Хищник

Хорст Мишель

Хочу пошутить, чтобы снять напряжение, но вместо этого всхлип срывается с моих губ, и слова выходят скомкано:

— Значит, ты не оставишь меня?

Он придвигается ближе ко мне, и затем его пальцы скользят по изгибу моей скулы.

— Никогда.

— Даже когда я постарею и потолстею?

Он смеётся и наклоняется, пока я не чувствую жар его дыхания на моих губах.

— Даже тогда.

Он целует меня в губы и потом шепчет:

— Я живу тобой, Кара. Я живу ради тебя и умру ради тебя.

Для меня здесь ничего нет, кроме тебя.

— Я живу тобой, Алекс, — шепчу я, и он отодвигается.

— Почему вдруг, Алекс?

— Сэм принадлежит твоему прошлому. Я никогда не узнаю его. Думаю, он умер с Лией, и пусть у неё будет он, чтобы оберегать её, где бы она ни была. Дэмиан — чистильщик, который спас мне жизнь, но Алекс — мой муж, и он собрал меня по кусочкам воедино. Алекс — моя семья.

Он снова целует меня в губы и затем шепчет:

— Я живу тобой, Нина.

На этот раз моя очередь отодвигаться с ухмылкой, растягивающей мои губы.

— Почему вдруг Нина?

— Кара — восемнадцатилетняя девочка, которая умерла в тот день, когда умерли её родители. Я думаю, мы должны позволить ей покоиться с миром вместе с ними. Карен — она испытала так много душевной боли. Честно говоря, никто не сможет пережить всё, что ей пришлось вытерпеть. Я думаю, будет лучше, если мы отпустим её, но Нина — она такая охренительная девушка, работает в хозяйственном магазине, и я реально хочу замутить с ней.

Смех срывается с моих губ, и я бросаюсь ему на грудь.

— Значит, ты хочешь залезть ко мне в трусики?

— Чёрт возьми, да, — рычит он, его руки скользят по моим бёдрам и крепко сжимают мою задницу.

Я отталкиваю его и смеюсь.

— Тогда тебе лучше сначала угостить меня ужином. Я не простушка.

Я слышу его смех, когда иду на кухню, чтобы приготовить себе чай. От запаха кофе последние несколько дней мой желудок беспокоится.

Я рада, что у нас состоялся этот разговор. Я чувствую себя лучше, как будто груз упал с моих плеч. Конечно, нам нужно узнать друг друга, но для этого и есть будущее.

Глава 22

Алекс

Прошло два дня после того разговора. Отношения между нами становятся лучше, и эта оглушительная тишина исчезла.

Я прислоняюсь к грузовику, ожидая, когда Нина выйдет с работы. Я заставляю себя думать о ней, как о Нине, потому что она так сильно боролась за это имя. Это также уменьшит риск того, что один из нас ошибётся.

Пришло время оставить прошлое позади и сосредоточиться на будущем, которое ни один из нас не думал, что когда-либо будет иметь.

Я слышу, как она прощается с Джошуа и затем выходит из магазина. Её глаза находят меня, и она широко

улыбается.

Я улыбаюсь ей в ответ и говорю:

— Привет, Нина, — и отталкиваюсь от грузовика, когда она подходит ко мне. — Хочешь прокатиться на моём грузовике? — смех срывается с её губ, и я наклоняюсь ещё ближе. — Мы можем купить мороженое.

— О, мы могли бы? — спрашивает она.

Я перемещаюсь в её личное пространство, почти касаясь её.

— Да, и я мог бы наблюдать, как ты слизываешь его со своих пальцев, — шепчу я.

— Мм… хм, — бормочет она, и я вижу, как вспыхивают её глаза.

— А потом ты можешь слизать мороженое с моих пальцев.

Она начинает кивать.

— Мне нравится идея с мороженым.

Я спешу открыть дверь и запихнуть Нину внутрь. Я слышу, как она смеётся, когда оббегаю вокруг грузовика.

Мы покупаем мороженое в закусочной, и затем я везу нас в то же самое место, где мы парковались раньше. Мы садимся в кузов грузовика, и я наблюдаю, как она облизывает мороженое. Она чертовски дразнится, потому что ест эту штуку так медленно, как только может. Я уже закончил своё, а она только на полпути.

— К чёрту это, — говорю я. Я хватаю мороженое и бросаю его в сторону. Нина визжит от смеха, и я хватаю её бёдра, притягивая к себе на колени.

Когда я наклоняюсь для поцелуя, она отталкивает меня, отодвигается, а затем спрыгивает с кузова грузовика. О, она хочет поиграть.

Я встаю и бегу за ней. Нина забегает в воду и визжит, как девчонка. Ну, она одна из них, но всё же. Она поворачивается, чтобы увидеть, где я, и я бросаюсь на неё. Она смеётся, когда мы падаем в воду, а я быстро разворачиваю нас так, чтобы она была сверху.

Я смотрю на неё, и у меня перехватывает дыхание. Её волосы мокрые. Опускаю взгляд ниже и вижу, как её твёрдые соски напрягаются под влажной тканью.

— Я знал, что тебе нравится мокнуть, но я никогда не думал, что ты выглядишь, так горячо.

Она снова смеётся.

— Ты помнишь это?

— Да, ты ушла прямо в этот же день.

— Я так ревновала к Джин.

— Почему? — шепчу я, когда вода начинает засасывать нас глубже.

— Потому что я уже тогда любила тебя, — признаётся она мне.

— Могу я открыть тебе тайну? — шепчу я, и она быстро кивает.

— Ты — единственная женщина, которой я позволил быть сверху, но мы утонем, если сейчас же выберемся.

— Задница.

Она толкает меня под воду и встаёт. Я смотрю на неё, когда она уходит от меня, а потом кричу ей.

— Сексуальная задница. Ты любишь мою задницу!

Она показывает мне средний палец, и я слышу, как она снова смеётся. Я встаю и следую за ней к грузовику. Мы оба промокли. Мы можем с тем же успехом продолжить эту «вечеринку» дома.