Химера
Шрифт:
— Это не обвинение, Восьмой, — добавила Кира яда в голос. — Это угроза.
— Да, Кира. Ты умненькая девочка и все правильно поняла. Это именно что угроза.
— Ты зарвался, восьмерка. И перешел все границы. Тебе это просто так…
— До связи, Кира.
Я выключил коммутатор и оглядел ангар. Радио смолкло и на душе стало как-то слишком уж паршиво. Элис вроде в порядке, но даже на нее как-то стало плевать. Восьмерки, я, она. Ангар полный трупов, хотя больше половины еще живы.
Это было проще, чем я ожидал. Разумеется, это
Он приказал взять меня живым, чтобы узнать, где содержимое. Двоих я застрелил сразу. Они были вооружены огнестрелом, а значит представляли наибольшую опасность. Остальные вполне обычно угрожали различным колюще-режуще-дробящим оружием.
Я даже не хотел доводить до такого, но здоровяк вытащил мачете и одним ударом порезал мне плащ. Дальше все как в тумане. Вот, вроде бы все стоят и наслаждаются музыкой, а теперь вот это.
Оглядев помещение, довольно улыбнулся. Вот арматура, торчащая из мягкой булки одной из восьмерок, — это уже перебор. И как я так промахнулся? Не в ягодицу же целился. Но смотри-ка, еще ползает и стонет.
Жаль, что здоровяк оказался простым человеком. Только зря его мучал, отрезая пальцы. Ждал, что все-таки сменит ипостась. Но из всех он оказался единственным достойным противником.
Я даже хотел подарить ему быструю смерть, но у него оказалась титановая пластина, вшитая в лоб. Пальнул в сердце, но там тоже была пластина на ребрах. Бедняга, сам выбрал свою участь.
— Ну что, — спросил я, вставая с главаря. — Давай продолжим?
— Пожалуйста, не надо, — заливался он слезами и соплями, прижимая к груди кривые пальцы.
Жалкое зрелище. И это прожженная жизнью восьмерка? Больше похож на тепличную гниль.
Подхватив его за шиворот, потащил упирающееся тело к креслу. Усадив, повернулся к куче хлама, куда сбросил оружие этих отморозков. Поковыряв ногой инструменты, вытащил ржавый зазубренный тесак. Примерился к побледневшей роже главаря и выкинул оружие.
— Писклявая, притащи-ка мне паяльник. Видел в лаборатории у них.
В ответ раздался очередной приступ, сопровождающийся булькающими звуками.
— Да откуда в тебе столько? Ты по ночам что-ли хомячишь где-то?
— Что значит «хомячишь»? — пропищала она.
— Забей, сам схожу. Следи за этим в кресле. А, хотя от тебя никакой помощи.
Подобрав тонкое длинное шило, я воткнул его в ногу главаря, пришпилив восьмерку к креслу. Так оно надежней.
То, что мне вначале показалось паяльником, оказалось обычной эфирной горелкой. Но так даже лучше. Не надо таскать с собой лишнего оборудования.
Вернувшись к креслу, пустил искру, активируя аппарат. Слабая концентрация, но сине-зеленое пламя смотрелось красиво.
— Ну так вот, — произнес я. — Подожди.
Отошел в сторону и надавил подвывающей восьмерке на шею. Когда
— Так вот. Давай ты расскажешь мне все по порядку. Что должно быть в ящике, откуда про него узнал и кто тебя за ним отправил. Чем подробней ты будешь говорить, тем дальше горелка будет от твоей щекастой рожи.
Рассказ толстяка получился сбивчивым и сумбурным. Но суть вполне ясна. Заказ все с тех же товарных рядов. Кто наниматель — неизвестно. Как будто там может еще кто-то воротить такие дела, помимо Пятого. Или как минимум без его разрешения.
Про содержимое ящика никто не в курсе. Как и про габариты, форму или еще какие-либо особенности. Черный и ящик. Как будто в восьмом секторе все остальные коробки исключительно розового цвета. Ну что за бред, а?
Информацию передавал один из охраны. Мрачный Тигр. Более тупого прозвища я вообще не слышал, если честно. Ну и от толстяка я его тоже услышал впервые. Так что хоть какая-то зацепка у нас есть.
Сомневаюсь, что он хоть что-то знает, но от него можно раскрутить этот клубок дальше. Только вот соваться в товарные ряды мне вообще не улыбалось. Прошлого раза вполне хватило. Там ребята вооружены получше этого наркосброда.
Про розовый порошок и химеру тоже спросил. Но безрезультатно. Никакого веселья, только время зря потратили. Единственная радость, после подобных побоищ Черный ненадолго затыкается и может пропасть с радаров аж до самого утра.
Но для надежности неплохо бы еще парочку восьмерок грохнуть. Как раз будет десять за день. Ночной Пес не в счет. Иные отдельно, восьмерки отдельно.
Я достал револьвер и пустил пулю в живот толстяка. Марать руки не хотелось. Настроение уже не то. А так, я знал, что пуля попала в позвоночник, так что долго мразь не протянет.
Походив по ангару, добил стонущих. Остановился возле тела бугая и внимательно его осмотрел.
— Ну не пропадать же добру. Ты ведь не против?
Стянув с трупа плащ, внимательно его осмотрел и нацепил на себя. Почти мой размер. Ощупал ткань. Скользит, это хорошо. Значит пропитана аквастойким напылением. А здоровяк-то знает толк в моде. Даже стыдно как-то стало, что он столько страдал перед смертью.
— Пошевеливайся, писклявая. Или тут хочешь остаться?
Мелкая пулей вылетела из ангара, стоило мне только открыть створку. Выйдя на улицу, посмотрел на ее зеленоватое лицо. Ну прям восьмерка восьмеркой. И не скажешь, что тепличная.
Оглядевшись вокруг, подумал, что неплохо было бы с Девятым пообщаться. Объяснить что к чему. Но мне слишком влом. Да еще и с этим ящиком на спине таскаться. Не бросить же его тут, надо оттащить обратно в «Шинигами».
Будем считать, что затея с мишенью на спине провалилась практически полностью. Ничего глобально нового я не узнал. Кроме того, что инквизиции и Пятому верить нельзя. Инсигния все еще у меня в руке. И по-прежнему активна. Но доверять руководству больше не стоит.