Хитман
Шрифт:
LINK: Блэкджек Ланза подошел к нам и спокойно сказал мне: " Разберись с ним быстренько " - я не ног не заметить разочарования на лице Рэнди. Это дало ему понять, как к нему относилось руководство. Еще не так давно Ланза не позволил бы себе разговаривать с Рэнди, словно с джоббером. Поэтому я сказал Рэнди: " Давай покажем им ". Мы провели прекрасный матч в тот вечер, хотя я нечаянно разбил ему бровь ударом ноги. Кровь только добавила драмы матчу, а обычно спокойные японские фанаты вскочили на ноги, когда я поймал Рэнди в шарпшутер и он сдался.
– Извини за глаз, - сказал я в раздевалке. Рана была глубока, но он улыбнулся и ответил:
– Все нормально, это было хорошо для бизнеса.
Ланза подошел к нам и ударил по задницам папкой: "
Рэнди огрызнулся: " Заткнись, Ланза ! "
Я ожидал, что японская пресса оценит тот факт, что я отработал абсолютно разные матчи с Мачо, Йоко и Бам Бамом, но, казалось, они этого даже не заметили. Я вспомнил Пуэрто - Рико и не мог поверить, что 16 лет назад я был наивным парнишкой, сидевшим на берегу океана и пообещавшим себе оставить след в этом сумасшедшем бизнесе. Я стольким был обязан моему старому учителю, наставнику и другу мистеру Хито. Прибыв в Осаку, Оуэн и я отправились посетить его ресторан. Он был худощав и помят, я видел каждый шрам и синяк на его теле, но он, как всегда, был остроумен.
Он готовил корейское барбекю, и, пока мы разговаривали, я вспоминал времена, когда он учил меня искусству рестлинга: как падать, как защищать себя и парня, с которым я работаю. Когда я подумал о том, что Рокеры сломали шею Чеду Остину, я вдруг осознал, что благодаря Хито я не нанес серьезных травм ни одному рестлеру. По словам Хито, я понял, что он достаточно мудр, чтобы довольствоваться тем, что имеет сейчас, но я чувствовал, что он скучает по старым денькам.
В предпоследний вечер тура я сидел с Шоном Уолтманом в Саппоро. Это был выходной день тура, и к концу дня мы устали от просмотра самурайских мыльных опер. Выйдя из гостиницы, мы в итоге оказались на отвратительном секс - шоу. Совсем недавно я плавал в Мертвом море, как же я здесь оказался ?
Красивые русские девушки, лежа на сцене, натягивали презервативы на крошечные члены японских бизнесменов, делали им минеты, а те смеялись, трахали девушек и тыкали в них пальцами. Странно, до чего может довести человека жизнь. Я вовремя напомнил сам себе, что когда - то я резал себе лоб за 50 долларов и не жаловался.
После последнего шоу нас тут же запихнули в автобус, который доставил нас к чартерному 8 - часовому рейсу в Гуам. Мы поспали на самолете и подкрепились сухими бутербродами с огурцами, разбавив их пивом. После приземления нас всех, словно скот, загнали в какое - то здание. В раздевалке рестлеры лежали прямо на грязном полу, слишком уставшие, чтобы подкрепиться пиццой. Оуэн и я увидели неплохой спортзал неподалеку и, несмотря на усталость, отправились туда и провели интенсивную тренировку - мы не были в спортзале уже две недели.
Не раз и не два в тот вечер ноги тряслись и сгибались подо мной, но зрители так горячо поддерживали нас, что мы не могли не выкладываться в полную силу.
После шоу мы отправились прямо в аэропорт. В моей памяти от Гуама остались только несколько пальмовых деревьев. На пути домой из еды была только пицца, а также много пива. Но мы были голодны, словно волки. Мы пересекли границу смены дня, поэтому, когда мы приземлились в Гонолулу, мы снова прожили день 12 мая 1994 года целиком, словно Гуам был сном.
