Хищное утро
Шрифт:
Чёрная вода всколыхнулась, — и клепсидры, звучащие из-за каждой колонны, как будто бы сделались громче. Человеческое море взволновалось. За зеркалом, в котором горели свечи и стояли полукругом церковники в белом, взметнулись дымные тени. И тогда то здесь, то там потихоньку запели.
В этом прелесть изначального языка: в нём слова рифмуются сами собой, будто нанизываясь на невидимую нитку ритмов и смыслов. И каждый поёт шёпотом, немножко по-своему, и колдовской гимн становится рокотом волшебной реки.
А когда всё стихло,
— …шала, что в этом году Сендагилея просили приглашение, — по-островному растягивая слова, говорила Санна Вилль, седовласая мадам в сапфировой парюре, увешанная драгоценностями с ног до головы. — Какая наглость!
— Как по мне, их могли бы уже и пригласить, — второй голос скрипучий, но моложавый. — У них хорошая кровь, и вы видели, что они достроили у себя седьмой этаж?
— Не у себя, а в больнице.
— В своей больнице, танти. Вот уж у кого завсегда будет денег больше, чем нужно!..
— Мы не считаем чужие деньги, Адела, — в словах мужчины звучала мягкая укоризна, а ещё лёгкая дрожь, как бывает после излишне крепкого вина. — И следи за речью, будь так любезна. Мы же не зря выписали для тебя пластинки? Вспомни, как говорит диктор! Всегда-а, со скруглённой мягкой «а»…
— Конечно, папа. Но Сендагилея могли бы и…
— Господин Ёши!
Хавье Маркелава, грузный мужчина с залихватскими усами и блестящей лысиной, лучился довольствием. Они с Ёши коротко обнялись и хлопнули друг друга по спинам.
— Пенелопа, — он потянулся лобызать мою руку, но я сделала вид, что не поняла намёка. Тогда Хавье подмигнул Ёши: — Отойдём? Ребята ставят в саду стол.
Я не сразу сообразила: для покера. Конечно, ведь мой муж играет, и, говорят, пару лет назад выиграл у Хавье совершенно сумасшедшую сумму, а за год до этого — проиграл ему же родовые артефакты. Хорошо, что по брачному договору он не может распоряжаться активами Рода Бишиг.
— Благодарю, — Ёши покачал головой, — увы, жена не одобряет.
— Ааа, ну конечно, — Хавье расплылся в улыбке. — Молодожёны!.. Годика через три будем снова ждать тебя в клубе, друг. А чего же вы тогда не танцуете?
— Я не танцую, — напомнила я.
Но Хавье смотрел только на Ёши, и Ёши, пожав плечами, пустился в пространное обсуждение какой-то давней партии, в которой игрок посчитал, что проиграл олл-ин, но увидел затерявшуюся фишку под салфеткой и сумел отыграться от неё, взяв два больших блайнда подряд. Я быстро запуталась и отвлеклась; биение сердца растеклось по моему телу вместе с каплями Тьмы, вибрации воздуха ударили по ушам, и в сознание хлынули какофонией звуки.
— …знаете,
— Тебе-то откуда знать? Тебя же выгнали, на такие прогулы никто не может смотреть без слёз.
— У меня сестра, — это было сказано важно, — работает в деканате. Через неё проходят все директивы!
— Да нет ничего боевого в расписании.
— Это пока нет! Никак не могут решить, как учить только своих, чтобы без мохнатых. У нас же эта… дружба народов!
— …видели, как вырядилась Бишиг?
— Ничего такая жопа. Это её муж одел?
— Скорее уж раздел!
— Жалко мужика… Он нормальный вроде, а жена — как жрица Солнца, без слёз не взглянешь.
— Мне кажется, она прямо на меня смотрит. Слышит, как думаете?
— С другого-то конца зала? Слышит, да прямо! Разве что по губам читает. Отвернись, да и всё.
— Или смотри в ответ, чего стесняться.
— Отличная задница, Бишиг!
— Крысиный Король вернулся.
— Какие глупости.
— Это не глупости. Лаалдхааги уже уехали, а я отправил на острова детей и выкупил себе билет с открытой датой.
— Скажу вам по секрету, Лаалдхааги уехали, потому что ими опять заинтересовалась Комиссия. Вы же знаете, конечно, все эти вопросы репутации.
— Да ведь всю писанину Зена давно сожгли.
— А всю ли?.. Говорят, что у него была тайная лаборатория, и в ней…
— Так или иначе, Лаалдхааги уехали! И Фьёлты тоже планируют, это я знаю доподлинно.
— А в чём толк уезжать на острова? Как будто когда будет война, она будет только здесь!.. Если уж вернулся Крысиный Король, от него не спрятаться даже за пазухой Тьмы. Разве только в самой Бездне!
— Секаи уезжают в горы. У них младшая вышла за лунного, тогда они всем Родом пили сердечные капли, а теперь вот, пожалуйста. И от негодной девицы есть толк!
— Мне кажется, это всё паника. Посмотрите на Большие Рода, никто никуда не едет. Иппотисы и вовсе затеяли новую стройку, а они знают больше нашего. Я разговаривала с Харитой Лагбе, и она в частном порядке сказала, что…
— Мало ли что она сказала. Может, они и вовсе все с крысами заодно? Ведь не зря же говорят, что это Сендагилея тогда отравил Короля.
— Какие глупости!
— …хищное утро. Ужасная трагедия.
— О Тьма. Вы уверены?
— Они не говорят об этом прямо, конечно, кто бы на их месте сказал. Но взяли билеты к младшим Бишигам, о чём здесь ещё говорить?
— Так может быть, какая-нибудь шизофрения?
— Какая шизофрения, вы ведь знаете всю эту семью. Нет, нет, там всё предельно ясно. Матеуш Вржезе проснулся в хищное утро.