Химеры пустошей

Караванова Наталья Михайловна

— Что произошло?

— Фактически, Тедор приказал сыну меня убить. Тот руки мне связал проволокой. За спиной. И потащил к клоаке. Он очень обстоятельно это делал. Явно не в первый раз…

— Не в первый, видимо, да. Так вот оно что… — покачал головой ректор. — значит, сын его. Интересно, по приказу отца, с его ведома, или по своей инициативе…

— Да сам…

Арем откинулся на камни — сидеть было больно и неудобно.

— Он бормотал себе под нос всякое… в общем, он давно… несколько лет уже. Похищает людей, и казнит вот так… вяжет, и отдает химерам. Очищает планету

от скверны, чтобы отец им гордился. Отец о его шалостях знает, но не одобряет… держал под замком в Водопадном… или еще где-то. В целом он просто юноша, который отчаялся получить одобрение отца. Всего с одним заскоком, зато каким.

— Нана Филин была связана так же. И еще минимум двое драконов…

— Тут не знаю. Не могу судить.

Надар, прекрасно видевший состояние собеседника, покаялся:

— Прости, у меня нет фляги. Могу попробовать стереть с тебя это дерьмо, но будет очень неприятно. Как-то раз я так уже чистился… ничего хорошего не вышло, только размазал кислоту по коже. Лучше так подождать помощи.

— Куда Тедор мог увести Янку? Есть идеи?

— Он ищет кабинет Изера. Как я понял, на складе, который нашли студенты, он не нашел того, что ему надо… разворошили там все, варвары… а ведь там было… наверняка было много важных данных и документов… идиоты…

— Он знает, где искать?

— Он знает, что искать надо под иллюзией…

— Ерунда.

— Не скажи. На складе было много документов с печатью Академии. Тетради, книги… думаю, он догадался, где… где именно искать. Но Академия большая… и вряд ли Тедор ее хорошо знает. А Янка вряд ли знает, где искать…

— В том и дело, что знает. — С досадой вздохнул ректор. — Другой вопрос, сколько сможет водить Тедора за нос… черт! А мы здесь застряли!

Кусь вдруг вскинул голову и гулко взвыл. Закружил на месте, и исчез, оставив ректора и наставника Арема недоумевать и и тихо проклинать собственную абсолютную неспособность к телепортации.

Но зря они ругались, и ждать пришлось совсем не долго.

Минуту. Может, две.

Правда, шоковое состояние у Арема отступило, и тому приходилось прикладывать все больше усилий, чтобы хотя бы не стонать от вернувшейся боли.

Чтобы отвлечься, он быстро и подробно начал рассказывать события дня. С того момента, как Андрис Шторм похитил его из дома семьи Самум, спутав с отцом Янки, и закончив тем, как уже у края обрыва, Арем мысленно простился со всеми друзьями близким, как вдруг откуда ни возьмись появился очень злой и очень крупный плешан, взревел и атаковал дракона, даже не остановившись для выбора более выгодной цели.

— Андрис, он трус… он отступил… про меня и вовсе забыл. Стал отмахиваться… огнем пытался… в конце концов оступился и ухнул вниз… я бы может и не стал… переживать не стал… он все-таки…серийный убийца. Которому не светило никакого наказания — с таким-то папой. Но…

— Что?

— Он кричал снизу. Звал на помощь. Всех звал… и не замолкал никак. Я… долго проволоку пытался с рук… плешан хотел помочь, но его клыками только мясо драть… а он все кричал и кричал. И кричал… как будто просто мальчишка попавший в беду. Он… он маму звал. Ну не мог

я не попытаться. Может, это глупо. Но просто ждать, пока смолкнет. И не попытаться…

— Да уж… — без одобрения покачал головой Надар.

Если прав Арем, то парень, до того как «приступил» к драконам, убил несколько людей циркусов. Да и среди драконов могут быть достойные люди. Мар Шторм — в подтверждение…

Прошли те самые две минуты, и химера появилась вновь — и не одна. В компании помянутого Мара Шторма. Который, только раз бросив взгляд вокруг, кажется, все понял.

— Арем, я отнесу вас к Анне. Это ближе, чем в Белушу. Ректор…

— Отнесешь его, и давай сразу в кабинет Изера. Тедор ищет именно его. Если придумает, на что надавить, Янка покажет. А со мной ничего не случится. Вернусь своим ходом…

Мар и химера несколько мгновений смотрели друг другу в глаза и вдруг ректору показалось, что по кистям Шторма пробегают едва заметные при дневном свете синие отблески.

Ну да, он говорил, что у него эта странная, незапланированная, не просчитанная генетиками прошлого магия тоже есть…

52.

Мар Шторм

Удивляться было некогда, но плешан как будто понял, чего от него хотят, и остался возле ректора. А может и понял. Когда задача простая и подпитана сильными эмоциями он с ней справляется довольно легко.

Ректор конечно, может добраться и сам. Но с учетом вызревающей живородки, а значит, и скитающейся неподалеку «материнской» стаи, это может затянуться. А то и похуже.

А плешан уже доказал, что перетащить одного человека сквозь искривленное пространство туда, куда требуется, он умеет прекрасно. Вот и пускай. К тому же ректор нужен в Академии прямо сейчас, а не завтра к вечеру.

Бывший Янкин наставник выглядел почти как тот человек, которого он сжег весной в химерской яме. Но удивительно — он встал сам, стиснув бледные губы, и сам подошел к Мару.

— Снова я катаюсь на драконе… бесплатно.

— Я буду держать вас за пояс. А вы просто постарайтесь не упасть.

— Шторм… Андрис, сын Тедора, только что погиб. Там.

Арем специально решил это сказать именно сейчас. Чтобы, если что Шторм мог передумать его спасать.

Андрис… Мар его помнил. Как и других юных драконов из садка, старательно травивших их с братом. Заносчивый, с болезненным самомнением, жаждущий хоть какого-то одобрения окружающих и потому особенно жестокий. После побега из Водопадного Мар его видел лишь единожды. Очень давно.

Он пожал плечами. Ну что же. Погиб еще один дракон. Туда и дорога.

— Арем, не потеряйте сознание, очень прошу. Иначе мне придется нести вас на руках…

— Какой позор для чести настоящего дракона…

— А вы — язва старая. Больно же будет… Ладно. На раз, два, три!

Хорошо, что в приемном покое у Анны собралась и не расходилась целая толпа студентов. Потому что на последних шагах Арем все-таки упал. Не то, чтобы совсем кулем, все-таки попытался смягчить падение. Но о том, что руки надо беречь помнил, опрокинулся на спину. И все присутствующие смогли оценить глубину и прочувствованность короткого аремовского ругательства.