Хьервард (Сборник)

Шнейдер Наталья

Арьята гордо выпрямилась, успокаиваясь, и долго-долго смотрела в глаза Дьюбису, пока тот, устыженный, не отвёл взгляд.

«…ибо северные бароны, увидев её Королевский Знак, тотчас приняли её сторону…»

В ближнем лесочке — светлом молоденьком березняке — расположился лагерь вождя северных варваров: ровными рядами, чередуясь с деревьями и прячась среди них, выстроились знаменитые сборные шатры, покрытые мехами и кожей диких зверей Загорья. Небывалое дело! Среди варваров царили строгий порядок и безоговорочное подчинение старшим.

Лагерь не пустовал —

в нём таился резерв, трудилась войсковая обслуга, бдела охрана и совещались вожди. Все знали своё место, у каждого имелось собственное дело и посторонний в лагерь попасть никак не мог. Зато по лагерю беззаботно скакали весёлые солнечные зайчики и, с другой стороны, ленивыми сытыми котами развалились глубокие тени — от прекрасных белых берёз, от палаток, от людей и животных, от снаряжения и скарба. Вот одна шевельнулась — оставленный на страже молодец дико крикнул и размахнулся булавой. Бедный ужик, сердито шипя, уполз прочь. На вторую тень доблестный воин не обратил внимания.

Две женщины ветром скользили между шатров. Они прятались за тонкими стволами, сливались с землёй и чудом не вытоптанной травой, притворялись колышками, держащими палатки и изображали мужчин… Воины не замечали женщин, потому что нельзя заметить тех, кого нет — их не взяли в поход, их оставили далеко, а, следовательно, их не встретишь в лагере. Арьяту и предводительницу Чёрного Ордена такой расклад более чем устраивал.

Женщины, здраво рассудив (и отлично зная повадки варваров), недолго, но жарко поспорив с мужчинами, решили самолично уничтожить Лидера. Конечно, без организатора варвары тоже не мальчики, играющие с ивовыми прутиками в «кровожадных» разбойников, но и не армия, как в данный момент. К тому же, Загорье разродилось не великой ордой, а воины баронов Нейборина и Дьюбиса не даром ели хлеб и несомненно понимали, с какой стороны хвататься за меч.

Арьята проскочила было мимо неприметного, без охраны, шатра, но предводительница остановила напарницу, болезненно вцепившись в острый локоть, потянула.

— Что? — одними губами спросила Арьята.

Предводительница указала глазами на ближайшую палатку. Серая, грязная, без пёстрого пёрышка над входом, без таинственных варварских символов по периметру. Рядом никого — ближайший бездымный костёр в двадцати шагах.

— Чересчур уж безликий, простой, — беззвучно усмехнулась женщина.

Чересчур…

Лазутчицы прислушались, однако изнутри не доносилось ни шороха.

— Двойной…

Они осторожно, будто дунул ветерок, отогнули плотный полог — и оба часовых отправились на заслуженный вечный отдых.

Подло. Бесчестно.Но не Арьяте об этом думать! Лучше бы она согласилась с предложением вызывавшегося добровольцем Нейборина… но… Куда подлее послать другого, почитая себя чистой и блюстительницей нравов!.. Или… мстить, не дав себе труда обдумать, во что оно выльется… В бессмысленное, вполне избегаемое, страшное заточение на долгие семнадцать лет…

Не те мысли! Не то место! И уж вовсе не то время! Сейчас

важнее Халлан! Родной Халлан!.. А на войне, как на войне. Не правда ли? На войне грешно застывать и рассуждать о морали — рази или думай о последствиях, но не о своей совести. Пусть она тяготится твоими решениями, ноХаллан живёт!..

Из-за внутреннего, чуть приоткрытого клапана вырывались ровный свет и сизый дымок, летели голоса. Не варварское наречие — значит, Лидер халланец. Странно…но ожидаемо как-то.

— Я сплету заклинание сна, только дождёмся благоприятного расположения солнца… — Говорил мальчишка, смелый и решительный, тот, что повелевает. — Ха! Они считают, что сон приходит по ночам, но моя сила в Свете!

— Да, конечно, — скептически пробасил в ответ кто-то явно огромный и толстый, как винный бочонок, столь же вместительный и гулкий. — Но, Дириликт, не зря ли ты торопишься? Не сегодня-завтра подойдёт подмога — и эта каменная громада сдастся без боя!

— Ты хочешь делиться с ними добычей… и женщинами?!

Арьята и предводительница Чёрного Ордена переглянулись, странные полуулыбки отразились в глазах спутниц — женщины услышали достаточно…

Бой продлился недолго — в одно мгновение заморский, глушащий шаги ковёр украсили пять трупов и изуродовала тёмная кровь, лишь юный колдун всё ещё сопротивлялся. Арьята с лёгкостью узнала ночного посетителя: чёрный облегающий костюм, полотняная маска, скрывающая лицо, и несуразный плащ, скреплённый брошкой-звёздочкой. При свете дня (и факелов) боец существенно меньше походил на койара — ни вида, ни умения. Да, у страха глаза велики…

— И кто же у нас здесь такой… ладный?.. — сладко пропела предводительница. От её хриплого «сладко» по коже Арьяты пробежал холодок, но юноша выдержал. Крепкие нервы… чего не скажешь о победительницах колдуна.

— Атор? — хором спросили они. — Белый Единорог?

Яростные и с тем умные, хитрые, расчётливые тигриные глаза, необычный для варваров прямой нос, волевой подбородок и красивое лицо. Обе женщины слишком близко сходились с Атором, чтобы сразу признать его… Но сын предводительницы Чёрного Ордена и победитель оного, любовник Владычицы, фактический хозяин Халлана никак не мог быть шестнадцати лет от роду! Представший перед женщинами мальчишка вряд ли отмерил многим больше зим, чем погибший принц Альтин.

— Нет! — гордо вскинулся колдун. Смелый, малыш, отчаянный… и глупый. — Я его сын. Я сын Великого Атора. Я Дириликт из Загорья!

— Понятно, — хмыкнула предводительница. — Атор, я слышала, воевал с северными варварами… и победил их. А победителям положена награда, они любят трофеи… женщин, например… И чем же ты гордишься, мальчик?

Попала в цель — юноша дёрнулся, глаза его метали молнии, но где-то глубоко внутри застыла боль. Видимо путь от презренного ублюдка (да ещё и полукровки! сына халланца!) до Лидера был слишком труден и изобилен на жестокие уроки.