него внимания.
— А шёпот? Шёпот слышите? — спросила Настя.
— Это не шёпот, — Лида прищурилась. — Скорее, действительно плеск волн. Слушайте, там наверное пристань!
— О! — вдруг подпрыгнул Геранин. — И я услышал! Как будто. Как будто машина резко затормозила! Такой звук был.
— Да не похоже это на машину, — ответила Оля. — Это что-то непонятное. Я помню, возле моего дома располагалась долголетняя стройка. На несколько лет её вообще забросили. Там был оставлен башенный кран. Так вот, по ночам, когда поднимался ветер, он вот так же поскрипывал.
— Какой, нафиг, кран! Не-ет, — Вовка поднял сирену.
— Так. Что бы это ни было, мы должны сообщить об этом Генке, — поставила точку Лида. — Вы тут наблюдайте, а
Она выпрямилась, покачиваясь на отсиженных ногах и на всякий случай придерживаясь рукой за канат.
— Да погоди сообщать. Мы же пока ничего не увидели. Только услышали, — попытался остановить её Вовка.
— Гена сказал — сообщать даже о любых мелочах. А это уже явно не мелочь, — ответила девушка.
Что-то тихо звякнуло в тумане, заставив всех замереть и обратить лица в одном направлении. Этот звон услышали все. Короткий, глухой, но уже близкий. Звон колокола.
— Всё, — отрезала Лидия. — Я пошла.
Владимир больше ничего не говорил. Он медленно вышел вперёд, остановившись как можно ближе к носу яхты, выставил сирену перед собой, словно от этого её звук должен был сделаться ещё громче, и принялся быстро вращать ручку. Сирена взвыла, и голос её, подобный предсмертному крику умирающего монстра, разнёсся над морем, смешиваясь с туманом, поглощаясь им. Зовущий бесцельно, безрезультатно.
На корме всё было спокойно. Гена неподвижно стоял у штурвала, а Серёга с Ваней сидели возле борта, наблюдая за тем, как капитан управляет яхтой. Когда со стороны носа донеслось заунывное мычание сирены, ребята заговорили.
— Сколько времени? — спросил Сергей у Бекаса.
Тот взглянул на часы. — Эээ. Почти полдень. Без пятнадцати двенадцать.
— Блин, как быстро время летит.
— Да вообще. А такое ощущение, словно прошло минут тридцать с того момента, когда мы проснулись. В три часа у меня важная встреча. Чувствую, накрылась она медным тазом.
— Расслабься. Мы выберемся из этой каши.
— Выбраться-то выберемся. Мне позвонить сейчас должны. А я телефон утопил, — Иван вздохнул. — А в три, мы с Лидкой договорились встретиться с одним кентом. Мы с ним позавчера о встрече условились. По одному важному делу. Вот, чёрт! Застряли теперь тут. Знал бы — послал бы Вовку к чёрту и никуда бы не поплыл.
— Знал бы где упасть — соломку бы постелил, — ответил Сергей. — Кто мог догадаться, что так всё получится?
— Интересно, кто же всё-таки трос перерезал? Кому могла прийти в голову такая сволочная тупость?!
— Я тоже не могу понять. Хотя, ты знаешь, вчера мы здорово приняли. По-пьяни все вытворяют чёрти что.
— Это как же ужраться надо, чтобы отрезать собственный якорь! Да ещё и запасной выкинуть за борт! Это же всё равно, что пилить сук, на котором сидишь!
— Да уж, — встрял в их разговор Гена. — Отличились вы здорово. Никогда ещё не сталкивался с подобными фокусами. В следующий раз поступлю разумно. Загорожу выход на бак колючей проволокой. К якорям и тросам непременно сигнализацию подключу. Установлю камеру наблюдения… Нет, две. А ночью буду дежурить с ружьём и собакой, освещая территорию прожекторами… О!