Пару дней назад Оуэну исполнилось 29, и я предложил ему остановиться со мной на Гавайях. Мои друзья - серферы поджидали нас на выдаче багажа, теперь их было трое: появился младший брат Тейта, Тодд. Хотя Оуэн и я всегда строго соблюдали кейфейб, в тот день мы сделали исключение, потому что серферам было наплевать на сюжеты. Мы отправились прямиком на пляж, где, надев спасательные жилеты, мы погрузились в шестиместную шлюпку. Солнце стояло высоко и ослепительно светило, я опустил руку за борт и наслаждался прикосновениями океанских волн. Оуэн и я держали по бутылке пива, я не помню, чтобы видел его более счастливым, чем в тот момент, наверное, то же самое можно сказать и обо мне. Около получаса мы плавали недалеко от берега, чтобы в случае каких - нибудь проблем можно было быстро вернуться
Тейт спрашивал Криса, сможет ли он доплыть до берега. Крис поднялся на цыпочки, рассматривая район Вайкики, который был от нас на расстоянии пары миль. Крис решил было поплыть на берег, но тут же передумал. Он объяснил, что недавно возле берега участились случаи нападения акул. У нас не было ни аварийных сигналов, ни еды, ни воды, и нас относило все дальше от берега.
Оуэн думал, что это розыгрыш и улыбался мне.
– Оуэн, я не шучу.
– Конечно, Брет.
Полчаса спустя, когда мы начали подгорать на солнце, Оуэн понял, что это не розыгрыш. Мы могли только надеяться, что кто - то придет на помощь, например, спасатели. Наконец Кристиан решил, что ожидание нас не спасет, и нырнул в воду. Я боялся за него, но он оказался классным пловцом. Я напомнил Оуэну эпизод из " Симпсонов ", в котором Гомер потерялся в океане, но Оуэн был не в настроении. Потом я пошутил о том, что бы было, если бы Оуэн и я пропали на несколько недель. Может, нам удалось бы затмить отрицательные новости о Винсе, и он бы воспринял нашу пропажу, как хорошую новость ! Весь мир рестлинга, наши друзья и семья бросились бы на поиски, а, когда нас, наконец, спасли бы, когда к нам бросилась бы толпа репортеров, Оуэн и я, как настоящие профессионалы, поддержали бы кейфейб и убедили бы всех, что даже будучи вдвоем в шлюпке, мы с ним не разговаривали ! Лицо Оуэна расплылось в улыбке, мы засмеялись и тут же увидели моторную лодку, на которой стоял Крис, размахивая канистрой с бензином. Вскоре мы были в целости и сохранности на пляже Вайкики.
Потом Оуэн и я отправились в бассейн с соленой водой, поели жареной курицы и холодного пива. В тот вечер Тэйкер вернулся в строй. Он провел дома несколько месяцев, и я был рад снова увидеть его. После шоу Оуэн и я снова вернулись к кейфейбу, потому что вокруг было слишком много фанатов, но чуть позже фэйсы и хилы встретились на углу улицы в Гонолулу. Потерянные рестлеры. Некоторые, как Оуэн, нарушили привычный режим и оказались на улице слишком поздно. Некоторые были такими скупыми, что не тратили деньги на пиво, девочек и дорогие номера в гостиницах. А некоторые были дикарями, которые жили как раз ради таких моментов. Никто еще не спал, и постепенно всех охватывало безумие.
На лице Тэйкера блуждала такая же улыбка, как у Джека Николсона в фильме " Пролетая над гнездом кукушки ", когда тот вернулся в лечебницу. Вскоре мы сидели в переполненном стрип - клубе, а вокруг нас танцевали красивые, обнаженные девушки. Все пили в честь дня рождения Оуэна и возвращения Тэйкера.
Я обнял Оуэна, когда он отправлялся в аэропорт. Это был один из редких случаев, когда я видел, как он отмечает праздник ; он был пьянее, чем когда - либо, улыбался во все зубы, обгоревший и шатающийся. Я хлопнул его по плечу: " Я рад за тебя, Одже ! Тебе давно было пора расслабиться ".
– Это был такой классный день, - сказал он.
– Я его не забуду.
Я тоже.
Несколько часов спустя я лежал в кровати, а номер кружился перед моими глазами. Я особо ни на что не рассчитывал, китайская куколка, которую я привел в мой номер, сидела на балконе и смотрела на океан. Но, повернувшись, она расстегнула свою белую блузку. Я был очарован ее застенчивой улыбкой. Пока она расстегивала мои джинсы, я смотрел в ее кошачьи глаза. Похоть всегда перевешивала во мне совесть.
Я чувствовал себя так, словно меня несет поток мощной реки. С Оуэном и мной в мэйн - ивенте, домашние шоу в Анахайме, Сан - Хосе, Чикаго и Нью - Йорке напоминали времена Халкомании. Каждый из нас зарабатывал по 7 - 10 тысяч долларов в неделю. Даже Марта перестала ненавидеть рестлинг.